Я тебя урою - Владимир Колычев

Ведя мотоцикл за руль, он прошел не меньше километра, когда услышал шуршание автомобильных шин. Остановился, оглянулся – и увидел «Опель Пассат». Как всякий крутой мент, он отлично разбирался в марках автомобилей.

Но пока он разбирался с мотоциклом – ставил его на подножку, – пока доставал из кармана удостоверение, машина прошуршала мимо. Зато не прозевал следующий за ним джип «УАЗ» последней модели. Махнул раскрытыми корочками, и машина сразу же остановилась... Конечно же, служебное удостоверение здесь ни при чем. Людей этим сейчас не напугаешь. Просто водитель понял, что имеет дело с крутым опером, которого лучше не злить.

Петр открыл правую переднюю дверцу, еще раз показал удостоверение и ловким, тщательно отточенным движением сунул его в... кобуру. Вернее, попытался это сделать. Но места для корочек рядом с пистолетом не нашлось, пришлось возвращать их в карман.

– Садись, старлей, чего стоишь? – позвал его водитель.

Крепкий мужик. Тяжелые надбровные дуги, широкий волевой подбородок. И очень мощная энергетика. Если бы не добродушный взгляд, Петр бы решил, что перед ним крутой мафиози. И, конечно же, арестовал бы его без всякого зазрения совести... Может, все-таки арестовать водилу? На всякий случай...

– Откуда вы знаете, что я старлей? – подозрительно покосился на него Цесарский.

– Как откуда, кто мне корочки сейчас показывал?

– И что, вы звание успели разглядеть?

– А у меня глаз наметан... Тебе куда?

– На Хуторок... А что, эта дорога еще куда-то ведет? – сощурился Петр с таким видом, будто пытался изобличить собеседника в чем-то нехорошем.

– Ну мало ли, может, ты заблудился...

– Я что, похож на человека, который может заблудиться?

– Нет, конечно...

Водитель вышел из машины. Петр бесстрашно посмотрел на него. Мужик был ненамного выше него, но на какой-то миг он почувствовал себя Одиссеем перед лицом чудовищного Циклопа... Но ведь Одиссей все-таки победил, и он победит.

– Что с мотоциклом? – спросил мужик.

– Дорога горная, ненормированный расход топлива...

– Что, бензин закончился?

– Ага...

– Мог бы поделиться. Но извини, зачерпнуть нечем...

– Может, в багажник?

– Пожалуй, в багажник эта штуковина не поместится... А зачем тебе на Хуторок?

– Утопленницу нашли... Вы ее знаете?

Петр применил маленькую милицейскую хитрость, рассчитанную на простака, – вдруг клюнет и расколется, что знает.

– Кого знаю? – удивленно вытаращился на него мужик.

Ага, занервничал. Значит, с ним что-то нечисто...

– Утопленницу, кого ж еще?

– А это что, библейский персонаж? Ну, что-то вроде Вечного Жида...

– Это кличка такая, да? А имя у этого Вечного Жида есть?

– Ну как тебе сказать, одни называют его Агасфером, другие Картофилом...

– У него что, два паспорта?

– Видишь ли, я не уверен, что в те времена существовали паспорта...

– В какие времена?

– Во времена Иисуса Христа... Легенда есть такая, о Вечном Жиде. Агасфер ударил Иисуса, когда тот шел на Голгофу, за то и осужден был на вечное скитание...

– Так, а здесь он что делает?

– Кто?

– Ну, Вечный Жид... Он ведь женщину утопил, так?

– Какую женщину?

– Которая в море утонула!

– Когда?

Похоже, мужик страдал непроходимой тупостью. Вдруг это заразно?.. А может, он нарочно дурака валяет? Чтобы следствие с толку сбить?..

– А это я и должен установить! Для этого и еду в этот чертов Хуторок!.. А вы меня везти отказываетесь!

– Не отказываюсь. Поехали!

– А мотоцикл?

– Ну, давай попробуем...

Мужик нехотя сложил заднее сиденье – расширил багажник. Петр подкатил мотоцикл к открытой крышке багажника. Думал, что погрузит его на пару с водителем, но тот решительным движением руки отодвинул его в сторону. Сам поднял мотоцикл, сам аккуратно уложил его в багажник. И сделал это с такой легкостью, как будто «Ява» была пенопластовой... Ну и силища же в руках у мужика... Но так это лишь подтверждает его вину. Если такой сильный, то запросто мог утопить человека...

– Так все-таки, что за утопленница? – спросил мужик.

«УАЗ» преодолевал последние метры подъема, за которым должен был начаться вид на Хуторок.

– Ну, женщина...

– Утонула?

– Да, на берег выбросило...

– Значит, в море утонула, а потом ее волной на берег выбросило, так?

– Ее с яхты сбросили...

– С яхты? Есть информация?

– Да, с информационного поля земли... Вы на Хуторке живете?

– В общем-то да...

– Яхта у вас есть?

– Нет.

– У кого есть?

– Из соседей – ни у кого...

Машина пошла под горку. Из окна открылся чудесный вид на море... Петр увидел яхту. У пристани.

– А это что? – восторжествовал он.

– Где? Что?

– Яхта!

– Не вижу...

Яхта и в самом деле скрылась из виду. Чем ближе машина подъезжала к домам, тем шире становилось непросматриваемое пространство от кромки берега к морю – в него-то и попала яхта.

– Но я-то видел!..

– Может, тебе померещилось?

– Да не-ет! У меня глаз-алмаз! А вот вы, смотрю я, так и норовите ввести меня в заблуждение! Подозрительно это, гражданин, очень подозрительно!

– Ну, может, я не заметил яхту... Давай спустимся к пристани, посмотрим...

Он остановил машину возле своего дома. Неплохой особнячок, старшему лейтенанту Цесарскому и до пенсии на такой не заработать... «Опель» у ворот, тот самый, который шел впереди «Уазика». Женщина красивая возле него стоит.

– А это кто? – спросил Петр.

– Ну не утопленница же. Моя жена, Жанна... Меня ждет...

– У вас две машины?

– Нет, «Фольксваген» у соседа одолжили, а «УАЗ» вчера купили...

– «Опель» одолжили, – поправил Петр.

– Ну, «Опель» так «Опель»...

– А все-таки, «Опель» или «Фольксваген»?

Ха! Петр – мудрый опер, для него человека запутать, что на два пальца плюнуть.

– А какая разница?

– Большая разница!