Брат, вспомни все! - Владимир Колычев

У Чугунова хватало замов и помощников. Но через них он контролировал только свой бизнес. А вот свою команду «ликвидаторов» он курировал лично. Их было пятеро. Все профессионалы высокой квалификации. Надежда и опора господина Чугунова Неудивительно, что он самолично обхаживал этих молодцев.

В тот день они собирались на даче у Чугунова. Туда Никита и отправился. Не в дорогом костюме и галстуке, нет. В затертых слаксах, драном свитере, на затрапезной «восьмерке». И вязаная шапочка на нем — в считанные секунды она может превратиться в маску. Кожаные перчатки высочайшего качества — об этом он тоже не забыл. «Стволы» с глушителями — само собой.

Никита приехал в дачный поселок. Бросил машину, не доезжая до нужного дома. Дальше пошел пешком.

Чугунов дал маху. Решил, если он моется в баньке с профи, то усиленная охрана ему ни к чему. Поэтому ограничился двумя телохранителями, которые с ленцой охраняли вход в дом. Никиту они приняли за какого-то бродягу. И рассмеялись ему в лицо, когда он попросил у них кусок хлеба и хотя бы пару пустых бутылок.

«Нельзя смеяться над убогими», — покачал головой Никита.

И выстрелил. Всего два раза. Качки перестали смеяться. Больше в этой жизни они ни над кем смеяться не будут…

Дальше проще. Никита прошел во двор дома. Отыскал вход в сауну. Зашел внутрь. И нарвался на первого профи. Тот даже не успел удивиться. Падал он под девичий смех, доносившийся откуда-то из-за дверей.

Никита раскатал шапочку, до подбородка закрыл ею лицо. Только глаза в прорези остались. Они холодно смотрели вперед.

Он открыл дверь. Вошел в зал. Три парня и две девки. Копошатся возле бассейна. Весело им.

Никита нажал на спусковой крючок. Один бесшумный выстрел, второй, третий… Никто ничего не успел понять, как вода в бассейне стала красной от крови. Все три парня благополучно перешли в мир иной. А обе девки благополучно бухнулись в обморок. Их Никита трогать не стал.

Последнего, пятого спеца Никита нашел в «комнате отдыха». На широкой постели он барахтался сразу с двумя девками. Секс-гигант. Этим титулом Никита наградил его посмертно.

Девчонок он загнал в угол. Но стрелять не стал. Он же не зверь. Да и свидетели из них никакие. Не зря же он закрыл лицо.

Чугунова он нашел в парилке. Опять же с бабой. Поставил ее в позу и пыхтит над ней. Бедная девка Блюдо двойной жарки. В парилке жара, как в микроволновке. И еще клиент «жарит».

Чугунов увидел Никиту. Пистолет в его руке. И в ужасе отскочил от бабы. Да так резко и далеко, что не удержал равновесия. И с разгону влетел голой задницей на раскаленные камни.

Убивать его Никита не стал. Это не входило в его планы. Он лишь прострелил ему коленку.

На этом все закончилось.

В Москву Никита возвратился ровно через неделю. Из подмосковного санатория. С надежным алиби. В момент убийства он был в своем номере вместе с женой. Это могла подтвердить не только Марта.

Первым в своем офисе он принял Сапунова.

«Чугунов в больнице, — сообщил он. — А все его помощники ликвидированы…»

«Кем?»

Сапунов многозначительно посмотрел на него и сказал:

«Я говорил с Львом Вершининым. Он сказал мне, что есть в столице один специалист, которому вполне по плечу такая акция…»

И снова многозначительный взгляд. Вне всякого сомнения, Сапунов уже знал, про какого специалиста говорил ему Вершинин.

С тех пор Сапунов никогда не позволял себе ни малейшей снисходительности в обращении с Никитой. Между ними установились самые доверительные отношения.

Когда Чугунов подлечил свою ногу и задницу и вышел из больницы, Никита лично нанес ему визит. И с ходу предложил купить его пакет акций. Чугунов сразу почуял подвох. И правильно сделал. Никита загнул такую цену, что у того глаза на лоб полезли.

Чугунов отказался покупать акции. Тогда Никита напомнил ему, что у него есть еще одна коленка, которую можно прострелить. Чугунов понял все. И долго с ужасом смотрел на Никиту. И в конце концов, сделка состоялась.

Никита продал все пятнадцать процентов своих акций. И на вырученные деньги купил четверть всей доли в другой, не менее мощной нефтяной компании.

Большая нефть — большая кровь. «Черное золото» — черный бизнес. Только зубастым и клыкастым можно всерьез надеяться на успех. Никите еще не раз пришлось в этом убедиться.

Чугунова застрелили ровно через полгода после того инцидента. А Никита продолжал жить. И успешно осваивал новые виды бизнеса.

Он основал собственный банк. Обзавелся крепкими связями на уровне правительств России и Москвы. Используя очень важных чиновников, он проводил через свой банк огромные суммы бюджетных денег. Не без выгоды для себя. Правда, кое-кому он перешел дорогу. И его снова попытались убрать. Волчьим способом.

С волками жить — по-волчьи выть. Вот и пришлось Никите снова выходить на тропу войны. Он опять победил. Но на этот раз личного участия в войне не принимал. Все было сделано руками Сапунова и его бойцов…

Бизнес Никиты Брата процветал. Цветные металлы, нефть, банки. А потом отель. Он очень богат. В его руках страшная сила… Только почему он вынужден терпеть оскорбления этих обнаглевших молодчиков с автоматами?

Ответ прост. Силе может противостоять сила. А силы у Никиты сейчас нет. Но зато у него есть время. Время, которое работает на него и на Валеру.

Это сейчас у них ничего не получается. Но ничего, придет их время. Сумеют они подобраться к чистильщикам. Вместе они сила. И очень скоро кое-кто в этом убедится…

* * *

Седого звали Михаилом. Леля называла его Мишей. Ласково так называла. Хотя ее тошнило от одного только вида этого упыря.

Упырь — именно так она теперь называла его за глаза. Чудовище, живущее среди болот. Чудовище кровожадное и ненасытное.

Каждый день из лесу доносились крики ужаса. Вот это было самое страшное. Это кричали бомжи. Их беспощадно истребляли. На бомжах молодчики в камуфляже постигали науку убивать.

Упырь был директором «школы убийц». На нем здесь держалось все — и «учебный процесс», и быт, и концлагерь для бомжей.

Все чаще Лелю подмывало сказать ему, что она знает, кого он здесь готовит. Он готовит профессиональных убийц, киллеров. И сам он убийца. К тому же он последняя сволочь и подонок. Но, разумеется, ничего она ему не говорила.

Леля обожала секс. В былые времена он воспринимался ею чуть ли не как смысл жизни. Сейчас же она секс ненавидела. Не вообще, а в частности. Частность — это Миша Упырь…

Он вбивал в нее свой вонючий клин, кряхтел, потел. Ей хотелось выть от ужаса — такое отвращение он вызывал. Но приходилось подыгрывать ему, стонать якобы от кайфа. Изображать верх наслаждения. И все из-за Валеры и Никиты. Она должна была выручить их. Только от нее зависит их жизнь.