Сокол и Ласточка - Борис Акунин

— Всё это мы поделим пополам. Только сначала избавимся отдвух идиотов, которые дожидаются нас снаружи. Фляга с вами?

— Да, — спокойно ответила Летиция и погладила розовыйкамень, прежде чем положить его обратно в ларец.

— Ну, беритесь. Нет, с другой стороны, у меня же левая рукапорезана, сами знаете. — Они подняли сундук и понесли его к выходу. — А крометого мне ещё положена изрядная доля от золота и серебра, что остались внизу.Клянусь, мне суждено стать самым богатым из всех рыжих ирландцев! — Логанхрипло рассмеялся. По-моему, он был немного не в себе. — Жаль, что вы недевушка, Эпин. С таким приданым я охотно взял бы вас в жёны!

Она сухо молвила:

— Вы не в моём вкусе.

Миновав лаз, ведущий в главную пещеру, я оглянулся. Рудникбыл освещён ещё не догоревшими лампами, над чёрной дырой шахты стоял подъёмник.Всё подготовлено для подъёма основной части сокровища.

Потом Гарри нажал ногой на «оселок» и «брусок» — каменнаяплита встала на место.

— Зачем? — спросила Летиция. — Ведь скоро мы вернёмся сюда сматросами.

Он подмигнул:

— Для эффективности. В колодце вход в штрек я тоже закрыл.Пусть Дезэссар видит, сколько трудностей мы преодолели.

* * *

На самом выходе из пещеры, перед бурлящей завесой водопада,Гарри остановился.

— Не будем поднимать козырёк. Хоть господин Клещ и недолгопробудет с нами, а всё же незачем ему знать лишнее. Вы не боитесь промокнуть,доктор?

И они прошли прямо через падающий сверху поток, по-прежнемудержа сундук за ручки. Летиция спрятала меня под мышку — иначе я не сумел быпрорваться через это препятствие, но я всё равно вымок до последнего пёрышка.Теперь раньше, чем через два часа, мне было в воздух не подняться.

Зато на писца наше внезапное появление прямо из струйводопада произвело сильнейшее впечатление.

Мэтр Салье, за всё время нашего отсутствия так и не сошедшийс места, попятился, замахал руками, потом начал креститься.

— Карандá-барандá-дурандá! — грозновыкрикнул Логан, фыркая и отплёвываясь. — Вот и всё чародейство. Как видите,дружище, мы возвращаемся с добычей. Хотите взглянуть?

Выбравшись из чаши, в которой пенилась бурая вода, они сЛетицией поставили тяжёлую ношу на камни.

Клещ весь дрожал.

— Не знаю, как вы, а я душу дьяволу не продавал! — боязливосказал он. — Я всего лишь получу свою законную долю!

Но когда он заглянул в сундук, вся робость его оставила.Королевский писец рухнул на колени и тихонько завыл от восторга — при том, чтов дневном свете драгоценности сияли гораздо скромней, чем при факельномосвещении.

— Ну будет, будет. — Штурман поднял Клеща на ноги. — Дороганеближняя, а груз тяжёлый. Но своя ноша не тянет, правда? Сейчас я завяжу Эпинуглаза, а мы с вами потащим её дальше.

Украдкой подмигнув, он повязал Летиции чёрный платок налицо, но оставил снизу щёлку.

— Держите меня сзади за пояс, доктор.

— Нет, пусть идёт сбоку, — быстро сказал Клещ. — Я долженбыть уверен, что он не подглядывает.

И мы тронулись в обратный путь. Двигались ещё медленней, чемпо дороге к руднику — сундук весил немало, а сменить руку Логан не мог, поэтомучерез каждые сто шагов просил сделать передышку. Всякий раз во время остановкиКлещ открывал крышку и жадно смотрел на драгоценности; во время ходьбы он тожебыл при деле — беззвучно шевелил губами, проверяя счёт шагов от угла до угла.Штурман искоса поглядывал на сосредоточенного писца, чуть кривя рот в недобройусмешке.

Я тоже вёл подсчёты. Когда до места, где нас дожидалсяПроныра, оставался один поворот, во время очередного отдыха, Гарри вдругсказал:

— Я совсем выбился из сил. Дайте-ка рому, Эпин. По-моему язаслужил эту маленькую награду. Господин Салье обойдётся. Он скоро сменится, амне тащить сундук и дальше.

Расчёт был безошибочный: люди склада Клеща не могутдопустить, чтобы кто-то покушался на их права.

— Я тоже устал! — возмущённо воскликнул он. — В отличие отвас я не привык к грубому труду. Я член королевской гильдии писцов, а неносильщик!

— Чёрт с вами. Пейте первым. Но не больше трёх глотков.

Отравленный ром с бульканьем полился в глотку «членакоролевской гильдии». Не отрываясь, Логан смотрел, как у Клеща дёргается острыйкадык.

— Хватит, оставьте и другим!

Не знаю, что подмешала Летиция в напиток, но действиесостава было быстрым.

Передавая штурману флягу, Клещ покачнулся. Потом сел насундук и взялся за виски.

— Что-то голова кружится, — промямлил он, после чего сразуже повалился на землю и больше не шевелился.

— Отличная работа, Эпин. — Рука Логана чертила в воздухебыстрые кресты, глаза были устремлены в небо. — Господи, Ты видишь, это не я.

Моя девочка сдёрнула повязку и молча смотрела на недвижноетело.

— Что дальше? — спросила она.

— Беритесь за ручку. До Святого Маврикия рукой подать.

Они понесли сундук, а я сел на землю подле мэтра Салье иубедился, что он живёхонек, просто спит крепчайшим сном. Кто бы сомневался?

Вернувшись на плечо к Летиции, я благодарно коснулся клювомеё щеки. В Японии говорят: «Самурай не выбирает господина, но счастлив тот, ктослужит благородному мужу». Добавлю от себя: «или благородной деве».

Мичмана около изваяния не оказалось. Каменный толстякбесстрастно пучил на нас свои поросшие мхом глаза, журчал ручей, но Пронырынигде не было.

— Куда девался чёртов молокосос?

Гарри озадаченно огляделся. Обошёл вокруг валуна — иостановился. В грудь ему упёрся ствол пистолета. Там затаился Проныра. Он былпохож на готового к отпору зверька, которого загнали в угол: глаза щёлками,зубы ощерены.

— Куда вы подевали Клеща? — спросил мичман свистящимшёпотом.

Выходит, мальчишка был не так-то глуп.

— Я ведь сказал: огнестрельного оружия с собой не брать. —Логан не обращал внимания на дуло. — Ты спрятал пистолет под одеждой? Но зачем?

— Вам не удастся меня прикончить! Не на того напали!