Миг - и нет меня - Эдриан Маккинти

Поднявшись на верхнюю площадку, я на мгновение остановился. За всю ночь это был единственный раз, когда я заколебался. Спальня Темного располагалась в конце коридора слева, комната охранников была второй справа. Как сказал Джон, все они спали в одной комнатке на двухъярусных койках. (Ну разумеется, на двухъярусных! Темный всегда был прижимист.) Самым разумным было бы потихоньку пробраться туда и перерезать им горло, пока они спят, но я уже пообещал себе, что, если получится, я оставлю охранников в живых. То есть раньше я думал, что мне все равно, каким образом я смогу достичь своей цели, но оказалось, что нет — не все равно. С другой стороны, несмотря на то, что я решил обойтись без лишней крови, это вовсе не означало, что я откажусь от своего плана, если для его осуществления мне потребуется кого-то убить. Не мог же я, в самом деле, позволить троим вооруженным мужчинам разгуливать по дому, пока я буду приканчивать их босса! Гм-м… Я задумался. А что, если я потихоньку войду в комнату и попытаюсь оглушить спящих охранников ударом по голове? Этот план выглядел вполне осуществимым, но я не знал, не разбудит ли первый удар второго из них.

На обдумывание у меня ушло не больше секунды. В конце концов, я все же решил рискнуть. Возможно, я выбрал самый опасный путь, но какое-то решение принимать было надо, иначе я бы проторчал на этой чертовой лестнице до утра!

Дальше я действовал быстро, но осторожно. Подкравшись на цыпочках к комнате охранников, я бесшумно отворил дверь. Внутри стояли две двухъярусные койки, одна напротив другой. Мне снова повезло — оба оставшихся охранника спали на одной койке: один наверху, другой внизу.

«Ну, поехали!» — подумал я и, шагнув вперед, оглушил спавшего на нижней полке охранника, ударив его за ухом рукояткой отвертки. Не проверяя, что вышло из моего удара, я стремительно выпрямился и таким же образом ударил второго мужчину. Офисный резак я держал в левой руке, готовясь перерезать им глотки, но, к счастью, он мне не пригодился. Оба моих удара достигли цели: охранники потеряли сознание. Включив настольную лампу, я достал моток липкой ленты и принялся за дело. Я связал им руки и ноги, заклеил им глаза и рты и уложил обоих на бок. У человека без сознания мышцы расслаблены, и ворочать его с боку на бок очень нелегко, но я справился с охранниками меньше чем за десять минут. Больше всего меня, однако, обрадовало не это, а то, что мне не пришлось их убивать. Пощадил невинных! Ай да я! Настоящая мать Тереза, блин…

Убедившись, что оба охранника надежно связаны и опасности не представляют, я вышел из комнаты и прошел в конец коридора к спальне Темного. Приоткрыв дверь, я убедился, что в кровати лежат двое. Так… Я на цыпочках приблизился и пошарил под подушками в поисках оружия. Под руку мне сразу попался револьвер, и я осторожно вытащил его. Мои уши напряженно ловили каждый звук, но ничего особенного я не услышал. Темный храпел, Бриджит посапывала во сне. Пока все шло как по маслу.

Я включил светильник на ночном столике.

Бриджит с распущенными волосами была прекрасна. На ее левой руке блестел перстень с таким большим камнем, что он мог бы потопить и «Куин Элизабет-2». Темный — загорелый, умиротворенный — спал крепко и безмятежно.

Бриджит проснулась первой. Увидев меня, она вскрикнула.

Темный сразу открыл глаза и сунул руку под подушку, но оружия там уже не было. Револьвер — компактная, но мощная модель калибра.38 — был у меня, и сейчас я направил его на Темного.

— Ты! Живой! — ахнула Бриджит.

— Да, живой, — подтвердил я.

И Бриджит и Темный были одеты в одинаковые фланелевые пижамки с зайчиками. Почему-то мне казалось, что он заставляет ее носить вульгарную рубашку с глубоким вырезом, но я ошибся. Пижамки выглядели по-домашнему уютно и мило, и я подумал, что Темный не такой уж мерзавец.

Казалось, Бриджит вот-вот хлопнется в обморок, но она лишь несколько раз судорожно сглотнула. Что касалось Темного, то он смотрел на меня без тени страха. Как я уже говорил, что-то хорошее в нем все-таки было.

— Ты убил Лучика, — сказал он. Это не был вопрос, просто констатация факта.

Я кивнул.

— И Большого Боба тоже? — спросил Темный. На этот раз он действительно не знал.

— Да, и Большого Боба, — подтвердил я.

— О господи! — выдохнул он, но я видел, что Темный все еще не чувствовал ни малейшего страха.

— В чем дело? — спросила Бриджит. — Объясни, пожалуйста, что случилось? Что вообще происходит, дорогой?

Только когда она произнесла это последнее слово, я понял, что она обращается не ко мне.

Темный посмотрел на нее, потом на меня. Очевидно, на моем лице он прочел все, что хотел знать. Свой приговор.

— Нам с Майклом нужно обсудить одно важное дело, милая, — сказал он с завидным самообладанием. — Я думаю, тебе лучше ненадолго выйти в ванную.

— Да что происходит?! — истерически взвизгнула Бриджит.

Мне хотелось заговорить с ней, рассказать ей, что за человек Темный, рассказать об Энди, Скотчи, Фергале, о том, через что мне пришлось пройти и почему, объяснить ей, что Темный — гребаное чудовище, жестокий негодяй, хитрая и опасная тварь, которая заслуживает смерти, смерти, смерти! Что без него ей будет гораздо лучше. Что ей будет лучше со мной. Мне хотелось произнести маленькую речь и объяснить ей, что Бог избрал меня орудием своей мести, но… в который раз Темный был прав. Бриджит не следовало видеть того, что должно было произойти. Так будет лучше.

— Темный прав, Бриджит, — сказал я. — Нам нужно кое-что обсудить, так что ступай в ванную.

— Ты ведь не убьешь его, Майкл? Имей в виду, в доме четверо вооруженных охранников, они не дадут тебе уйти. Они убьют тебя, Майкл, они… О господи, ты жив! Но как тебе удалось? Мы не знали. Мы ничего не знали! Ведь речь идет о деньгах, правда? Обещай мне, Майкл, что ты не сделаешь ничего… сгоряча. Обещай мне!

Она смотрела на меня, но прижималась — к нему.

— Все вопросы можно решить, — лепетала она. — Обещай, что не сделаешь ничего сгоряча! Обещай же!

— Обещаю, — сказал я.

Темный не отрываясь смотрел на меня.

— Я все объясню тебе позже, Бриджит, — проговорил он. — А теперь, дорогая, сделай мне одолжение — выйди на минутку в ванную. На минутку, не больше…

— Но почему? В чем дело? — снова спросила Бриджит, сев в кровати и подавшись вперед так, что при желании могла бы коснуться меня.

— Есть дело, детка, — твердо сказал Темный. — А теперь — иди.

Я с любопытством посмотрел на него. Темный смело встретил мой взгляд. Его лицо было сосредоточенным, но спокойным, и я почувствовал что-то вроде восхищения. Что за человек! Вот что значит старая школа. Даже сейчас он оставался великим Темным Уайтом!

— А зачем ему револьвер? Здесь же нет воров! Как хорошо, что ты жив, Майкл! Я ужасно рада, что ты жив. Господи…

Темный повернулся к ней. Он видел, что я начинаю терять терпение, и хотел во что бы то ни стало избавить Бриджит от ужасного зрелища.