Выскочка из отморозков - Эльмира Нетесова

— Ты кто есть? А ну, сгинь! Сами отвезем! — отталкивали Бориса какие-то парни, очищая путь Тятьке.

' — Я с ними не поеду. Я их боюсь, — прощебетала Тоня. И указала на Бориса: — Это мой спутник, я без него никуда. Он меня всегда по адресам и к дружкам возит.

— Отваливай, кенты! Пусть холуй доставит. Вы следом, на стреме поканаете! Дошло? Ну и ажур!

Борис торопливо завел машину. Тоня, как было обговорено, вместе с Тятькой на заднем сиденье расположились. Борис, решив оторваться от кентов Тятьки, мигом рванул на скорости и, проскочив центральную улицу, заюлил в боковых. В зеркале видел: кенты упорно висят на хвосте. Борис глянул в салонное зеркало. Антонина с трудом сдерживала Тятьку, тот наглел и безнаказанно лапал ее:

— Ну что ломаешься, птичка моя? Будь лапушкой! Доверься мне! — И лез под юбку. Тоню трясло.

Борис по лицу девушки понимал, что ее терпение на пределе. Конечно, если б не задание, она давно выкинула б Тятьку из машины. Но не имела права и„сцепив зубы, ждала развязки.

Борис поймал момент, когда машины кентов приотстали, свернул в проходной двор, выключил габариты, выехал на глухую, слабо освещенную улицу и через пяток минут подъехал к воротам внутреннего двора милиции. Но никто не спешил открывать ему. Дежурный сторож, как это нередко случалось, отлучился. Парень нервничал. Отойди он от машины хоть на миг, Тятька тут же выглянет и все поймет. Двор милиции он хорошо помнил. Нельзя было включать звуковой сигнал. Тятька оторвется от Тоньки. И тогда… Борис был больше чем уверен, что тот вооружен и первой его жертвой станет Тоня, а этого он допустить не хотел.

— Что? Приехали на хазу? — спохватился Тятька-.

Борис выключил свет в машине. Но тут, как назло

появилась погоня. Две машины мигом осветили территорию милицейского двора. И Тятька все понял.

— Подставить решили, заманить в клетку? — Нырнул в карман, но вытащить руку не успел. Борис оглушил его и, захлопнув дверцу, взял ворота на таран. Из дежурной части выскочил сторож, а в это время кенты открыли по машине прицельный огонь. Расстояние между ними было незначительное. Борис увидел, как двое из преследователей выскочили из салона машины и под прикрытием бегут к машине Бориса. Тот успел защелкнуть замок на дверце Тятьки и неожиданно для всех дал задний ход, сбив догонявших и протаранив задом машину. Едва переключил скорость передней передачи, пришел в себя Тятька. Пока он вспоминал, где находится, Борис снова рванул на ворота.

— Ты что? Охерел? — услышал голос сторожа, тот спешно открывал ворота, а Тятька уже прихватил за горло парня. Дышать стало нечем. Тоня, едва уловив в темноте ситуацию, ударила ребром ладони по горлу. Тятька свалился на сиденье. И. в это время по ним снова открыли стрельбу кенты. Но машина уже въезжала во двор. Вслед ей прогремело несколько автоматных очередей.

Борис почувствовал боль в плече, услышал короткий крик девушки за спиной. Подъехав к дежурной части, засигналил громко. Перед глазами поплыли круги. Парень понимал, что, если не выскочат оперативники, Тятька придет в себя и задание будет сорвано. Борис пытался затормозить, но тело перестало слушаться. Он в последний миг увидел открывшуюсядверь и оперов, бегущих к машине. Вот кто-то сел рядом, матерясь. А через секунду стало тихо и темно.

— Везучий этот курсант, в рубашке родился. Три ранения, что ж так не бережете своих ребят? — укорил Захарова пожилой хирург.

Константин Николаевич молчал пристыженно. Никто в милиции не предполагал, что вся тяжесть операции ляжет на Бориса. Ведь водителем машины должен был стать другой, опытный оперативник, хорошо вооруженный, часто участвующий в поимке преступников. Тоня знала о том, но почему-то выбрала Бориса, он и не предполагал, что станет основным.

— Ну как она? Отошла от случившегося? — спросил ребят, вернувшись из больницы.

— Ты это о ком? — удивились курсанты.

— О Тоне!

— Ее похоронили четыре дня назад. Пуля навылет прошла. Она твою смерть на себя взяла.

— О черт! — вырвалось невольно.

— Чего ты? Не бесись! Тонька сама виновата. Водилой был назначен другой. А вы четверо обязаны были Тятькиных кентов на себя взять и тормознуть их. Но девка все могла испортить. Если б ты погиб, ее не простили бив органах не оставили.

— Тятька всех оперов знал и не поехал бы ни с одним, не согласился Борис.

— Они под маскарадом были.

— Это не для Тятьки, таким сам пользовался! К тому ж я рядом оказался, а опера даже не увидел.

— Он, отморозок, покурить отошел. За это получил уже! Захаров в ярости.

— С чего?

— Тятька чуть не смылся из больницы. Его свои просадили. Плечо и кисть руки. Хирург только вытащил пули, этот дебил в бега, хорошо хоть в охране трезвые мужики стояли и Тятьку в рыло знали. Долбанули по тыкве гада и в камеру отправили. Чего с ним возиться, с козлом?

— А где он теперь?

— В тюряге, в следственном изоляторе. Слышали, вломили ему и за тебя, и за Тоньку наши ребята. Свои дружбаны навтыкали классно. Говорят, все всмятку ему уделали…

— Да хоть убей его теперь, Тоньку не вернешь, — посетовал Борис и спросил о погоне: — Задержали хоть кого- нибудь из них?

— Хрен! Все смылись! — ответил один зло.

— Теперь их ищут. Кого-то ранили, кровь была на земле. Но кто их выдаст? Оплатят молчание. А врачи получают гроши. Да и жить им охота. Тут же где гарантии, что самого не размажут? — добавил второй.

— Тебя Тятькины кенты в лицо видели? — встревожились парни.

— Конечно, — вспомнил Борис дискотеку.

— Ну все! Начнут охоту. Будь осторожнее.

Борис отмахнулся. Не стало страха.

Вскоре он получил письмо из дома, от своих. Мать радовалась, что сыну осталось учиться совсем немного и семья уже готовится к его возвращению: «Мы отремонтировали твою комнату. Отец все своими руками сделал. Потолки оклеил плиткой, стены — красивыми обоями, на полу паркет. Новую кровать тебе купили, повесили ковер на всю стену и оригинальный ночник. Думаю, понравится. Ты хоть позвони иль телеграмму кинь, когда приедешь, чтоб мать с пирогами успела, уж очень хочется ей тебя порадовать. Не забудь. А главное — береги себя. К нам недавно приходил следователь из милиции, предупредил, что Беркут снова убежал из тюрьмы и его опять везде разыскивают. Он же к нам наведывался еще в прошлом году. Твой адрес просил. Но мы, понятное дело не дали. Так тот негодяй расправой стал грозить. Всем нам. И мы завели собаку. Нам ее милицейский питомник подарил. Красивая девочка, ротвейлер. А отдали ее нам потому, что она не лохматая, как овчарка, а короткошерстная и зимой быстро замерзает и болеет. Мы ее в доме держим. А во дворе овчарку поселили. Отец для нее конуру сделал чуть поменьше нашего дома. Правда, она на цепи, но до крыльца достает. Так что стучи в окно. Делать нечего… Гости, сам знаешь, бывают разными…»