Крестом и булатом. Атака - Дмитрий Черкасов

Ваха, как водится, лез не в свое дело. Если в электродвигателях он еще что-то и соображал, то в более сложных вещах разбирался не лучше своих товарищей по борьбе за независимость Ичкерии, не переставая при этом с умным видом бродить вокруг подводной лодки, изображая на своем худом лице задумчивость и шурша страницами сервисной книжки малогабаритной субмарины, когда Степановых или Лазарев занимались профилактическими работами.

Охранники подземных баз, между которыми курсировала подлодка, с уважением смотрели на Ахмедханова, подозревая в нем крупного специалиста в технических вопросах, и были уверены в том, что двое русских только исполняют его распоряжения.

Иначе, по разумению охранников, и быть не могло.

Руководят всегда чеченцы, в крайнем случае – арабы. А русские просто шуруют на том участке работ, что им определяют многоопытные вайнахи. Так уж сложилось за всю новейшую историю двух чеченских войн конца двадцатого века.

Степановых криво улыбнулся.

Без него и без Лазарева творение французских конструкторов представляло бы собой бесполезный и очень дорогой кусок железа. Если б не они, чечены впаялись бы в стену подземного тоннеля при первом же погружении, или не смогли бы продуть балластные цистерны и навсегда остались бы на дне залитой водой карстовой полости.

Как они умеют управляться со сложной техникой, Александр знал.

Пока речь шла о стрелковом вооружении и автомобилях, все было нормально. Но стоило только перейти к современным средствам связи, умение заканчивалось. Боевики знали, как пользоваться рациями и сотовыми телефонами, но редко кто из них представлял себе схему их работы. И лишь единицы умели отремонтировать сломавшуюся вещь, хотя им это было и не нужно.

Зачем ремонтировать, если можно купить новый аппарат? Когда деньги считают не купюрами, а пачками и мешками, отпадает необходимость думать о мелочах. Нанимается человек, который заботится о том, чтобы в отряде всегда были запасные телефоны с оплаченными на год вперед sim-картами.

Та же ситуация и с автотранспортом. Роскошные джипы, у которых из-за отсутствия технического регламента вышла из строя какая-нибудь мелочь, отправляются на помойку или отдаются бедным родственникам, а взамен пригоняются новые, украденные в Москве, Питере или ином крупном городе. Проблем с доставкой их в Чечню не возникает: дорожные инспектора на промежуточных постах так же любят бумажки с изображениями американских президентов, как и московские чиновники, перепродающие через подставные фирмы ворованную нефть.

Про оружие даже говорить смешно. Приходи на любой склад и бери столько, сколько способен унести. За дополнительную плату дадут и транспорт, и солдатиков на погрузку. Схема отработана…

Степановых нащупал кругляшок магнитного клапана и провернул его по часовой стрелке. Первые пол-оборота деталь прошла как по маслу. Потом сопротивление возросло и Александру пришлось приложить все силы, чтобы загнать клапан в пазы.

Придется менять весь блок.

С приводом заслонок балластных цистерн шутить не следует. Слишком велика опасность того, что клапан заклинит, и тогда придется продуваться вручную. Хорошо еще, что французы предусмотрели двойной вариант всплытия и оснастили все трубопроводы высокого давления механическими штурвалами.

Не то что на подлодках российского флота.

Александр выбрался на деревянный пирс и распрямил затекшую спину.

– Сэрьезный поломка? – спросил Ваха.

– Ерунда, – Степановых почесал поясницу. – На час мутотени. Потом можем отправляться…

* * *

– Геноцид абстрактен по своей сути, – Вася Славин поднял вверх указательный палец и немного придвинулся к отцу Арсению. – Как и декларация прав человека.

Рокотов застыл в узком проходе, ведущем от входа в пещеру к месту дислокации незанятых на внешних постах казаков, и прислушался к разговору.

– Я с вами не согласен, – мягко возразил священник. – Права человека суть заповеди Божьи, переведенные в удобную для понимания форму. А осуждение любого геноцида – это прямая калька с принципа «Не убий». Господь осуждает любое лишение жизни любого существа, ибо сие есть вмешательство в его помыслы. Карать может лишь тот, кто дает жизнь.

– Если ваши слова, батюшка, довести до логического завершения, – хмыкнул Славин, – то выходит, что любая женщина, родившая ребенка, имеет право на замачивание одного человека. Она ж дала жизнь…

– Неправильно, – отец Арсений потеребил цевье гранатомета. – Душу вкладывает Господь. Женщина является всего-навсего неким контейнером для воспроизводства физической оболочки.

– А вы, я смотрю, не чужды наукообразию, – развеселился Славин. – Обозвать женщину контейнером – это не каждый шовинист себе позволит!

– Надо же придать понятию словесную форму, – священник развел руками. – А как иначе скажешь?

– Вы оба отвлеклись от темы, – вмешался Кузьмин, на секунду оторвавшись от чистки автомата. – Что там с геноцидом?

– А-а! – улыбнулся Вася. – Мое мнение такое: надо каждый случай геноцида описывать отдельным термином.

– Это как? – осведомился Пышкин.

– Элементарно. Геноцид евреев – жидо-цид, события девятьсот пятнадцатого года – арменоцид, то, что сейчас в Косове делается – сербоцид, бойня в Центральной Африке – тутсицид и хутуцид…

– А так же альбуцид и стрептоцит, – не выдержал Владислав. – Васек, ты так всех запутаешь.

– Ничего подобного! Как раз в этом случае не будет перекосов.

– Куда? – Рокотов уселся рядом с Кузьмичем.

– Хотя бы в сторону холокоста…

– Нежная тема, – кивнул Влад. – И что ты своим жидоцидом с ней поделаешь?

– Выбью из рук сионистов право решать, что считать геноцидом, а что – нет.

– Как это?

– Вот смотрите, – Славин отложил ВСС в сторону и сел по-турецки. – В современном мире на первом месте среди всех видов геноцида находится уничтожение евреев. Больше половины публикаций и примеров – именно о холокосте. О книгах я молчу. На один сборник про тех же армян – десяток про евреев. Если не больше… Непорядок получается. Как ни коснешься темы геноцида – тут же вылезают евреи со своими воплями о погромах и концентрационных лагерях. А почему?

– Действительно, почему? – Кузьмич поставил на место затворную раму «Грозы».

– Объясняю, – Василий выщелкнул сигарету из пачки. – Иудеи из разных общественных фондов оккупировали места в международных структурах, занятых изучением нарушений прав человека. И фактически диктуют всем остальным, как относиться к каждому конкретному случаю.

– Ты батьку Кондрата не переслушал? – поинтересовался Влад.

– Нет. Все и так сходится. Тем более, что Кондрата я не люблю… Он, по-моему, просто идиот. Метет всякую чушь, а толку никакого. Лучше бы свои обязанности губернатора исполнять научился. Вместо того, чтобы на митингах глотку драть…