Вирус убийства - Барри Мейтланд

Темноту на втором этаже нарушал лишь тусклый свет раннего утра, вливавшийся в дом сквозь остекление кабинета и просачивавшийся через приоткрытую дверь в коридор и на лестничную площадку. Кэти проскользнула в кабинет, где было достаточно светло, чтобы понять, что засада ее там не ждет. Света было достаточно и для того, чтобы заметить царивший в комнате хаос, а также разглядеть темный силуэт Брока, распростершегося на полу поверх обломков рухнувшего под его тяжестью кофейного столика.

Кэти еще раз настороженно осмотрела комнату, потом бросила взгляд через плечо в коридор. Никого. Быть может, злоумышленник выбрался из дома, воспользовавшись задней дверью? Или через окно?

Она сделала несколько шагов вперед, склонилась над распростертым телом Брока и, протянув руку, коснулась пульса у него на шее. За все это время она не издала ни звука и никак не нарушила тишину, словно опасаясь, что даже легчайший шум может пробудить к жизни некие злые силы. Там, где она находилась, чувствовался сильный запах виски. Кэти догадалась, что виски вытекло из разбитой бутылки, которая лежала у головы Брока. Пульс прощупывался, но Брок не подавал признаков жизни. Портативный компьютер лэптоп лежал на полу рядом с Броком, словно верная собака, дожидавшаяся, когда хозяин придет в себя и отдаст ей наконец какую-нибудь команду. Кэти подняла компьютер с пола и распрямилась, пытаясь вспомнить, где находится телефон. В следующее мгновение она оглянулась и, что называется, едва не выпрыгнула из собственной кожи, заметив в нескольких шагах от себя в дверном проеме черный силуэт Таннера.

— Здравствуйте, Кэти.

Голос у него был низкий и хриплый; он испугал Кэти больше, нежели какой-либо другой звук, который она слышала в своей жизни.

— Здравствуйте, Рик. — Она услышала свой ответ словно со стороны. Ее голос на удивление, звучал спокойно и ровно. — Вам не следовало этого делать. Вы нанесли Броку серьезную травму. Полагаю, нам просто необходимо вызвать «скорую помощь».

Прежде чем ответить, Таннер медленно обвел ее взглядом.

— Поздно, Кэти. Воры в наши дни становятся все более жестокими и склонными к насилию. Если честно, мне представляется, что Брок этого нападения не переживет.

— Бросьте, Рик. Никто не купится на эту чушь.

— Правда? И почему, интересно знать?

Она заколебалась.

— Слишком много совпадений, вы не находите?

Он пристально на нее посмотрел.

— Выкладывайте, Кэти. Что там еще припрятано у вас в рукаве?

С этими словами он шагнул в ее сторону.

— В полиции обо всем знают, Рик. Лонг все рассказал.

— Ого! — Он остановился; кривая ухмылка словно примерзла к его губам, пока он переваривал эту информацию. — Что ж, такая опасность существовала всегда. У меня было время, чтобы кое-что в этой связи предпринять. Так уж случилось, что у нашей семьи есть за границей небольшой бизнес, которому я могу себя посвятить. Сказать по правде, это здорово облетает мне жизнь, а также мои с вами отношения. По крайней мере мне не нужно притворяться. Более того, я даже могу себе позволить устроить прощальное шоу. Чтобы потешить, так сказать, свое самолюбие и получить удовольствие от сложившейся ситуации. Согласитесь, будет очень поэтично, если вы с Броком кончите свои дни так, как те двое, что уже отдали Богу душу. К примеру, Брок, подобно Петроу, может оказаться в петле, а вы — с перерезанным горлом, как это случилось с Рози. По-моему, нет лучшего способа, чтобы дать понять всем этим людишкам, до какой степени мне на них наплевать. Вы как думаете?

С этими словами он сунул руку в карман брюк. Когда он извлек ее оттуда, в ней оказался некий предмет. Потом Кэти услышала щелчок и увидела сверкнувшее в полумраке длинное стальное лезвие.

— Не понимаю, — сказала она, поражаясь тому, как спокойно и даже расслабленно звучит ее речь, — зачем вы вообще убили Петроу? Что такого он вам сказал, чтобы заставить вас пойти на это? Что вас так разозлило?

Секунду, показавшуюся ей вечностью, Таннер злобно на нее смотрел.

— Не то, что он сказал, а то, чего не говорил.

— Как это?

— Я хотел забрать у него бумаги Лонга. Письмо и фотографии. Весьма, надо сказать, компрометирующие свидетельства. Такого рода улики приходится скрывать от посторонних глаз всю жизнь. Особенно если собираешься занять пост заместителя комиссара полиции.

Голос Таннера, холодный, отстраненный и лишенный каких-либо эмоций, заставил Кэти поежиться. Казалось, Таннер уже похоронил в себе все присущие нормальному человеческому существу чувства.

— Но ведь он в конце концов сказал вам, где находятся эти вещи?

— В конце концов сказал. Я убедил его признаться.

— И как же вы это сделали?

— Сел ему на грудь и воткнул ему в глаз иглу. — Таннер неожиданно чихнул и потер нос рукой. Со стороны можно было подумать, что у него начинается простуда. — Тогда он и раскололся. Оказывается, он хранил письмо и снимки в пластиковом пакете под сиденьем своего мотоцикла. Там же, под сиденьем, лежали его паспорт и пачка денег. Это была своего рода страховка на случай каких-либо непредвиденных случайностей. Он в любой момент был готов удариться в бега. Возможно, подобным образом мыслят все люди, которым довелось жить в Бейруте… После такого допроса я просто обязан был его убить, вы не находите?

— Какой иглой вы его укололи?

— Какое это имеет значение? Положим, я взял иглу с медицинской каталки, мимо которой проходил. Я искал что-нибудь в этом роде — скальпель или другой колющий или режущий предмет… На каталке лежала губка, в которую было воткнуто множество разных иголок, и я подумал, что одна из них может мне пригодиться. Моим первым побуждением было воткнуть ему иглу в яйца, но по некотором размышлении я решил, что лучше колоть в глаз. Делая это, я мог следить за выражением его лица.

Он сноса сделал шаг в ее сторону, выставив перед собой лезвие ножа. Вместо того чтобы отступить, Кэти неожиданно перешла в атаку, пытаясь таранить его портативным компьютером Брока. Однако лэптоп был для нее тяжеловат, а его поверхность — слишком гладкой, и ее руки соскользнули. В общем, удар у нее не получился, и Таннер легко его отразил. Он поднял левую руку и без видимого труда отбил нацеленный ему в голову снаряд. Потом он сам перешел в наступление и, описав в воздухе ножом изящную кривую, полоснул Кэти лезвием по правой руке.

Она отдернула окровавленную руку, отпрянула, попыталась переступить через лежавшее позади нее тело Брока, задела его ногой, потеряла равновесие и упала спиной на газовый камин, соприкоснувшись в падении затылком с его керамической облицовкой и едва не потеряв от удара сознание. Словно со стороны она услышала собственный панический вскрик, а затем почувствовала пронзительную боль в голове. В следующее мгновение она увидела в полумраке бледное лицо Таннера, который, схватив ее за волосы, с силой притянул к себе. Его широко раскрытые, блестевшие от возбуждения глаза, находившиеся от нее в каких-нибудь нескольких дюймах, видели ее страх, упивались им, а затем сфокусировались на ее горле.