Упраздненный ритуал - Чингиз Абдуллаев

— Собаки все-таки есть, — шутливо заметилВейдеманис.

— Я не могу предусмотреть все на свете, — лукавоулыбнулся Дронго.

В следующем подъезде дверь открыли почти сразу. На порогестоял высокий красивый мужчина с густыми темными усами. Увидев Дронго, онрадостно воскликнул:

— Здравствуй, дорогой! Заходи скорее. Я сейчас позовужену, чтобы она приготовила ужин.

— Нет, нет, — улыбнулся Дронго, — в следующийраз. Извини, что тебя побеспокоили. Я не знал, что ты живешь в этом доме.

— Мы снимаем здесь квартиру, — хозяин держал заруку гостя, не собираясь его отпускать.

— Прекрасно. Я обещаю завтра тебе позвонить. Извини, уменя сейчас важное дело.

— Буду ждать звонка, — поднял обе руки хозяинквартиры. Он говорил с характерным грузинским акцентом.

Когда Вейдеманис и Дронго спустились вниз, Эдгар тихоспросил:

— Кто это?

— Мой старый знакомый, — улыбнулся Дронго, —фантастически порядочный и умный человек. В Грузии он был дважды лауреатомГосударственной премии, защитил докторскую диссертацию в Германии. Уженесколько лет он — посол Грузии в Баку.

— Правда посол? — не поверил Эдгар. Он часто непонимал, когда Дронго шутит, а когда говорит серьезно.

— Нет, шеф-повар лучшего грузинского ресторана, —сострил Дронго. — Конечно, посол. Я же тебе говорил много раз: смотричеловеку в глаза. Их невозможно подделать. Умные глаза — самый определяющийпоказатель.

— Почему ты не спросил про Габышева?

— Он может не знать. Они ведь снимают здесь квартиру.Давай в следующий подъезд. Надеюсь, нам все-таки повезет.

В следующем подъезде им не открыли дверь, прокричав, что ужепоздно и Габышевых здесь нет.

— Хорошо, что нас не выругали, — заметилВейдеманис, — приличные люди в такое время не ходят в гости.

— Габышевы живут в соседнем подъезде, — крикнулаженщина из-за закрытой двери.

— Спасибо! — прокричал Дронго в ответ. — Вотвидишь, — улыбнулся он, обращаясь к Вейдеманису, — несмотря ни начто, в этом городе по-прежнему доверяют людям, стараются помочь даженеизвестным, постучавшимся в их квартиру в полночь.

— Я иногда думаю, что знаменитое кавказскоегостеприимство совсем не миф, — пробормотал в ответ Эдгар.

В квартиру Габышевой они позвонили, прислушиваясь к шуму задверью. Однако в течение целой минуты им никто не отвечал. Затем они позвониливо второй раз. Наконец послышались чьи-то старческие шаги. И за дверью раздалсядребезжащий голос:

— Кто вам нужен?

— Извините нас, — громко сказал Дронго, —здесь находится квартира Габышевых?

— Здесь, — ответила женщина, — это яГабышева. Что вам нужно?

— Нам нужен ваш племянник Владимир Габышев. Намсказали, что он остановился у вас, и мы бы хотели с ним поговорить.

За дверью наступило молчание. Долгое молчание. Настолькодолгое, что Дронго вынужден был снова сказать:

— Вы нас слышите?

— Слышу, — ответила женщина, — но ведь онуехал к вам сразу, как только вы ему позвонили.

Быстро взглянув на Вейдеманиса, Дронго сказал:

— Нет, мы с ним не встретились. Может, он куда-нибудьзаехал по дороге?

— Не знаю, он уехал часов в восемь и должен быть у вас.Я ему сейчас позвоню на мобильный.

— Извините, — торопливо сказал Дронго, — ябоюсь, что вы ошибаетесь. Мы его школьные друзья. Хотели напомнить ему, чтозавтра — день нашей встречи. Разве он поехал на встречу друзей?

— Нет, конечно. Какие школьные друзья? — женщина,видимо, смотрела в глазок. — Я вас не помню. Вы учились с Вовой в одномклассе? Как вас зовут? Вы выглядите намного старше его.

— Нет, я кончал школу раньше него, — призналсяДронго, — завтра мы встречаемся все вместе. У меня тоже был преподавателемБорис Михайлович Флисфейдер.

— А кто был у вас по химии? Вы помните, кто преподавалвам химию?

— Я не знаю точно, кто преподавал вашему племяннику, номне преподавала Грета Артемовна.

— А по истории? Кто у вас был по истории?

— В школе было три преподавателя истории. Вы хотите,чтобы я назвал всех троих?

— Да, если вы учились в одной школе с Вовой, то должныих помнить.

Вейдеманис пожал плечами. Нужно уходить. Дронго закончилшколу двадцать четыре года назад. Он не сможет вспомнить имена всех трехпреподавателей.

— У нас было три преподавателя истории, — громкосказал Дронго, — Анастасия Николаевна Новикова, Любовь АлександровнаБабаева и Виктория Марковна Рохлина. Вас интересует еще что-нибудь?

Вейдеманис ошеломленно взглянул на Дронго.

— Каким образом? — пробормотал он. — Тыспециально спрашивал?

— Я помню, — улыбнулся Дронго, — ты знаешь,нас в классе было тридцать пять человек, и я до сих пор помню кто и где сидел.С первого класса.

— Но это невозможно, — успел сказать Вейдеманис.

Дверь открылась. На пороге стояла женщина лет семидесяти, вочках. Она была в темно-красном домашнем халате. Седые волосы были аккуратнозачесаны назад. Она строго посмотрела на гостей.

— Уже очень поздно, я думала, что вы грабители, —призналась Габышева. — Хотя взять у меня все равно нечего. Квартиру я ужепродала, мебель тоже. Через два дня ее должны забрать. А все деньги перевела вотделение «Мост-банка». Он находится как раз напротив — в здании издательства«Азернешр». Поэтому ни денег, ни ценностей в квартире нет. Говорю это на всякийслучай. Многие знают, что я переезжаю в Москву, и поэтому может появитьсясоблазн. Но раз вы действительно учились в одной школе с Вовой, можете войти.

— Спасибо, — вежливо поблагодарил Дронго, —мы не хотим вас беспокоить. Просто хотели напомнить про завтрашнюю встречу. Мыиз школьного комитета по встрече.

— Не нужно меня обманывать, — лукаво улыбнуласьГабышева, — такие плечи, как у вас, бывают у спортсменов или у сотрудниковорганов. А в школьных комитетах бывают совсем другие люди.

— Может, мы сотрудники органов? — засмеялсяДронго.

— Тогда не спрашивайте, куда ушел Вова. Вы ведь всезнаете.

— Наверно, ему позвонил Игорь Керимов изпрокуратуры? — уточнил Дронго.

— Игорек? Нет, я его голос знаю. Это опять звонили изКГБ, тьфу ты черт, сейчас нет КГБ, сейчас есть МНБ. Ой, опять я все рассказала.Но, наверно, вы все равно знаете, раз спрашиваете.

— Конечно, знаю, — улыбнулся Дронго, —скажите, а он и раньше приезжал в Баку на каждую встречу выпускников?