След Пираньи - Александр Бушков

– Ее, родимую… Эти золотых гор не обещали, но в качествеаванса предлагали пачку денег толщиной с верблюжье копыто. Ну, отказался. Нехотелось как-то в «черные жигиты». И компания не та, и Советский Союз, преждечем развалиться, напихал в голову всяких глупостей, из-за которых теперьболтаешься между небом и землей и не можешь через некий порожек переступить…

– Короче, – дружелюбно посоветовал Мазур.

– Короче, прибился к челнокам. У нас в Киргизии теперь естьогромный перевалочный пункт – из Пакистана, из Турции, из Индии везут оптомбарахло, а наши набивают сумки и разъезжаются по всей Сибири… Киргиз – человекскотоводческий и торговлей вразнос раньше как-то не занимался, но нужда и нетакому обучит. Благо занятие нехитрое. Муж сестры с братом возили вещи вШантарск, я к ним, можно сказать, нанялся. На роль грузчика и телохранителя. Срэкетом отношения налаженные, но сейчас ведь развелось неисчислимое множествобеспределыциков, которым даже неписаные законы не писаны…

– Ну и как, прибыль есть? – не без любопытства спросилМазур, уже встречавшийся с «челноками» на знаменитой шантарской барахолке попрозвищу Поле чудес.

– По сравнению с тем, что творится в Киргизии, – житьможно. Муж сестры даже «Жигули» купил – подержанные, но ездить могут. В общем,я сюда ездил полгода. А с месяц назад попался без документов этим… Я же думалсначала, это настоящая милиция, а ведь мог бы расшвырять и сделать ноги. Потом,конечно, дошло. Когда засунули в этот «КАМАЗ», якобы рефрижератор, в компании сдюжиной китайцев, и поперли на севера…

– Короче.

– Километрах в двухстах, примерно вон там, – он показалв тайгу, – у какой-то речки стоит зона. На вид самая настоящая, все, какполагается. Колючка, бараки, вышки, собаки, автоматчики… Но это частная зона,понимаете? Там человек триста. В основном нелегальные китайцы, которых искатьне будет ни одна собака. И немного таких, как я. Меня-то прихватили по ошибке,приняли за китайца, но они и русских бичей отлавливают по всей губернии. Апотому тамошняя каторга – бессрочная. С выходом через трубу – я в прямомсмысле, есть там котельная, где сжигают мертвых. А иногда и живых, случается… Намвсе быстренько объяснили, чтобы не питали никаких иллюзий и не вздумали игратьв борцов за права человека. Со мной разобрались быстро, поняли, что никакой яне китаец… Ну и что? Расхохотались в лицо: мол, не отпускать же теперь…

– Лесоповал? – спросил Мазур.

– Да вы что?! Стоило бы из-за лесоповала огород городить…Там прииски. Какой-то беловатенький металл, тяжелый. Я так подозреваю, платина.Никогда не видел платины, но на золото, бичи говорили, совершенно не похоже –кто-то из них работал раньше в старателях, разбирался… А серебро, я точнопомню, самородным не бывает, его выплавляют из руды… Говорят, чуть подальше ксеверу есть еще один прииск, там вроде бы алмазы. У нас считалось, что там ещехуже, туда отправляют в виде последнего наказания, вообще край света ипреддверие ада… Не верите, товарищ майор? Я-то вам верю, будь вы оттуда, давнобы положили всех, не разбираясь…

– Я в последнее время всему верю, – задумчиво сказалМазур. – А вы, значит, в побег сорвались…

– Так точно. У Вана, – он кивнул на китайца, –была идея. Эти двое – его земляки. А я там оказался единственным из русских,кто с ними мог объясниться. Китайцы туда попадают специфические – русского незнает никто, многие только через недельку-другую врубаются, что это ненастоящий лагерь… Меня сначала не спрашивали о биографии, а потом хватило умапромолчать, назвался автомехаником. Вот и решились…

– Вертолеты там есть? – спросил Мазур.

– Я только один видел. Ка-26, бело-синий. Но слышал, какдругие летали. Дело поставлено с большим размахом – вы представьте, какаяэкономия на зарплате, любые затраты на… – он горько усмехнулся, – наблагоустройство лагеря сто раз окупятся. Ну вот… Прошли, я так прикидываю,километров двести. За пять дней. Пока вроде бы оторвались… Товарищ майор,пойдемте на объект! Или… Можно, поедим сначала? Кишка к кишке липнет. Сначалабоялись стрелять, шли на ягодах и червивых грибах, их тут полно…

– Ладно, – сказал Мазур. – Лопайте птичку.

Хотел было достать из рюкзака что-нибудь из своих запасов,но вовремя сообразил: после ягодно-грибной диеты набросятся на суперкалорийныепродукты, как ни останавливай, понос прошибет такой, что с места не сдвинутся.А птичка не такая уж большая, не пронесет…

Он невольно отвернулся, глядя, как четверо, разодрав птицуна неровные куски, принялись вгрызаться в жестковатое мясо. Хрустели косточки.«Вот теперь понятно, что искал над тайгой тот вертолет», – подумал Мазур.В общем, ничего удивительного. В нашем нынешнем искаженном мире только сытыеромантики используют людей в качестве живой охотничьей дичи – болееприземленные прагматики быстренько смекнули, сколь выгодны бесплатные рабочиеруки. А риск не так уж велик – кто будет искать бичей или беспаспортныхкитайцев, нелегально просочившихся в страну?

Капитан с набитым ртом пробубнил:

– Мы первые, кому удалось оттуда сбежать. С одной стороны,приятно даже, а с другой – душа в пятки уходит…

«Логично, – подумал Мазур. – Если вспомнить, чтогде-то неминуемо должны быть купленные чиновники, менты и прочие холуи, –без таких нелегальный прииск просто не выживет. Судя по рассказу, пусть бегломуи отрывочному, это, конечно же, сложившаяся система, отлаженный механизм… Какойнелегал или бич, даже вырвавшись из тайги, сунется с жалобой к властям? Забьетсяпоглубже или сбежит подальше…»

– До Шантарска рассчитывали добраться? – спросил он.

Капитан кивнул, проглотил огромный кусок, едва непоперхнувшись:

– А куда же еще? До Шантарска – и домой со всех ног. Вы ужпростите, как-то не тянет искать правду. Я здесь – иностранный подданный,коробейник с видом на жительство. Сломают, как сухое печенье. Они там завелинастоящие досье – сфотографировали, сняли отпечатки пальцев, заставилиподписать контракты – мол, добровольно просим принять на работу в какое-то там старательскоетоварищество с ограниченной ответственностью, обязуемся под угрозой неустойкиотработать три года. Контракты, что характерно, с открытой датой. Мы многоеуспели обсудить – от скуки и от голода остается только разговаривать.Ли, – он показал на одного из китайцев, – хотя и нелегал, а дома былинженером, мужик начитанный, интеллигент… И пришли к выводу, что жаловатьсябесполезно. Если даже туда и поедут власти – там наверняка, зуб дать можно,обнаружится самое культурное хозяйство…

– Уж это точно… – проворчал Маэур. – А что же в КГБстремились?

– Чтобы не приняли за настоящих зэков. Не сомневайтесь, явсе могу подтвердить… если только Жамолай, муж сестры, еще в Шантарске. Мог иуехать с моими документами. Поискал меня по моргам и уехал – что тут ещесделаешь?

Мазур покосился в сторону – Джен, судя по глазам, умирала отлюбопытства, но дисциплинированно молчала. Из редких реплик на корявоманглийском она, конечно, суть дела уяснить не могла…