Обмани лжеца - Марина Серова

— От паники погибает людей больше, чем от огня и дыма, поэтому необходимо разместить на стендах вот такие памятки, — инспектор сунул Степанову отксерокопированные листовки, — и раз в полгода проводить учебную тревогу. Понятно?

— Понятно, — кивнул ответственный за пожарную безопасность.

— Скажите, все сотрудники умеют пользоваться огнетушителями? — поинтересовался у него инспектор.

— Да, все, — буркнул Степанов. И, заметив грозный взгляд Чернышова, повторил более четко: — Да, все сотрудники нашего ЖЭКа умеют пользоваться огнетушителями.

Проверяющий задал еще несколько вопросов, после чего пожелал лично удостовериться, что листовки будут использованы по назначению. Степанов взял в бухгалтерии клей, подошел к ближайшему стенду, оторвал объявление, уже давно потерявшее свою актуальность, и с самым сумрачным видом стал приклеивать на его место памятку, прочитав которую люди должны осознать, как опасна паника при чрезвычайных ситуациях. Затем он прошел по коридору, завернул за угол и остановился около второй доски объявлений. На ней не было ничего лишнего. Куда же пристроить листовку? Задачка была не из легких. Если бы не дотошный инспектор, мастер бросил бы ее в урну и побежал вслед за Ларисой, но проверяющий стоял за спиной Степанова и дышал ему в затылок. Возможно, впервые в жизни Михаилу пришлось пожалеть о том, что он не простой сантехник, с которого взятки гладки, а мастер, ответственный за пожарную безопасность. Лоб Степанова покрылся испариной.

— Ну, что же вы медлите? — поторопил инспектор. — Мне до обеда еще три предприятия надо обойти.

Михаил Александрович принял нелегкое для себя решение: намазал клеем объявление с часами приема паспортистки и налепил на него злосчастную памятку.

— Вот теперь я за вашу организацию спокоен, — удовлетворенно покивал проверяющий. — До свидания!

Михаил отнес клей в бухгалтерию и вышел на улицу. Потоптавшись около своей машины, он отправился на объект пешком — наверное, вспомнил, что на Лунной улице одностороннее движение, и быстрее получится дойти до девятнадцатого дома, чем доехать до него. Через пять минут Степанов уже был у цели, но его ждало небольшое препятствие — кодовый замок на подъездной двери. Лариса в спешке забыла назвать код. Мастер хотел самостоятельно подобрать нужную комбинацию, но дверь неожиданно отворилась изнутри. Пропустив входившую женщину, он зашел в парадное. Лифт был занят, и Михаил, пешком поднявшись на четвертый этаж, позвонил в семнадцатую квартиру. Никакой реакции не последовало, поэтому он вторично нажал на белую кнопку звонка. Опять тишина. Михаил Александрович было занервничал, а потом заметил, что дверь не заперта. Степанов толкнул ее и крикнул:

— Лариса Ивановна, я пришел!

Единственным звуком в квартире был шум льющейся воды, который тут же натолкнул мастера на мысль о том, что симпатичная хозяйка самоотверженно борется с водным потоком и не слышит звонка. Он зашел в квартиру и устремился в ванную комнату, находящуюся в конце длинного коридора. Проходя мимо гостиной, Степанов с интересом заглянул в арочный проем и остановился как вкопанный — на полу, лицом вниз, неестественно распластав руки в стороны, лежала женщина.

— Эй! — позвал он, с трудом совладав с собой, но не услышал ответа.

Седоволосая женщина в синем шелковом халате продолжала лежать неподвижно. Мастер сделал шаг в ее направлении, но не нагнулся. Рядом с женщиной валялся молоток. Вероятно, это было орудие убийства. Нетрудно было догадаться, что он стоит над трупом. Михаил Александрович медленно оторвал глаза от пола, и взгляд уперся в телефонный аппарат, стилизованный под старину, который стоял на журнальном столике. Степанов отшатнулся от него и бросился обратно в прихожую. Едва он протянул руку к входной двери, как та отворилась, и на пороге показалась толпа народа. Ближе всех стоял высоченный майор.

— Там это… труп, — медленно произнес сантехник и махнул рукой в сторону гостиной. — Я к вам как раз собирался. Очень хорошо, что вы уже здесь.

— Да это он, я его видела в глазок, — произнесла женщина средних лет, выглянувшая из-за спины майора.

Люди зашли в квартиру, перекрыв мастеру ЖЭКа путь к отступлению. Шкафообразный майор не стал долго разбираться — заломил Степанову руки и повел его на кухню. Задержанный пытался оправдываться, но звуки, которые вылетали у него изо рта, были какими-то нечленораздельными:

— Э-э-э… а-а-а… вы не того, я это… э-э-э…

— Молчать, я сказал! — прикрикнул майор.

Милиционер пристегнул мастера наручниками к батарее центрального отопления и стал обыскивать. Вскоре все содержимое его карманов — мобильник, ключи, документы, деньги — оказалось на разделочном столе. Во время унизительной процедуры обыска Степанов не проронил ни слова, но замороженный взгляд и высоко поднятый подбородок свидетельствовали о его оскорбленных чувствах.

— Хозяйка действительно мертва, — подтвердил невысокий мужичок в штатском, заглянув на кухню. — Тело еще не остыло. Смерть наступила самое большее пятнадцать минут назад.

— Значит, мы успели вовремя, — положив свою тяжелую руку на плечо мастера, произнес майор. Затем усадил Степанова на табурет и сказал с издевкой в голосе: — Ну что ж, гражданин, вы взяты с поличным. Надеюсь, понимаете, что отпираться бесполезно?

— Вы ошибаетесь, — робко заметил сантехник.

В ответ майор ударил дубинкой по столу, заставив подозреваемого втянуть голову в плечи, и проорал:

— Фамилия, имя, отчество!

— Степанов Михаил Александрович, — промямлил мастер.

— Не слышу! Громче! — Дубинка просвистела в воздухе рядом с ухом сантехника, и тот повторил свое имя громче. Майор удостоверился в правдивости сказанного, взглянув на водительские права задержанного. — Уже лучше. Итак, гражданин Степанов, отвечайте: за что вы убили хозяйку этой квартиры?

— Я не убивал! — Мастер отчаянно замотал головой. — Я пришел сюда починить джакузи.

— Джакузи он пришел чинить! А глупее отмазки ты придумать не мог? — глумливо усмехнулся майор. Затем вмиг посерьезнел, замахнулся дубинкой… но не ударил. Рука застыла в воздухе.

— Это правда, я ничего не придумал, — пролопотал Степанов, фальшиво бодрясь. — Меня Лариса Ивановна сюда вызвала.

— Иванов! — крикнул майор, и на кухне тотчас появился лейтенант. — Как звали убиенную?

— Соседка сказала, что это — Людмила Аполлинарьевна Бездомная, вдова профессора.

— Ну и при чем здесь какая-то Лариса Ивановна? Не отгадал ты, Степанов, с именем, попал пальцем в небо.

— А я и не говорил, что женщина, которая лежит в гостиной, Лариса Ивановна. Там старуха, а Лариса молодая, — гнул свою линию Мишаня.

— Иванов, спроси у понятых, знают ли они некую Ларису Ивановну. Да, и проверь, что там с джакузи.

Пока лейтенант выполнял указание майора, тот не задавал Степанову новых вопросов, только ходил вокруг него и размахивал своей дубинкой. Скоро, очень скоро все должно было выясниться. Но время ползло очень медленно, как дождевой червь по мокрому асфальту.