Месть Бешеного - Виктор Доценко

— Ну и сравнение! — проговорил Воронов. — Ты хочешь сказать, что и там, и здесь — концлагерь?

— Какая разница? Там забор, здесь забор… Бесик!

— Слушаю, Виктор Николаевич! — Как у нас с «удовольствием»? — В любой момент!

— Момент настал! — торжественно произнес полковник. — Давай!

Бесик устремился за дверь, и буквально через минуту в дверях появились две девушки. Они были обнажены, и только небольшие шелковые переднички прикрывали их наготу спереди. Но такой «камуфляж» лишь заставлял сильнее биться мужские сердца. Натасканные Бесиком, они устремились к своим «избранникам».

— Наташа! — с томной улыбкой сказала девушка, прислонившись бедром к плечу сидящего Воронова. — А вас как зовут?

Андрей хотел ответить, но его перебил Севостьянов:

— Мы оба для вас — Начальники! — пьяно бросил он и не очень ласково похлопал свою девушку по пышной ягодице.

— Вот так! — смущенно заметил Воронов, пожимая плечами.

— Ничего, начальник так начальник, — прошептала девушка ему на ухо и начала снимать с него китель.

— Я сам, — не очень уверенно возразил Андрей, но Наташа, словно не слыша его, продолжала.

— Хотите, я сделаю вам массаж? — шептала Севостьянову Андриана. — Если понравится, полгода тебе скошу, — мотнул тот головой.

— Пройдемте в кабинет! — Она помогла полковнику подняться и повела в массажную комнату, прихватив по дороге бутылку шампанского. Закрывая за собой дверь, Андриана многозначительно подмигнула Бесику и подняла указательный палец.

— Наташа, — сразу сказал Бесик. — Расскажи-ка нам о детях: у нас около часа в запасе.

Девушка бросила быстрый взгляд в сторону Воронова.

— Не бойся, при нем можно! — улыбнулся Бесик, повернулся к Воронову и пояснил: — Наташа убирается у детей и пищу им носит.

— Ой, как здорово! — обрадовалась девушка. — Вы мне и так понравились, а сейчас, когда вы еще и свой… — Она вдруг наклонилась и впилась в его губы.

Андрей терпеливо поддался ей, потом мягко отстранил девушку.

— Наташа, у нас еще будет на это время. Рассказывай! — Он говорил бодро, но Савелий сразу понял, что он просто скрывает свое смущение. Видно, девушка пришлась ему по душе.

— Собственно, и рассказывать-то особо нечего, — со вздохом сказала Наташа. — Шестеро детишек разных возрастов…

— Постой! — прервал ее Воронов. — Шестеро? Ты уверена? — Точно, шестеро! А что? — Да так, ничего. Продолжай, пожалуйста. — Воронов вдруг засомневался: Майкл сообщал, что детишек было десять.

— Так вот, они разных возрастов, от годика — Те, что постарше, говорят что-нибудь? — снова прервал ее Воронов. — О чем? — Ну, о родителях, о доме… — Может и говорят, но мне-то откуда знать? — Они что, при тебе молчат, или им рты завязывают?

— Поначалу точно, завязывали, а сейчас нет, но что толку? Я по-ихнему не понимаю. Лопочут они что-то, но что? — Она пожала плечами.

— Понятно! — Воронов сразу повеселел: скорее всего, это именно те дети.

— Ты что, засомневался? — догадался Савелий. — Они, точно? — твердо заявил он. — И время привоза их сюда совпадает, и гости иностранные…

— Да, я все понимаю, но… Расскажи-ка подробнее о том, кто с ними, сколько людей их охраняет? Может, кого запомнила из посторонних?

— Одного запомнила! — Девушка вдруг смутилась.

— Ты чего, Наташка, засмущалась? — хмыкнул Бесик. — Приставал, что ли? А может, уже и трахнул? Так и скажи, здесь все свои! Хоть ничего парень-то?

— Настоящий красавец, на француза похож! Высокий, сильный и очень нежный! А глаза… — Как его зовут? — спросил Савелий. — Не знаю. А называют его Красавчиком. Только я его сегодня не видела.

И вновь названые братья переглянулись, подумав об одном и том же.

— Вы еще про охрану спрашивали… Это просто хамы, мимо не пройдешь: то облапают, то ущипнут, то целоваться лезут… А их трое в коридоре, не могу же я сразу со всеми трахаться… Красавчик увидел, как один из них пытался лапать меня, как гаркнет на него, тот даже побледнел, бедный! Умора! А мне Красавчик сказал, что пока он здесь, буду только с ним. А сам исчез куда-то! — Она вздохнула с сожалением.

— Значит, пристают мужики? — задумчиво проговорил Воронов. — Еще как!

— Ладно, вы тут пообщайтесь пока с Бесиком, а мы пойдем попаримся,

— сказал Воронов.

— А может, и я с вами? — кокетливо предложила Наташа.

— Чуть позднее, — возразил Воронов, быстро скинул одежду, обернулся простыней и устремился за Савелием.

— Ну, здравствуй, братишка! — Савелий обнял его за плечи.

— Здравствуй, Савка, здравствуй! На всякий случай нужно поторопиться…

— Не бойся, всегда можешь сказать, что попросил меня похлестать веничком. Ну, слушай. — Савелий начал рассказывать.

Красавчик-Стив вернулся в колонию ненадолго. Он должен был проинструктировать Ронни, дождаться, когда тот покинет «Райский уголок», и тут же возвратиться назад, прихватив с собой Григория Марковича, которым Рассказов тоже дорожил. Не желая поднимать излишнюю суету, Стив оставил послание Севостьянову у дежурного офицера, а сам пошел к Ронни.

— Это ты? — радостно воскликнул тот и бросился обнимать Красавчика-Стива. — Куда ты ездил? Почему не взял меня с собой? Я так скучаю без тебя! — Стиву даже показалось, что у Ронни на глазах навернулись слезы. — Успокойся, мой родной! Я тоже всегда скучаю по тебе! — Он похлопал племянника по широкой спине.

— Правда? Как я счастлив! Но почему у тебя такой грустный взгляд?

— Ронни сразу почувствовал его настроение. — Что-то случилось?

— Случилось? Нет-нет! Просто… — Красавчик-Стив замялся, не зная, как сказать этому взрослому ребенку о предстоящем испытании. — Мы что, снова расстаемся? — Ты угадал, дорогой мой, нам снова предстоит разлука… Не волнуйся, ненадолго! — тут же пообещал он. — Ты уезжаешь?

— Я уезжаю, а ты уходишь… — Стив сделал небольшую паузу, собираясь с силами, потом сказал: — Тебе, Ронни, предстоит совершить важное дело.

— Правда? Ты хочешь доверить мне важное задание! — Его глаза светились радостью и гордостью. Красавчик-Стив, его кумир и родной дядя, так высоко оценивает его способности!

— Да, это дело можешь провернуть только ты!

— Так почему же ты грустишь? — Задание очень опасное!.. — осторожно начал Стив.

— Господи! Да я за тебя жизнь положу, не пожалею! Чем опаснее задание, тем больше ты будешь уважать меня! Правда ведь?

— Я и так тебя уважаю и высоко ценю! — заверил Красавчик-Стив.

— Спасибо! — Ронни прижался к нему и всхлипнул от радости. Со стороны было забавно наблюдать за тем, как огромный двухметровый детина рыдает на груди стройного и красивого мужчины.