Зовущие к огню - Александр Афанасьев

– Большие? Да тут на целый город…

– Сэр, такие сооружения маленькие не бывают. Может, тут еще планировалась станция для опреснения воды.

– Дверь, справа…

– Посвети… сюда.

– Сэр, лучше не надо. Тут могут быть установлены фотодатчики.

Баррет выругался сдавленным шепотом.

– Черт… там хотя бы впереди есть выход?

– Карт нет, сэр. Но вы видели трубы. Если есть трубы, они должны куда-то вести, верно?

– В этой Чернож… может и нет.

– Тогда нам просто не повезло.

– Выхода не может не быть.

– Давайте все же проверим, куда ведет эта дверь, сэр.

В ЦРУ полевые агенты располагали такими устройствами, каких не было в армии, одно из них – средство для вскрытия дверей и проделывания в них дыр. Если стоит задача вскрыть дверь, надо определиться, что будет целью – дверное полотно или замок. Их можно взорвать, прожечь или просто вскрыть. Баррет обследовал запорное устройство и обнаружил, что оно на удивление простое для такого места. После чего менее чем за минуту вскрыл его.

Луч фонаря заметался по стенам.

– Можно.

Они попали в настоящий зал. Менее трети его было занято – здесь были установлены генераторы, причем они не были разбиты или разграблены. На оборудовании – был тонкий слой пустынной пыли – это мелкий песок, который сам, как пыль.

Но это помещение использовалось и для чего-то другого. Часть его была отгорожена толстой пленкой – как сами американцы делали поначалу в Баграме и тому подобных местах.

– Осторожнее…

Баррет вдруг понял, что это за место. Достал телефон – понятно, что СИМ-карты в нем не было, но и без нее современный телефон представляет собой крайне полезную штуку с многочисленными функциями. Сделал несколько снимков – стены, оборудование…

Одно из слабых мест, на которых прокололась не одна террористическая группа – видео. Чтобы заявить о своих намерениях, террористы снимают пропагандистские видео, на которых будущие смертники заявляют о своих намерениях и произносят речи. Но каждое такое видео снимается на каком-то фоне, и террористы удивились бы, узнав, как много информации можно извлечь из обыкновенной бетонной стены. Баррет тоже привык обращать внимание на фон – и сейчас он без экспертизы, каким-то чутьем понял: это именно то самое место, где было записано видео смертника, взорвавшего Чикаго.

– Осторожнее…

Один из агентов стволом автомата отодвинул край тяжелой полиэтиленовой завесы, второй посветил фонарем.

– Черт… да тут целый завод…

Они вошли внутрь. Баррету сразу бросилось в глаза – научное оборудование. Он не знал, как это называется… Такие большие ящики с рукавами, в которые продеваешь руки и работаешь с тем, что внутри ящика, в безопасной зоне. Так вот – тут это было, а так же какие-то станки, один, похоже, токарный – но тоже. Рабочая зона изолирована, подведена вода и отсос воздуха… короче, это не просто станок, чтобы оружейные детали вытачивать, к примеру…

Фонари разгоняли полумрак – но он лип к ним, привлеченный страхом…

– Что с фоном?

– Повышенный, сэр.

– Сильно?

– Раза в три, сэр.

Остаточные явления.

– Возьмите пробы воздуха и соскобы с оборудования. Надо все сфотографировать.

– Сэр, русские на хвосте.

– Значит, надо спешить.

…

К их удивлению, русские не появились, видимо, не рискнули лезть в темноту с непредсказуемыми последствиями. Но и им возвращаться было нельзя. Решение было только одно – труба главного коллектора. Она должна была куда-то идти; и это место было явно далеко от того места где русские.

И они пошли по коллектору.

Труба была длинной, хорошо, что сухой – в ней не было даже песка. Когда под ногами захрустело и начали немного проскальзывать ботинки – они поняли, что выход где-то рядом…

Потом они дошли до выхода. Труба выходила в какой-то овраг, скорее всего, это пересохшее русло реки, которая оживает только в сезон дождей. Дрона у них не было, потому один из оперативников высунулся, осмотрелся, поднял большой палец.

– Можно!

Они выбрались из трубы уже все – когда справа стукнул одиночный, и один из оперативников спецназа рухнул на склон… и они открыли прикрывающий огонь. Варианта было два – либо обратно, в коллектор, либо прорываться. В ответ тоже открыли огонь, в несколько стволов – а разрыв минометной мины и вовсе оставил всего один вариант из возможных…

– Твою же мать…

Русские ждали! У них были карты, понятно, что они знали, куда выходит коллектор и просто ждали их. Теперь – они в ловушке, и при необходимости – русские зайдут и в подземелья.

– Связь…

Оставался один вариант. Небо Сирии было «зоной свободного огня», туда залетали не только русские, но и турецкие и американские самолеты и израильские конечно. Были тайные каналы, по которым организовывалось взаимодействие – а это место было недалеко как от иракской, так и от турецкой границы. В конце концов, если не договорятся – то могут послать истребители-бомбардировщики или летающую батарею АС-130.

– Связи нет!

Русские врубили глушилки. Баррет проверил спутниковый – не работал и он. Частично – то что они под землей, но, видимо, и спутник русские научились глушить.

И это хреново…

И снова было два варианта. Первый – отступать в подземелья и сражаться, надеясь на чудо. Второй – сдаваться.

Когда он учился, никто не говорил им про «сдаваться». Такого просто не могло быть в мире на изломе веков. Американца никто не мог взять в плен. Но сейчас шла Холодная война, реалии были совсем иными. В США сидели несколько российских разведчиков – согласно новым антитеррористическим законам теперь ЦРУ и ФБР могли хватать кого угодно и держать в тюрьме сколько угодно без предъявления обвинений. Понятно, что они послужат фондом для обмена. Они вернутся на родину, после примерно полугодовой отсидки где-нибудь в Подмосковье и все пойдет как раньше. Но понятно, что он будет «помеченным», то есть никаких зарубежных командировок, никаких продвижений по службе. Ничего.

Живой символ позора. И хотя сколько было такого позора в последнее время, в этот раз позором будет именно он. В ЦРУ были старые традиции, и почему-то проиграть именно русским считалось особо позорным.

Или – расплатиться жизнями. И не только своей, но и тех, кто с ним.

Тем временем – со стороны русских позиций заорал мегафон:

– Американцы! Мы знаем, что вы там! Бежать некуда! Сдавайтесь! Стрелять не будем! Выходите по одному, бросайте оружие! Жизнь гарантируем!

Баррет посмотрел на своих людей, потом отстегнул ремень с автомата и отдал оружие.

– Сэр, я… – сказал один из агентов.

– Не делать глупостей. Это мое дерьмо и