Дурацкая история - Марина Серова

Сашка хмыкнул.

— Они что, и в темноте видят? — поинтересовался он, когда мы сели в машину.

— Просто они умные люди и способны разглядеть суть. А ты жалкое ничтожество, не способное понять мою душу.

Сашка рассмеялся и буркнул, что я весьма удачно свою душу замаскировала. Впрочем, очень скоро он привык к моей внешности, и мы вполне благополучно доехали. Правда, входя в образ, я помучила его тем, что включила радио на волне «русского», где как раз напевал Влад Сташевский, коему я начала подпевать. От моего пения у бедного Александра окончательно испортилось настроение, и он несколько раз неодобрительно поглядывал в мою сторону.

— Ну, вот и редакция, — сообщила я, когда из-за угла выплыла старая развалина, на фасаде которой гордо значилось: «Тарасовский проспект».

Толкнув дверь, я вошла внутрь.

— Кого вам? Рекламу дать хотите? — спросила толстушка, сидевшая при входе.

— Нет, — разочаровала я ее. — Нам нужен Васильев.

— Андрей Александрович? — удивилась девица. — Сейчас посмотрю… Если только он тут. А вы по какому вопросу?

— По личному, — заявила я, усаживаясь, хотя мне и не предлагали, в кресло и закуривая. — Исключительно по личному…

Мне показалось, что при слове «личный» девица съежилась.

— Сейчас, — пробормотала она. — Только его, по-моему, нет.

Интересная реакция!

Я почти наверняка знала, что сейчас девица вернется и сообщит, что Васильева нет. Иногда по реакции людей почти точно угадываешь, насколько им надоели «личные» вопросы. Интересно все-таки почему?

Я угадала. Девица вернулась и, явно не умея врать, пряча глаза, пробормотала, что Васильева нет.

Что и следовало доказать.

— Простите, но я приехала из Баландина, — заявила я довольно нахально. — Мне очень не хочется возвращаться несолоно хлебавши. Вы позволите его подождать?

Моя настойчивость ей не понравилась.

— Васильева не будет до завтра, — отрезала она. — Он на задании…

— На каком? — съязвила я. — Снимает местные бордели?

Девица покраснела и зашипела:

— Послушайте, вы! Прекратите его шантажировать!

— Почему прекратить? — удивилась я. — Я еще только начала! Да я и не уверена, что буду его шантажировать! Я хотела только, чтобы он меня снял! Но если вы так обращаетесь с клиентами, пожалуйста!

Я поднялась и кинула Сашке:

— Пойдем!

— Подожди, — остановил он меня. — Ничего не понимаю! Они же нас принимают за кого-то другого!

Я схватила его за рукав и почти силой вытащила на улицу.

— Идиот! — прошипела я. — Они сейчас расслабятся, тогда мы и вернемся! А если мы будем торчать там, они насторожатся!

Александр подумал и согласился.

— Ладно, тогда пойдем покурим вон туда…

«Наконец-то у него мелькнула здравая мысль», — устало подумала я.

Лавочку Сашка выбрал очень удачно. Нас не было видно за кустами боярышника, а мы могли все видеть и слышать.

Сначала из развалюхи вышла девица, нервно огляделась, видимо, хотела убедиться, что мы ушли. Не заметив нас, на что я и рассчитывала, она скоренько вернулась назад. Какое-то время дворик пустовал, а потом в дверях показался крупный мужчина с сединой, лет около шестидесяти.

По всем моим раскладкам, этот старец был Васильев. Во всяком случае, он нервно оглядел двор и парк, потом грустно притулился к стене, достал «Беломор» и закурил.

Какое-то время он смотрел как раз на те кусты, за которыми мы сидели. Мне даже показалось, что он нас видит.

— Но он же совсем старый! — прошептала я. — Или это не Васильев, или он никаким образом на поставщика девочек для нашей мафии не тянет!

— Это Васильев, — откликнулся Сашка.

— Почему ты в этом так уж уверен? — поинтересовалась я.

Он скромно потупился. Впрочем, я и сама уже увидела табличку на пиджаке: «Васильев».

— Не понимаю я старшее поколение! — пробормотала я, рассматривая это интеллигентное лицо. — Неужели он из компании развратников?

— Может, рискнем подойти? — неуверенно предложил Сашка. Он явно уже признал, что самая умная в нашей компании я и спорить со мной бесполезно.

Я задумалась.

— Может быть, действительно сыграть в открытую?

Лицо Васильева отличалось тонкостью и умом и освещалось тем самым таинственным светом, по которому я доселе безошибочно определяла способность, вернее, неспособность человека к подлостям.

Васильев явно был к подлостям не способен.

— Пошли, — решилась я. Может быть, человек просто влип и нуждается в помощи?

Мы уже поднялись, рискуя привлечь к себе внимание, как вдруг из-за угла появилась фигура в дорогом костюме, который трещал на ней по швам.

Я быстро дернула Сашку за руку, и мы почти свалились снова на нашу лавку.

— Что… — начал было Сашка, но я приложила палец к губам.

Этого типа я знала. Встречаться с ним мне совершенно не хотелось, поэтому я молилась о том, чтобы он прошел побыстрее, не заметив нас.

Молитва моя услышана не была. Он постоял несколько секунд, огляделся с идиотским видом и мелкими шажками направился прямиком к Васильеву.

— Ну и фишечка, — пробормотала я. Теперь мне больше всего хотелось подслушать оживленную беседу, и плевать я хотела на «хорошие манеры».

— Кто это? — поинтересовался Сашка, с любопытством глядя, как я бестолково ерзаю по скамейке.

— Господи, хоть бы они подошли поближе! — молилась я.

— Тань, что с тобой?

— Этот тип — частный детектив. Мы знакомы. Он полное фуфло, но знают об этом только его бывшие клиенты и мы. Он везде дает свои объявления и пока живет дай бог каждому. Но черт меня побери, если я догадываюсь, что может связывать с ним Васильева?!

Они говорили довольно громко, но без «божьей коровки» услышать ничего не удавалось. Если бы они подошли поближе, если бы, если бы… Если бы!

Они двинулись было в нашу сторону. Остановились опять. Я почувствовала привкус разочарования.

— Ну… — нетерпеливо шептала я. Мне было так интересно, как будто я в первый раз занималась слежкой за объектом!

Они сделали еще несколько шагов. Остановились. Я напрягла слух.

— …если это она?

— Вы же сказали, что та была брюнетка?

— Люда говорит, что сегодня приходила блондиночка… Может, у них банда?

Ага. Блондиночка — это я. А о чем, собственно, у них речь-то?

— Сколько с вас требуют?