Русский - Питер Гримсдейл

Форт-Дональдсон, США

Джеки Дуглис не понадобилось много времени на то, чтобы понять: молодой человек, лежащий на полу, нуждается в ее помощи. Во-первых, он страдал от обезвоживания — это было ясно по цвету его лица и желтоватым белкам глаз. И еще она видела, что он уже давно ничего не ел. Для нее было важно только это, а не то, что он якобы кого-то там убил; для нее человек был невиновен, пока его вина не доказана в Суде.

Старший охранник Хэлберри разозлил ее еще больше, называя малышкой. Конечно, он был в два раза старше и годился ей в отцы, но сейчас двадцать первый век, и она не собиралась никому спускать подобное.

В конце концов они пришли к компромиссу: задержанного переводят в лазарет для наблюдения и лечения обезвоживания. Но только в наручниках. Это не обсуждалось, и Джеки пришлось согласиться: она понимала, что ничего не знает о заключенном и что спорить с охраной бесполезно. Однако жизнь в медицинском центре базы Дональдсон внезапно стала гораздо более интересной.

Наконец Джеки выгнала всех охранников, и они с солдатом остались вдвоем. Она тщательно осмотрела пациента. Вдруг он заговорил:

— Доктор Дуглис.

Джеки еще не привыкла к такому обращению, но звучало это здорово. Она взглянула на молодого человека по имени Блэкберн и улыбнулась. Он оживился:

— Вы улыбнулись.

— Ну да.

Она улыбнулась снова.

— Спасибо, — произнес сержант. — Я уже не думал, что когда-нибудь увижу такую улыбку.

Четыре часа спустя Джеки неохотно вышла, оставив солдата на попечении ночной медсестры; голова у нее шла кругом от услышанного. Она легла спать, но не могла заснуть: ее преследовали мысли об атомных бомбах в чемодане, о русских спецназовцах и иранских террористах. Два часа спустя, так и не уснув, Джеки решила позвонить отцу.

— Простите, милая моя, но его комитет будет заседать всю ночь, — произнесла личный помощник сенатора Джозефа М. Дуглиса Шейла Перкис, также известная под именем Бронежилет, потому что никто не мог добраться до сенатора, минуя ее. Значит, она теперь принимает звонки и на его личный номер… Ну ничего, Джеки с этим разберется.

Она отправила отцу письмо по электронной почте с просьбой позвонить. Срочно!

Две секунды спустя он позвонил:

— Дорогая, с тобой все в порядке?

Возблагодарив Бога за увлечение отца смартфоном, Джеки передала ему историю сержанта Блэкберна.

— Не хочу тебя обидеть, доченька, но на свете полно людей, которые рассказывают подобные сказки. Особенно солдаты из горячих точек — у них часто сносит крышу.

— Тогда я звоню в «Нью-Йорк таймс» и говорю: «Дочь члена сенатского комитета по безопасности обнаруживает террористическую угрозу в Нью-Йорке, но отец не желает ее выслушать». Коряво, конечно, но я думаю, они придумают хороший заголовок.

Помощник прикоснулся к локтю Джо Дуглиса. Нужно было возвращаться к работе. Он тяжело вздохнул — спорить бесполезно. Она всегда была упряма как бык, даже хуже матери.

— Предоставь это дело мне, ладно, дочка?

— Ты мне обещаешь?

— Обещаю.

— Прямо сейчас?

— Я же сказал, что обещаю.

Когда на следующее утро Джеки Дуглис приехала на работу, сержанта Генри Блэкберна в лазарете не оказалось. Она смогла узнать лишь то, что за ним без предупреждения прилетела группа спецагентов и увезла его. В неизвестном направлении.