Цена предательства - Александр Тамоников

— Тебе виднее, ты здесь в своей стихии.

— Вообще такое в горах, я имею в виду камнепады и сходы лавин зимой, происходит сплошь и рядом. Четвертый, — вызвал он старшего лейтенанта Никитина.

— Четвертый на связи!

— Все люди вернулись?

— Так точно.

— Организуй расчистку завала силами взвода!

— Есть!

По остальным позывным капитан передал команду:

— Всем оставаться на местах в готовности к отражению возможного нападения. Восьмой!

— Восьмой на связи!

— Контролируй скалы. Если что, открывай огонь без доклада.

— Нам бы немного отойти назад, а то сектора для пулемета никакого.

Антонов разрешил:

— Отходите! Но оставайтесь в пределах визуального контроля.

— Понял, Первый!

— Ну что, Вова? — обратился Антонов к Бережному. — Теряем время?

— А что делать?

— Я пройду по колонне, а ты следи за расчисткой прохода и за общей обстановкой, особо обрати внимание вон на ту трещину на склоне напротив, левее, видишь? — Он рукой указал на темную полоску, разделяющую скалу на две части. — Оттуда очень удобно, а главное, быстро можно спустить людей.

— Добро!

Капитан Бережной, используя прибор ночного видения, внимательно осмотрел полосу, особенно ее нижнюю часть, место перед небольшим участком, заросшим кустарником. Там, как и везде, было пусто и тихо.

Личный состав Никитина между тем бригадами, молча, но быстро, меняясь каждые пятнадцать минут, разбирал завал.

* * *

Капитан Антонов, обходя колонну, увидел, как за «летучкой» — МТО-АТ, облокотившись на кузов и подняв глаза к небу, курил старший прапорщик Дудашев.

— Ты как, Казбек?

— Нет, Антон, ничего! Просто не нравится мне все это.

— А ты думаешь, мне нравится? Кругом одна непонятка. Надоело все! Эти колонны, марши бесконечные, горы, будь они неладны. Твои соплеменники бешеные, тебя лично это не касается. Все надоело!

— Знаешь, Антон, а я ведь недавно продал всех вас, — мрачным тоном проговорил Казбек. — Кровавому Греку продал. Вот так, Серега! Вот по этой трубке разговаривал, — прапорщик достал и показал капитану аппарат связи с бандитами.

— Да? — неожиданно спокойно спросил Антон.

Он облокотился спиной о борт рядом с прапорщиком, подняв, как недавно Казбек, глаза в небо.

— И зачем?

— Помнишь, я Дашу в отпуск провожал?

— Помню.

— Так вот, люди Грека перехватили ее, взяв в заложницы…

— Можешь не продолжать, Казбек. Они заставили тебя работать на них. Знакомая тактика.

— Да! Но у меня не было выбора, Сергей!

— Бережной знает об этом?

— Нет. Скажи ему сам. Мне стыдно!

— Перебьешься. И объяснить все я не смогу, так что говори сам.

Антон включил рацию:

— Пятый! Я — Первый, слышишь меня?

— Я Пятый, слышу хорошо!

— Подойди к Шестому, разговор есть!

— Принял! Конец связи..

Через минуту появился Бережной.

— Ну что тут у вас?

— Вон послушай Казбека, а я покурю пока в «летучке».

Антон поднялся в мастерскую.

Казбек в подробностях рассказал командиру обстоятельства своей вербовки боевиками.

— И те люди, что приезжали ко мне, и встреча на вокзале в воскресенье, все это было связано с Греком.

Владимир слушал внимательно.

— Дальше?

— Потом я на базе через их человека, сапожника, сообщил им, что груз пойдет с нашей колонной, и поставил условие, чтобы к четырем часам утра сегодня Дашу вернули в часть. Иначе обо всем доложу командованию и остановлю колонну.

Владимир спросил:

— Дашу твою вернули?

— Да! Я получил подтверждение.

— Каким образом?

— Bот телефон! Я Антону уже показывал, это связь с Греком, но вызвать меня может только он.

Капитан удовлетворенно проговорил:

— И то дело, что вернули.

Бережной взглянул на аппарат.

— Спутниковый!

К ним спустился Антон.

— Ну что, братва? Чего решать будем? — спросил он.

— Ребята, — начал Казбек, — нечего тут решать! Все и так понятно. Докладывай полковнику в полк, разворачивайте колонну, а меня… Антон! Просьба, из винтовки, с расстояния, чтобы под снайпера сошло. Без позора чтобы! А, Антон? И чтобы Даша про предательство ничего не узнала, а? Прошу, ребята!

Сергей посмотрел на старшину.

— Значит, кончить тебя?

— Да!

— Пошел ты на.., после этого, понял?

Дудашев проговорил:

— Но я же предал вас, ребята! И заслуживаю смерти, как продажный шакал. А прошу под снайпера, чтобы, понимаете, Даша беременна, вместо меня сын или дочь жить будут. Так пусть живут, зная, что отец в бою пал, а не стал предателем. Сделайте это для меня, мужики?

И сами живите.

Прапорщика оборвал Бережной:

— Заткнись, Казбек! Заладил: предал — расстреляйте.

Ты что, ради денег продался? Или за блага какие? Ты человека спасал. Тебя вынудили сделать этот шаг. Другой промолчал бы, а ты… Так что хорош гнать пургу. Если бы с Верой случилась подобная история, ты думаешь, я поступил бы по-другому? Вот и то-то! Может, у Антона какое-то особое мнение, я же предлагаю, пока есть время, проанализировать маршрут. Попытаться определить, где нас могут прижать. Главное, в бой вступить подготовленными, а там еще посмотрим, кто кого! Мы тоже не пацаны, драться умеем. Что скажешь, Антон?

Сергей ответил:

— Во-первых, никакого особого мнения у меня нет.

С Бережным согласен полностью. Мне с самого начала не понравилась эта операция. И я говорил об этом. Скажу и еще раз! А о Греке, Казбек, забудь! Не было ничего, понял? Не было никакого предательства, и точка. Все!

— Спасибо, ребята, — голос прапорщика дрожал.

— Ну не хватало еще соплей твоих, возьми себя в руки, — Антон нарочито грубо говорил с прапорщиком, так как это и следовало делать в данный момент.

Пошли в «летучку». Антон спросил:

— Володь, у тебя карта с собой? Моя в планшете, рядом с бронежилетом осталась.

— Моя-то со мной, а вот ты свою бросаешь где ни попадя, она же секретная.

— Не где попадя, а в машине, ну а секретов там, конечно, через край!