Превосходство Борна - Роберт Ладлэм

— Нам был нужен Джейсон Борн, нам был нужен Кейн и человек из «Медузы» по кличке Дельта. У вас был очень мощный мотив для проведения этой операции: получить свою жену. Кроме того, не должно было быть никаких прямых связей с правительственными службами...

— Мы почуяли запах от вашего сценария с самого начала! — взорвался Борн. — И я, и Конклин!

— Почуять запах — еще не значит быть уверенным во всех деталях, запротестовал аналитик, когда они свернули в грязный и темный переулок. — Хэвиленд был прав, выбирая вас для этой операции. Вы единственный человек, кто мог выполнить ее до конца.

Они вновь вышли на яркую освещенную улицу, заполненную толпой.

— Мы должны поговорить, — вновь раздался голос помощника Госсекретаря.

— Мы и так разговариваем почти все время, — резко возразил ему человек из «Медузы». — Я знаю, куда мы идем, и нам не следует попусту терять время.

— Вы должны потерять несколько минут, — настаивал аналитик. Отчаяние, прозвучавшее в его голосе, заставило Борна остановиться и взглянуть на него. Немного помедлив, Джейсон последовал за ним в уединенное место около закрытого магазина. — Прежде, чем вы сделаете что-то, вы должны понять ситуацию.

— Что я должен понять? Очередную ложь?

— Нет, правду.

— Вы не знаете, что это такое, — сказал Джейсон.

— Я знаю, и, возможно, даже лучше, чем вы. Так вот, когда ваша жена сбежала, то вся стратегия начала рушиться.

— Я знаю об этом.

— Тогда вы, несомненно, должны были знать и тот факт, что Шэн знает о существовании вашей жены и понимает важность ее во всей операции.

— Я не думал об этом.

— Тогда подумайте об этом сейчас. Все сотрудники, работавшие в группе от МИ-6, которую возглавляет Лин Вэньчжу, так или иначе находились под присмотром у Шэна. Кэтрин Степлс была убита потому, что была связана с вашей женой, и, следовательно, могла обладать какой-то информацией, что заставило Шэна пойти на крайние меры и даже засветить часть своей сети в Гонконге.

— И какова же ваша точка зрения? — спросил Борн, не скрывая некоторого нетерпения.

— Он по-прежнему уверен в себе и имеет разветвленную сеть по всей колонии.

— Дальше?

— Когда эта история попадет в утренние газеты и на телевидение, он, возможно, сделает определенные выводы и попытается взять под наблюдение дом на Виктория Пик, даже если для этого ему придется взять заложников в соседних домах или в очередной раз внедрить агентов в МИ-6.

— Куда вы гнете, черт возьми?!

— Он найдет Хэвиленда, а затем и вашу жену.

— И?

— Предположим, что вы проиграете? Или будете убиты? Шэн не успокоится, пока не узнает все, что он захочет узнать. Ключом к этому, несомненно, он считает женщину и Хэвиленда. Высокую женщину ищут все и везде. Она им нужна потому, что она центральная загадка всей тайны и, кроме того, это связь с Хэвилендом. Если с вами что-то случится, Хэвиленд будет вынужден отпустить ее, и тогда она станет добычей Шэна, который может сделать это везде — в аэропорту Кай Так, или в Гонолулу, или в Лос-Анжелесе, или в Нью-Йорке. Поверьте мне, мистер Вебб, он не остановится, пока не получит ее. Он хочет знать, что готовится против него, а она, по его мнению, является ключом этой загадки, поскольку кроме нее, ему никто не известен.

— И вновь вернемся к вашей точке зрения. Какова она?

— Может случиться все, что угодно, но с еще более ужасными последствиями.

— В вашей голове уже сложился сценарий возможных событий? — спросил Джейсон, чувствуя, как кровавые картины происходившего в птичьем заповеднике, начинают всплывать в его воображении.

— Да, — твердо сказал аналитик. — На этот раз ваша жена используется не как часть сценария, для того чтобы шантажировать вас и побудить к определенным действиям, а она является основной фигурой в смертельной игре, которую ведет Шэн.

— Но он ничего не сделает, если умрет!

— Вероятно, не сможет. Но ведь риск очень велик, и при малейшей ошибке он останется в живых.

— Вы все время хотите что-то сказать, но не договариваете!

— Хорошо, я попробую сделать это сейчас. Так же, как и погибший наемник, вы можете привести нас к Шэну, вы знаете условия связи. Но выманить его из укрытия не сможет никто, кроме меня. Только я могу сделать это!

— Вы?

— Именно по этой причине я дал указание в консульство использовать мое имя в заявлении для прессы по поводу событий на Виктории Пик. Вы понимаете, что Шэн знает меня, и я очень внимательно прослушал ваше предложение «заговорщик для заговорщика», которое вы излагали Хэвиленду. Он не клюнул на него, и, откровенно говоря, я тоже. Шэн не пойдет на контакт с неизвестным ему лицом, но, возможно, он отважится на встречу с тем, кого знает.

— А почему именно с вами?

— Полуправда и полуложь, — повторил аналитик слова Борна.

— Спасибо за то, что вы тогда внимательно выслушали меня, но я бы хотел некоторых разъяснений.

— Сначала коснемся правды, мистер Вебб, мистер Борн, или как вам угодно себя называть. Шэн осведомлен о моей работе на наше правительство и об определенном успехе этой работы. Но во всем остальном я никому неизвестный мелкий чиновник, подобный, может быть, Александру Конклину, но без его алкогольных проблем. Во всем остальном я ничем не уступаю Шэну, и он знает об этом.

— Очень впечатляющее вступление, прямо как на исповеди, — заметил Борн по-прежнему нетерпеливо. — Но почему он захочет встретиться с вами? Как вы сможете выманить его из норы? Я поверю вам, если буду знать, как вы представляете себе его убийство?

— Потому что я хочу кусочек его Гонконгского пирога. Я едва не погиб этой ночью, и это явилось последним унижением. Теперь, после всех этих лет я хочу получить что-нибудь и для себя, для своей семьи. Вот это и будет ложь.

— Это не вполне убедительно — для меня, по крайней мере, — заметил Борн.

— Потому что вы не любите прислушиваться к «паузам между строк». Я нахожусь в конце своей карьеры. Моя работа здесь связана с прослеживанием и анализом слухов, поступающих с Тайваня. Последняя информация об экономическом заговоре в Пекине, как мне кажется, имеет определенный смысл, и если это сообщение правдиво, то источником его может быть только один человек, мой старый знакомый по Китайско-Американским экономическим переговорам и комиссиям, олицетворяющий новые силы, стоящие за новой экономической политикой Китая. Ничего подобного не могло произойти без его ведома, даже в предположениях. Поэтому, как я считаю, для меня самый лучший выход — это пойти на прямой контакт с ним, и не для того, чтобы взять за горло, а официально опровергнуть эти слухи. Я могу пойти даже дальше, утверждая, что это не затрагивает ни интересов нашего правительства, ни моих личных интересов. Главная же цель состоит в том, что он должен захотеть встретиться со мной.