Прокурор идет в суд - Эрл Стенли Гарднер

Станут ли эти линии ловушкой для убийцы?

Селби потянулся за трубкой, набил ее и принялсявсматриваться в отпечатки, пытаясь использовать их как отправной момент дляпостроения версии происшедшего.

Он старался найти объяснение действиям таинственногобродяги, когда Аморетт скользнула в дверь и доложила:

— Инес Стэплтон просит узнать, не можете ли вы принять ее нанесколько минут.

— Инес Стэплтон! — воскликнул он. — Я не видел ее целуювечность. Она в приемной?

— Да.

— Попросите ее войти… нет, подождите минутку.

Аморетт, сегодня вечером мне нужен самолет до Туксона. Яхочу, чтобы никто не знал, куда я отправляюсь. Зайдите к шерифу Брэндону испросите его, не желает ли он присоединиться. Скажите ему: со мной летитСильвия Мартин. Затем позвоните в Лос-Анджелес, в аэропорт, и закажите хороший,быстрый самолет. Мы уже делали такие заказы, поэтому они знают, что нам нужно.

Аморетт кивнула.

— И попросите Инес войти… Нет, не надо… Я сам.

Селби отодвинул кресло и вышел в приемную.

— Привет, путешественница, — сказал он, увидев изящнуюбрюнетку, которая подошла и грациозным движением протянула ему руку. Онавыдержала его взгляд спокойно и твердо, но предательская голубая жилка быстрозабилась у нее на шее.

— Где ты пропадала? — спросил Селби.

— Там, где я и собиралась быть восемнадцать месяцев назад, —ответила она.

— Ты имеешь в виду…

— Да, — подтвердила она, — изучала право. — И ядействительно его изучала, а не просто играла в изучение.

— Ну и как успехи? — спросил Селби.

Она улыбнулась:

— Я прошла трехлетний курс обучения. Занималась во времялетних каникул и сократила его до семнадцати месяцев, одной недели и трех дней.Перед вами, господин окружной прокурор, Инес Стэплтон — адвокат, официальнодопущенный к работе в судах штата Калифорния.

— Инес! — радостно воскликнул он, схватив ее руку. — Эточудесно, просто чудесно!

— Ты пригласишь меня войти, — спросила она, — или мнепридется войти без приглашения?

Он засмеялся и пропустил ее в открытую дверь. Усадив девушкув большое кресло по другую сторону своего стола, он заметил, как она изменилась— возмужала, стала более уверенной в себе, однако в ее глазах таилась какая-тонапряженность. Когда она расслаблялась, то выглядела усталой — трудности, черезкоторые ей пришлось пройти, оставили на ее лице свой след. Но когда онаговорила или улыбалась, оживление и блеск глаз скрывали усталость.

— Много было зубрежки? — спросил Селби.

— Не хочу вспоминать об этом, — сказал Инес с легким смехом.— Всё позади. Ты знаешь, моя работа в адвокатской коллегии была лишьподготовкой к профессии юриста, ты помнишь… или уже забыл, Дуг?

— Помню, — не очень уверенно ответил он.

— Ты знаешь, Дуг, когда я уехала отсюда год тому назад, ясходила с ума…

— Знаю, — сказал он, — ничего нельзя было сделать.

Я просто должен был выполнить долг…

Она щелкнула пальцами.

— Забудь, — сказала она, — мне наплевать на прошлое… Джорджбыл замешан в деле о наезде, пытался скрыться и избежать ответственности. Онлюбил пускать пыль в глаза, а отец просто губил его своей щедростью изаступничеством. Это был ужасный удар для всех нам, особенно для папы. Нашасемейная гордость была уязвлена, но все обернулось к лучшему.

Судья в Сан-Диего оказался очень гуманным человеком. Он далДжорджу испытательный срок с условием, что тот вернется в школу, в течение двухлет не будет водить автомобиль, пять лет не возьмет в рот спиртного, пять днейв неделю будет ложиться спать в десять часов и через определенные промежуткивремени будет докладывать о себе инспектору, наблюдающему за отпущенными напоруки, — как лично, так и в письменном виде. Это было чудесное решение дляДжорджа.

— Твой отец, — сказал Селби, — не мог понять. Он…

— Чепуха! Отец отлично все понимал. Просто страдала егогордость, вот и все. Он ликвидировал здесь свое сахарное дело и уехал. Думаю,это был лучший вариант как для него, так и для Джорджа… А что поделывал ты,Дуг?

— Обычная рутина, — ответил он. — Лучше скажи, что тынамерена теперь делать? Собираешься практиковать?

Она взглянула ему в глаза и кивнула.

— Что ж, — сказал он, усмехнувшись, — возможно, когда-нибудьмы встретимся с тобой в суде и ты будешь защищать противную сторону.

— Возможно, — серьезно ответила она.

— Станешь охотиться за моим скальпом, а? — сказал он смеясь.

— Нет, — сдержанно ответила она. — Понимаешь, Дуг, тыперерос меня. А я тебе это позволила. Когда ты был свободным юристом, мы,бывало, чудесно проводили время: теннис, походы, плавание, неожиданные поездкив другой город и прочие забавы. Потом тебя избрали на официальный пост, и тыначал серьезно смотреть на вещи. Я полагаю, что папины деньги мешали мне видетьжизнь в надлежащей перспективе.

Я не понимала… А, да ладно, не будем об этом.

Селби через стол дотянулся до ее руки.

— Мне было больно, когда ты уехала. Инес. Я думал, возможно,ты рассердилась и хотела мне отомстить и…

Короче, я много думал о тебе, хотел даже отыскать, но потом,хорошо зная твой характер, понял, что, если ты действительно считаешь менявиноватым, никакие объяснения не изменят твоего мнения.

— Я так не считала, — сказал она. — Просто решила заставитьтебя уважать меня в той области, которая так тебя увлекла.

Смущенный ее спокойной откровенностью и силой, таящейся втвердом взгляде темных глаз, он неловко попытался переменить тему.

— Как ты находишь наш старый город?

— Совершенно не изменился. И наши две газеты все так жесражаются друг с другом?

— Да.

— «Блейд» — против тебя, а «Кларион» — за?

Он кивнул.

— И Сэм Роупер, бывший окружной прокурор, все еще стараетсядостать тебя?

— Не так сильно, как раньше, — рассмеялся Селби. — Оннесколько растерял свое влияние, а заодно, я думаю, и часть своей обиды.Занялся частной практикой.

— А та девушка, мисс Мартин? — спросила Инес. — Как еезвали, Сильвия? Ты часто ее видишь?

Он сказал с улыбкой: