Бренд - Мари Уинтерс Хэйсен

М. Хэйсен

БРЕНД

Крейг Соренсен передал продавцу магазина «Сен-Лоран» платиновую карточку «Виза», не ожидая, что ее не примут.

— Простите, сэр, но карта не действительна, — сообщил элегантно одетый молодой человек.

— Должно быть, это ошибка. Можете попытаться еще раз?

Продавец провел картой во второй раз и получил тот же результат.

— У вас есть другая? Или вы предпочтете заплатить наличными?

— Нет, — ответил Крейг, и его лицо покраснело от смущения. — Боюсь, наличных не хватит, у меня не было возможности забежать в банкомат. Вот что я вам скажу: я вернусь за покупкой завтра утром после того, как разберусь с банком.

«Мне никогда еще не было так стыдно», — подумал он, выйдя из магазина на Родео-драйв в Беверли Хиллс и направляясь к своему «бугатти шерон».

Большинство людей с трудом верили в то, что до этого случая он никогда не испытывал чувство такого стыда, учитывая, что слыл, если быть откровенным, альфонсом, но нельзя и считать содержанцем, потому что имел свидетельство о браке и носил обручальное кольцо. Будучи женатым на актрисе, которая была на двадцать четыре года старше, его можно было бы назвать, выражаясь современным языком, «мужем-трофеем».

Вот и показалась дорожка на Голливудских холмах к особняку Дикси Фэй, и вдруг Крейг вспомнил наказ супруги, когда уходил из дома: «Дорогой, по дороге домой заскочи в аптеку», но после случая с кредиткой он хотел было плюнуть на ее обращение.

«Пусть сама купит свои проклятые снотворные пилюли», — сердито подумал он и вспомнил слова отца, печально известного пошляка: «Не кусай руку, которая тебя кормит».

Рука Дикси не только давала ему еду, но и одевала и давала кров над головой. Не желая рисковать единственным источником дохода, Крейг развернул «бугатти» и направился в аптеку. Через двадцать минут он вернулся к особняку с прописанным лекарством и последним номером журнала о знаменитостях.

— Это ты, дорогой? — крикнула Дикси, когда услышала, как открылась входная дверь. Не дождавшись ответа, она спросила: — Ты купил мои пилюли?

— Я купил их только что, — сказал он и прошел в гостиную, где жена смотрела по телевизору старые фильмы.

— Какой же ты лапочка! Не знаю, что бы без тебя я делала.

— Сегодня со мной произошло нечто странное, — сказал Крейг и постарался скрыть раздражение. — Я зашел в «Сен-Лоран» сделать покупки, а мою карту отказались принимать.

— Я как раз хотела поговорить с тобой. Кажется, у нас финансовые трудности, и мой бухгалтер предложил затянуть пояса.

— Какого хрена у нас появились проблемы с деньгами? За прошлую картину ты получила пять миллионов.

— Это больше чем в прошлом году. Надолго ли, ты думаешь, хватило этих пяти миллионов? Почему расходы на этот дом составляют… ну, не знаю сколько, но достаточно много. Потом машины, произведения искусства, одежда, зарплата прислуги и бог знает что еще.

Крейг, женившись на дважды обладательнице премии Киноакадемии, считал, что деньги никогда не окажутся проблемой.

— А этому парню можно доверять? Откуда ты знаешь, что он не запускает к нам руку?

— Не смеши! Он старый и надежный друг семьи. Кроме того, у него денег больше, чем у бога. Он заботится о моих делах в качестве личной услуги. Но не нужно беспокоиться. Мой человек найдет еще одну картину. До этого времени нам придется экономить.

Крейг отвернулся, чтобы скрыть хмурый взгляд. Жене хотелось верить в возможности агента, но муж понимал, что роли для женщин возраста Дикси были редкими и конкуренция слишком жесткой. Крейг, придя в уныние от такой новости, налил спиртного и отправился на свежий воздух, где сел в шезлонг у бассейна с журналом о знаменитостях.

— Затяните ремни, — буркнул он под нос, когда бесцельно листал страницы. — Экономить, а что дальше? Вырезать купоны и покупать все в «Уолмарте»?

Крейг никогда не верил в судьбу, неизбежность, карму и вмешательство Бога. Если событиям суждено идти по предопределенному пути, то он относил это к чистой случайности. Таким образом, перевернув страницу, он увидел, какие деньги получают от имущества наследники покойных знаменитостей. Ему и в голову не пришло, что какая-то неведомая сила в этот момент вложила в руки этот журнал.

— Невероятно, — воскликнул он, прочитав рейтинг самых высоких доходов за 2016 год журнала «Форбс». — Элвис Пресли умер сорок лет назад, а доход от состояния составил двадцать семь миллионов долларов. Как это возможно? А у Джона Леннона, скончавшегося в 1980 году, двенадцать миллионов, у Принца двадцать пять миллионов, а у Майкла Джексона неслыханные восемьсот двадцать пять миллионов долларов. Кажется, что состояния умерших знаменитостей стоят больше, чем при жизни.

Ему показалось это несправедливым: их наследникам никогда не нужно беспокоиться о деньгах. «Клянусь, что кредиткам Лизы Марии Пресли и «Бланкета» Джексона никогда не откажут в приеме», — негодовал он.

В его памяти стали всплывать лица: за выражением сожаления на лице продавца, когда тот вернул карточку Крейга, быстро последовал отчаянный взгляд Дикси, говорившей о следующей роли в кино, которую вряд ли получит. Эти два лица перемешивались с фотографиями из статьи о знаменитостях. Последним, что появилось в сознании и могло бы поставить точку в его положении, была купленная в аптеке бутылочка со снотворными.

* * *

«На бога надейся, а сам не плошай», — еще одно выражение покойного отца Крейга Соренсена. К сожалению, в данном случае, если бы сын помог себе сам, он не только откусил руку дающего, но и с жадностью сожрал своего благотворителя.

— Что же мне делать? — спрашивал себя Крейг.

Глядя на свое красивое отражение в зеркале, он заметил первые признаки старения. Крейг никогда не пытался обмануть себя, ведь красивая внешность всегда была его основным козырем.

«Нужно позаботиться о своем финансовом положении прежде, чем постарею».

Однако выбор был ограничен. Лучшей надеждой на будущее стало бы возвращение карьеры Дикси, но этого могло не произойти. Рассматривалась возможность бросить жену и найти кого-то еще, кто станет оплачивать счета, но поиск такой же Дикси — дело трудное, почти невозможное. Кроме того, у него возникли бы трудности с разводом и расходами, а желания «назло маме отморозить уши», — еще одно любимое выражение папы, — у него не было.

Появился третий вариант, который требовал предельного риска, но тогда Крейг мог потерять не только выгодное положение мужа голливудской звезды, но и свободу. И все-таки, если задуманное свершится, у него появился бы свой источник дохода и не пришлось снова уповать на великодушие старой женщины. Не