Инструктор. Пока горит звезда - Андрей Воронин

— Орбели покончил с собой, — глухо сказал Героян.

— Как? — тупо уставясь на Герояна, растерянно переспросил Коротков, словно не верил, что такое могло случиться.

— Застрелился. Не выдержал напряжения. Пусть земля ему будет пухом.

— Верные слова говорите, — Коротков машинально опустился в кресло. — А мы с ним так конфликтовали…

— Не переживайте, — криво улыбнулся Героян. — Теперь это не имеет никакого значения. В загробном мире свои ценности…

— Может, вы хотите чего-нибудь выпить? — очнулся Коротков. — Такой дорогой гость…

— Давайте обойдемся без церемоний. Я человек деловой и люблю конструктивные разговоры. Пускай весь этот церемониал останется журналистам, а мы серьезно поговорим.

— Что верно, то верно, — согласился Коротков.

— Я давно слежу за вашей карьерой, — сказал Героян. Коротков почувствовал себя неуютно. У Герояна взгляд — как у бывшего снайпера, который по привычке смотрит на лоб, а не в глаза. — Я не собираюсь контролировать каждый ваш шаг. У меня есть более глобальные вопросы. Будете сами решать, как вести свою предвыборную кампанию. Кого привлекать, куда тратить деньги. Главное, не проиграйте. Вот и все мои требования.

— Будьте уверены, я не проиграю.

— Отлично. Союз овощеводов и фермеров официально объявит о поддержке вашей кандидатуры. Им нужно место, где хранятся деньги. Мы не особенно доверяем банкам. У меня есть одно предложение, одинаково полезное для обоих. Но об этом мы поговорим позже, чтобы обсудить все конкретно.

— Я постараюсь оправдать все ваши надежды. Вы останетесь довольны нашим сотрудничеством, господин Героян.

— К сожалению, мне пора. — Героян, поправив лацканы пиджака, поднялся и встал из-за стола.

Коротков услужливо открыл дверь перед гостем и крепко пожал ему руку. После того, как Героян ушел, он судорожно метнулся к шкафу, достал оттуда бутылку «боржоми» и сделал пару-тройку жадных глотков. Его всего трясло.

«Никакое это не самоубийство! Убийство Орбели заказал Героян! — И тут Короткова осенило. — Черт! Меня видели поссорившимся с Орбели. Я на крючке у Забродова. Стоит ему только захотеть, и он раздует из мухи слона. Это может стоить мне президентского поста. Или Героян блефует? Он мог сговориться с Орбели, отправить того куда-нибудь подальше и прийти ко мне, чтобы запугать и сделать меня своей марионеткой».

Желая проверить свои предположения, трясущимися как в лихорадке руками Коротков включил ноутбук. Он ввел в поисковой строке всего два слова «убийство Орбели», щелкнул кнопкой, и браузер тут же запестрел кричащими ссылками, вдобавок ко всему показал две фотографии, где Орбели, весь залитый кровью, уткнулся лицом в стол».

Коротков стиснул зубы, выключил ноутбук и бессильно откинулся на спинку кресла. В голове было до ужаса пусто. В сознании застряла всего лишь одна мысль: «Это кранты». Теперь Коротков действительно не знал, что ему делать, и его прекрасное настроение незаметно улетучилось. Он неподвижно сидел за столом, обхватив голову руками, и тупо смотрел в окно. Больше всего он боялся, что из-за Забродова его политической карьере может прийти конец. А этот больной на голову борец за мировую справедливость готов пойти на все что угодно. И кто знает, как далеко он способен зайти. Еще хуже звучал безответный вопрос: «Кто остановит Забродова?»

* * *

Илларион сидел в том же баре, где он в прошлый раз встретился с Герояном. Тот должен был появиться с минуты на минуту, и Забродов, как ни старался себя успокоить, все-таки нервничал. За свою службу в ГРУ он, конечно, навидался всякого и попадал в переделки и похлеще. Тем не менее, происходившее сейчас напоминало ему психологический триллер, в котором главные герои запутались, кто они такие и зачем что-то делают.

Забродова успокаивал только тот факт, что Борынец ночью благополучно вывез Орбели из Москвы на спецобъект ФСБ. Там при помощи доморощенных специалистов организовали самоубийство Орбели, не пожалев кетчупа и грима. Все было сделано по высшему разряду, так что и комар носа не подточит. Уже утром Илларион получил фотографии по электронной почте. Хорошо, что у него имелся фотопринтер. Все-таки такие фотографии как-то не хочется распечатывать в фотоателье.

Забродов медленно пил свежевыжатый сок. Все-таки за рулем, иначе он бы с радостью выпил сто грамм чего-нибудь покрепче, чтобы ощутить долгожданное расслабление.

Героян появился словно призрак, незаметно подсев рядом. Илларион перевел на него взгляд.

— Плохие новости. Ваш коллега Орбели раскинул мозгами. Похоже, суицид. Сейчас об этом трещат все газеты. Его тело нашли в машине.

— Почему ты так уверен, что это суицид? Могла быть инсценировка.

— Потому что пуля, найденная в голове, была выпущена из пистолета, который он держал в руке. Наличие алкоголя в крови подтвердило догадку. Никакого расследования не будет. Я раздобыл фотографии. Можете полюбоваться.

Забродов сунул Герояну конверт. Тот неохотно открыл его, достал снимки и мельком их изучил. Отложив фотографии в сторону, он поинтересовался:

— И какое отношение это имеет к нашей встрече? Ты ведь не выполнил свою работу.

— В вашей организации сейчас большая брешь. Может, и я теперь где-нибудь пригожусь… По большому счету, вам повезло, что Орбели отправился на тот свет.

— И в чем же? — иронично полюбопытствовал Героян.

— Он не смог подружиться с азерами. Я их тоже недолюбливаю, но им принадлежит сорок процентов рынка наркотиков.

— Наша работа с ними не дала никаких результатов, — возразил Героян. — Они не хотят сотрудничать. Два раза убивали наших людей и забирали товар.

— Орбели совершенно не разбирался в специфике наркобизнеса. Я могу организовать встречу с азерами и сделать им предложение, от которого они не смогут отказаться.

— Какой мой интерес?

— Станете эксклюзивным поставщиком. Предложите товар по цене ниже оптовой. Год или два — и у тебя монополия.

— Я не буду встречаться с этой мразью, — поморщившись, ответил Героян.

— Это понятно. Но ничего личного, это бизнес, как говорится. Я могу представлять ваши интересы на встрече.

Героян хлебнул виски. На его лбу пролегла глубокая складка. Судя по всему, он крепко задумался.

— Мне нужен крупный гарантийный депозит в знак доброй воли.

— Это не вопрос.

— Миллион долларов. Если азеры не найдут этих денег, никакого товара не будет.

— Я понял.

— Для начала твоя такса — две штуки с килограмма. Хорошо себя зарекомендуешь — получишь все пять.

Забродов кивнул.

— Больше мне не звони. Как договоришься о стрелке, подъедешь к гостинице «Националь». Там будет припаркован серый «БМВ» с небольшой царапиной на правом крыле. Сядешь в машину, и мой человек отвезет тебя куда надо.