Святое дело - Михаил Серегин

– Оп-па! – крякнул Бугров и швырнул своего противника на пол, и в тот же миг получил от него мощнейший удар ногой в живот из положения лежа, пошатнулся и осел на колени. Чичер улыбнулся – «по очкам» отец Василий и Виктор Сергеевич определенно проигрывали.

И тогда священник пошел на хитрость. Он отступил к дивану, а когда оба противника последовали за ним, оставив Бугрова за спиной, отец Василий навязал многоходовую «игру» с ложными выпадами, уходами и перемещениями. Но оставшийся за спиной бойцов Бугров непонимающе тряс головой, покачивался, даже схватился рукой за кресло, но встать с колен не мог.

Священник пропустил один удар, второй, ударил снова, опять пропустил... Ему почти удалось вывести одного из бойцов из строя, но опять-таки «почти». Боец на удивление быстро оклемался, и попу снова пришлось выдерживать эту чудовищную по своей нагрузке «игру».

В кармане у Чичера затренькал мобильник, один из бойцов на долю секунды отвлекся, и священник мгновенно воспользовался этим и сшиб его с ног. Второй сразу же отступил. Но Бугров уже поднялся с колен, и вдвоем с попом они быстро зажали в угол и второго. «Господи! Лишь бы Чичер не подключился!» – мелькнула в голове отца Василия отчаянная мольба.

– Уходим! – распорядился Чичер, стремительно и мощно поставил упавшего на ноги и так же стремительно двинулся к выходу.

Снова завизжал во дворе, видно, попавший под ноги, ни в чем не повинный Пушок, снова хлопнула калитка, а священник и Бугров стояли и недоуменно переглядывались.

– Не понял! – мотнул головой Бугров. – Что за цирк?

– Ты думаешь, я сам что-нибудь понял? – невесело хмыкнул поп и промокнул разбитую губу рукавом рясы.

Бегство было настолько внезапным и внешне немотивированным, что оставалось лишь развести руками.

Сзади и сбоку от них с грохотом полетели на пол стекла, в дверях вырос человек в «бронике», и священник с ужасом осознал, что со всех сторон на них смотрят черные стволы.

– Всем на пол! – заорали от входа.

Бугров и поп рухнули, как стояли.

– Ноги врозь! Руки за голову!

Священник торопливо исполнил команду.

– Готово?

Голос был знакомый.

По комнатам загрохотали тяжелые армейские ботинки, кто-то сдвинул в сторону диван, заглянул в лицо священнику, а потом и Бугрову...

– Его здесь нет.

– Вижу, – все тем же знакомым голосом зло произнес подполковник ФСБ Карташов и внезапно перешел на крик: – По машинам! Первое на мост! Второе на трассу! Третье – соцгородок!

Отец Василий бросил взгляд в сторону дверей. Бронированные и камуфлированные ребята исчезли.

– Встать! – жестко скомандовал Карташов. – Давно он ушел?

– Чичер? – сглотнул поднимающийся с пола священник.

– Да! Вашу мать!

– За четверть минуты до вас. Им по мобильнику позвонили...

Карташов снова матюгнулся и исчез за дверью. Из соседней комнаты осторожно выглядывал Анзор.

– Блин, мужики, – расстроенно произнес он. – А кто теперь мне стекла будет вставлять?

– Руки есть, вставишь, – мрачно отреагировал Бугров. – И чтоб пацан твой завтра после школы был на построении, в школе место сбора уже знают.

Анзор печально кивнул.

* * *

Оставлять Ольгу с Мишанькой у Анзора отец Василий уже не хотел. Особенно увидев, как рады домашние Ольгиному отъезду. Хотя понять их было можно: натерпелись люди страху.

И поэтому он быстро отвез жену и сына в больницу к Косте и поручил главврачу. Костя удивился, но возражать не стал. Наверное, потому, что ему оставаться каждый вечер одному в его огромном пустом доме было еще хуже. А отец Василий вышел из больницы и побрел по городу, осмысливая то, что увидел.

Теперь сомнений в том, что на Чичера в органах кто-то работает, не оставалось. Причем, не просто в органах, а конкретно в московской группе. Кто именно, судя по всему, не ведал даже Карташов.

Это объясняло неуязвимость мерзавца районного масштаба; это же означало, что Чичера будут предупреждать всякий раз, а следовало из этого то, что Чичер будет опасен еще неопределенное время, а поп все это время будет дергаться на всякий шорох и спать вполглаза. Его это ни в коей мере не устраивало.

И тогда он плюнул на все свои страхи и субординацию, прикинул свои реальные возможности и прямиком отправился в Союз ветеранов.

* * *

– Вы что, батюшка, хотите и нас в это дерьмо втянуть? – с ужасом посмотрел на священника председатель Союза.

– Да, – признал отец Василий. – Там работы немного. А чекистам я доверять не могу.

– И речи быть не может, – затряс головой председатель. – Мои ребята свое отмантулили. Пусть его ищут те, кому положено.

– Я же не заставляю вас собственноручно этого подонка ловить, – усмехнулся священник. – И сам я этого делать не собираюсь. Но чекисты могут и облажаться, а я точно знаю, где могли остаться его следы.

Он не хотел говорить о своих главных подозрениях в адрес чекистов – зачем человека пугать...

– И где эти следы? – попытался съязвить председатель Союза, но вышло это неубедительно – страх выдавал его с головой.

– Восьмое отделение Софиевского совхоза, – прокашлялся отец Василий. – На складах с порченым комбикормом. Вонища, конечно, там жуткая, но Чичер там был и даже что-то делал.

– И вы думаете, чекисты могли что-то пропустить? – подключился к разговору молчавший доселе заместитель председателя. – Ну, в смысле, не заметить...

– Конечно, – хмыкнул священник. – Вспомни сам, как из Афгана джинсы вывозил... Вспомнил? А ведь шмонали...

Насчет джинсов отец Василий брякнул наугад. Но попал в точку. Зампредседателя покраснел от удовольствия.

– Особисты бы в жисть их не нашли...

– О чем и разговор, – кивнул священник. – Так что давайте созывайте ребят и поехали прочесывать...

– Исключено, – решительно покачал головой председатель. – И не мечтайте.

– Жаль, – приподнялся над столом отец Василий. – Только вы, кажется, забыли, что именно вы и дали дорогу этим ребятам: и Баче, и Чичеру. А раз так, то и моя совесть будет чиста.

Ветераны недоумевающе уставились на попа.

– Вас ведь Карташов про денежки Бачины спрашивал? – ехидно поинтересовался поп.

Мужики густо покраснели.

– Ясно, что спрашивал, – устало махнул рукой священник. – И спрашивал, и обещал глаза закрыть, если следствию поможете... Вот только я вам такого обещания не давал, и на суде обязательно выступлю. Возможно, с собственным иском.

Мужики офигели. Такой подлости они от местного священника никак не ожидали. Разумеется, Бача покровительствовал Союзу. И квартиры наиболее заслуженным, то есть, нужным, членам Союза покупал, и в бизнесе участвовал... Чтоб не задавали лишних вопросов. И если фээсбэшники и могли сдержать обещание и в награду за сотрудничество с органами следствия закрыть глаза на некоторые грязные денежные вопросы, то ведь поп и впрямь такого обещания не давал. А значит, финансовое благополучие Союза могло треснуть по швам.