Цель - все, смерть - ничто - Борис Бабкин

– Кто вы? – подходя, спросил рослый араб с АКМС.

– Французы, – торопливо ответил Гарри. – Мы из Франции. Париж, – кивнул он, делая вид, что не понимает по-арабски.

– По-английски говорите? – спросил подошедший.

– Да, – ответил Марковский. – Не очень хорошо, но…

– Кто вы? – повторил по-английски араб.

– Из Парижа, – проговорил Евгений. – Туристы. Решили посмотреть Африку. Сначала попали к пиратам, – вспомнил он рассказы Любьежа, – потом к каким-то повстанцам. А сейчас вот…

– Развяжите их, – приказал рослый двоим молодым боевикам.

* * *

– Впереди утес Уйсака, – кивнул в сторону берега Отто. – Там в последнее время появились боевики Черного Имама. Воспользовались ситуацией и свои тренировочные центры лепят. Имам от бен Ладена вроде как отошел, хочет свою организацию создать. А еще из Ирака какие-то посланцы прибыли, «Мечи справедливости». Их бьют, бьют, но меньше не становится. Наверное, Черный Имам и создал эти самые «Мечи справедливости». Нам зайти надо, у меня тут приятель раненый лежит. Нарвался на пограничников у Йемена, еле ушел. Зайдем ненадолго.

– Если надо, заходи, – спокойно отозвался Борис.

– Полковник, – подошел к нему Джек, – на Уйсака зайти бы не мешало. Там наши стоят.

– Сейчас зайдем, – улыбнулся Борис. – Отто тоже туда надо на пару часов.

– Значит, говорите, из Парижа? – усмехнулся коренастый рыжебородый мужчина лет пятидесяти.

– Да, – ответил Евгений. – Предместье…

– А работаете где? – прервал его араб.

– На заводе «Рено», – сказал Марковский.

– А я в компании «Фрэнсис моторс», – проговорил Кэмпбелл.

– Документы где ваши? – спросил куривший кальян низкорослый старик.

– Остались у этих, – ответил Гарри, – людоедов. Спасибо вам, я обязательно вас отблагодарю.

– Служили? – спросил коренастый.

– Я по состоянию здоровья даже мечтать об этом не мог, – с деланным сожалением проговорил Евгений. – Сердце, – приложил он ладонь к груди. – А так вроде все…

– А ты? – взглянул на Гарри араб.

– Нет. И в отличие от своего друга не жалею об этом. Позволю себе вопрос. Кто вы и почему нас допрашиваете? Если я правильно понял, вы являетесь частью большого мусульманского движения, которое намерено установить во всем мире свои законы. Неужели вы и африканцев будете обучать исламу?

– Думай, что говоришь, чтобы не навлечь на себя гнев Аллаха, – предостерег его низкорослый.

– Мы готовы, полковник, – тихо сказал в переговорное устройство загорелый крепкий мужчина в белом камуфляже.

– Атакуй, Мартинес, – услышал он в ответ.

– Снять часовых, – отключив переговорное устройство, приказал Мартинес. – И сразу нападаем с запада. Ты, Томпсон, атакуешь с юга. Линд, если кто-то из часовых хотя бы пискнет, будешь полировать центр задницей. Голой, – уточнил он.

– Точно никто не пискнет, – усмехнулся голос в наушнике.

– Внимание всем, – сказал Мартинес. – Начали!

Стоявший на вышке у пулемета араб, получив в голову пулю, ударился о поддерживавший навес столб и упал. Смуглый мужчина, остановившись, прислонил автомат к ноге, начал скручивать самокрутку и, прогнувшись назад, осел. Под левой лопаткой у него торчала рукоятка метательного ножа. Двое арабов остановились и начали негромко разговаривать. На них из кустов бросились двое. Ни один не успел издать ни звука. В стоявший в центре небольшого поселка дом влетела выпущенная из гранатомета граната. Ахнул взрыв. И сразу со всех сторон загремели выстрелы.

Справа раздался взрыв. Гарри ткнул сидевшего напротив коренастого в горло костяшками пальцев и тут же ударил его кулаком в висок. Евгений одновременно с ним ударил низкорослого в переносицу. На улице гремели выстрелы, раздавались возбужденные крики пытавшихся оказать сопротивление арабов.

– Кто это? – выхватив из кобуры на поясе низкорослого пистолет, спросил Евгений.

– Не знаю. – Гарри подхватил валявшийся рядом с коренастым автомат.

В окно влетела лимонка. Гарри и Марковский подняли коренастого, бросили его на гранату, упали на пол, опрокинули стол и закрылись им. Грохнул взрыв. Рассеченное осколками тело араба отбросило к двери.

– Вообще-то сделали правильно, – произнес кто-то по-французски. – Кто такие? И без фокусов, расстреляем сразу.

– С кем имеем честь? – поднявшись, спросил Гарри.

– Выходите с поднятыми руками, – приказал голос.

Несколько мужчин в форме Иностранного легиона обыскивали хижины лагеря. Группу пленных охраняли восемь легионеров.

– Полковник Вольф, – усмехнулся Мартинес, – записку даже передал. И где же она?

Евгений смотрел на снимавшего куртку Гарри. Повернувшись левым боком к Мартинесу, он поднял руку.

– Извините, – сказал Мартинес. – Просто сейчас много мрази всех цветов кожи. Отдохните, умойтесь. В общем, придите в себя, а мы все обсудим.

– А где записка? – тихо спросил у Гарри Евгений.

Рассмеявшись, американец поднял руку. Евгений увидел чуть ниже подмышки четкий силуэт волчьей головы.

– Понятная записка, – усмехнулся Евгений. – А откуда они тут взялись?

– Получили задание уничтожить центр, – надевая куртку, ответил Гарри.

– Наши атакуют тренировочный лагерь, – сказал седой мужчина средних лет.

– Шумят слишком, – заметил Волков.

– Завершающая фаза. А ты, полковник, наконец-то вернулся! – Седой улыбнулся. – Значит, вместе повоюем?

– А я в Россию, домой хочу, – пропел Вольф. – Так что без меня.

– Хорошо, – кивнул Мартинес. – Мы поможем в этом вопросе. Правда, для отчета…

– С этим разберемся, – ответили ему. – Не надо лишать парней возможности сделать то, что они хотят. Понятно?

– Так точно. Правда, я не понимаю, что они…

– Без комментариев.

– Хорошо. Разрешите выполнять?

– Действуй, – услышал Мартинес.

– Послушай, – закричал поднявший голову Хасан ибн Вахит, – лучше убей меня! Я воин Аллаха, а не презренный гяур. Ты держишь меня, как собаку…

– Наконец-то ты назвал себя правильно, – раздался сверху насмешливый голос Черного Имама. – Ты пес! – он плюнул в яму. – Теперь грызи себе руки и ноги. Ты будешь это делать, потому что хочешь жить. Арсек – верный моему делу и делу Аллаха человек, а ты хотел купить его. Твои люди уничтожены в ущелье. Тебя встретили так, как ты того достоин, пес! – Черный Имам снова плюнул в яму.

– Выпусти меня и сразись со мной! – крикнул Вахит.

– Лев не сражается с шакалом, – презрительно ответил Черный Имам. – Сколько ты протянешь без еды и воды? Я буду приходить каждый день, чтобы не упустить момента, когда ты превратишься в скулящую, обезумевшую от жажды и голода собаку. Такой смерти ты достоин. – Он отошел.