Грехи прошлого - Estrella Rose

— Я готов на любые жертвы ради того, чтобы найти эту девушку и начать завоевывать ее доверие и любовь.

— Если вы так и не сможете доказать ей, что вашей вины в клевете действительно нет, то вам уже ничто не поможет. Никакие красивые глазки, симпатичное личико и всякое такое.

— Я не привык так просто даваться. И рано или поздно добиваюсь всего, что хочу.

— Да уж… — задумчиво произносит Анна. — И правда говорят, что если ты хочешь завоевать внимание мужчины, то тебе нужно быть неприступной крепостью и отказывать ему.

— Эта девушка заставляет меня чувствовать меня тигром на охоте. Заставляет меня желать любой ценой поймать свою жертву и подчинить себе.

— Только не забывайте о том, что ей это может не понравиться.

— Что-то мне подсказывает, что она особо не возражала, когда я приставал к ней и поцеловал ее, — загадочно улыбается Терренс.

— Да что вы!

— Она грозилась заорать и начать звать на помощь, но так и не сделала этого. И с явным удовольствием отвечала на мой поцелуй. А от моих ласк эта девчонка и вовсе стонала.

— Хвалитесь? — хитро улыбается Наталия. — Привирайте?

— Нисколько! Ракель только лишь делала вид, что ей противны мои поцелуи и ласки. — Терренс бросает короткий, хитрый взгляд в сторону. — Уж против моих поцелуев в шею она никак не смогла устоять.

— Да уж, вот Кэмерон связалась с маньяком, — хмуро бросает Анна.

— Да за такие вещи с вами надо сделать что-то ужасное! — восклицает Наталия.

— Я же ничего такого не сделал! — с невинной улыбкой разводит руками Терренс. — Просто немножко поцеловал эту красотку и поласкал ее тело. Которое давало положительную реакцию.

— А вас не учили, что некрасиво распускать руки и приставать к едва знакомой девушке?

— Это всегда срабатывало! Ни одна девчонка не могла устоять.

— Знайте, а очень хорошо, что Ракель надавала вам пощечин, — с гордо поднятой головой говорит Анна.

— Да! — соглашается Наталия. — А было бы лучше, если бы она еще и расцарапала ваше прекрасное личико.

— Я сделал то, о чем втайне мечтают все мужчины на свете, — уверенно заявляет Терренс. — И честно говоря, совсем об этом не жалею.

— А, так значит, вы будете и дальше лапать и целовать нашу подругу когда вам только вздумается? Не будете извиняться перед ней? Будете ждать, когда однажды она заявит на вас в полицию и обвинит в попытке изнасилования?

— Не переживайте, красавицы, ваша подружка будет довольна.

— Кажется, Ракель была абсолютно права насчет вас, — уверенно отвечает Наталия. — Вы — козел! Похотливый кобель. Самовлюбленный павлин, который решил, что он может безнаказанно лапать и облизывать любую девчонку. Что может лечь в постель с любой, кто ему понравится.

— Против такого неотразимого красавчика, как я, просто невозможно устоять. — Терренс с гордо поднятой головой запускает пальцы в волосы и немного поправляет их. — Природа дала мне все самое лучшее, что только может быть у человека.

— Жаль только не дала хоть немного совести и стыда, — с милой улыбкой язвит Анна.

— Зато перестаралась с самомнением и уверенностью, — отмечает Наталия.

— Ох, девчонки, не будьте такими категоричными… — устало вздыхает Терренс.

— Не дай бог, Ракель влюбится в вас и захочет быть с вами. Мы с Анной сделаем все, чтобы не дать ей даже думать о таком ненормальном извращенце, как вы.

— Уверен, что она уже неровно ко мне дышит.

— После того, что вы с ней сделали, Ракель предпочтет более порядочного и воспитанного парня, — уверенно говорит Анна. — А если еще и ее родственники узнают о том, как вы к ней приставали, то они точно не позволят ей быть с вами.

— А то и вовсе сами примутся за поиски достойного мужчины, — предполагает Наталия.

— Уж они-то не позволят Кэмерон жить с наглым, невоспитанным и мстительным придурком, которого родители ничему не научили.

— Уж поверьте, если Ракель однажды станет моей девушкой, то я сделаю все, чтобы очаровать ее родственников и стану для них лучшим из лучших, — с гордо поднятой головой обещает Терренс. — Задам такую планку, что ни один парень не сможет ее преодолеть.

— Неужели за столько лет не нашелся ни один человек, который не сбил корону с вашей головы? — недоумевает Наталия. — Неужели только Ракель на это решилась?

— Уверяю вас, девчонки, повстречавшись со мной, Ракель не сможет влюбиться ни в кого другого.

— Ой, да ладно! Не сможет! На свете полно парней! У Кэмерон всегда будет огромный выбор! На вас свет клином не сошелся.

— Никто не сможет быть лучше меня. Никто не подарит ей столько эмоций, сколько подарю ей я. С другими она будет помирать со скуки.

— Сомневаюсь, что ей так нужны ваши эмоции.

— Скажу вам по секрету, что я всегда мечтал о страстной девушке рядом с собой. Которая была бы очень уверена в себе и была бы не прочь пощекотать мне нервишки.

— Да знаем мы, что вы — тот еще маньяк!

— Просто не люблю амеб, которые моментально подчиняются и не отказывают никакое сопротивление.

— Зато Ракель нужен совсем другой.

— Разве вы уже спрашивали ее об этом?

— Мы все желаем ей совсем не такого человека, как вы.

— Но ведь вы совсем меня не знайте!

— Ошибайтесь, молодой человек! Вы вас очень хорошо знаем. И знаем, что вы — притворщик!

— Вы меня обижайте.

— В любом случае все ваши усилия будут бесполезны, — уверенно говорит Анна. — Ракель никогда не обратит на вас внимание.

— Обратит. Вот увидите. И ради этого я сделаю первый шаг и в самое ближайшее время отправлюсь в Лондон.

— Ну-ну, поезжайте. Может, хоть тогда до вас дойдет, что люди не обязаны вам поклоняться.

— Да, раз вы собрались ехать в Лондон — собирайте вещи и езжайте, — добавляет Наталия.

— Вот и поеду! — восклицает Терренс.

— Вот и поезжайте!

— И поеду!

— Лучше решите, как вы объясните ей свое присутствие в Лондоне. Или вы решили рубить правду-матку и прямо заявить ей о том, что преследуйте ее?

— Об этом не беспокойтесь. Я найду, что ей сказать.

— Ну тогда желаем вам удачи.

— Да, желаем вам поскорее потерпеть неудачу и получить от Кэмерон еще несколько крепких пощечин, — с гордо поднятой головой желает Анна.

— В любом случае я рад, что познакомился с вами, и убедился в том, что тот человек не соврал, сказав, что Ракель уехала в Лондон, — скромно улыбается Терренс.

— Если скажете ей хоть слово об этом — я придушу вас собственными руками, — угрожает Наталия.

— Не беспокойтесь. Я ничего ей не скажу про вас.

— Вот и