Московская бойня - Альберт Байкалов

Карп подошел к шкафу, открыл стеклянную дверцу и взял с полочки фотографию Ольги Петровны в обществе молодого парня и девушки.

– Это твои дети? – Он вернулся к дивану, вытащил из-за стола стул и уселся на него верхом. – А дочка ничего! Познакомишь?

– Она с такими проходимцами не общается! – выпалила женщина.

– Уверена? – спросил Карп и сплюнул прямо на ковер. – Хочешь, ты сейчас сама скажешь ее адрес?

На глаза у женщины навернулись слезы:

– Что вам от меня надо?

– Почти ничего. – Карп нагнулся, взял с журнального столика трубку радиотелефона, надавил на кнопку записной книжки и стал пролистывать абонентов. – Куда ты дела кейс?

– Это который меня попросил принести господин Орвин? – переспросила она.

– Ты меня уже начинаешь злить, – нахмурился Карп.

– Его у меня украли, – ошарашила она.

– Как это? – Карп оторвал взгляд от дисплея и посмотрел на нее.

– Выхватили из рук и убежали. – Она втянула голову в плечи и затряслась.

– Понятно. – Карп снова уставился на дисплей телефона. – Дочь Мариной зовут?

– Да! – Женщина сама ужаснулась своего ответа.

– Звоним? – Карп брезгливо улыбнулся.

– Зачем? – слабеющим голосом спросила она.

– Может, Мариночка с мамой захочет попрощаться? – Он пожал плечами.

– Нет! – Ольга Петровна схватилась за левую половину груди.

Карп надавил на кнопку автоматического набора номера.

– Да! – почти сразу ответили на другом конце приятным женским голосом.

– Марина? – спросил Карп.

– А с кем я говорю?

– Это врач «Скорой помощи» вас беспокоит. – Карп покосился на женщину. – Мы сейчас находимся в квартире вашей мамы, Ольги Петровны.

– Что случилось? – ужаснулась Марина.

– Вы не могли бы приехать?

– Да скажите, наконец, что произошло?! – почти закричала дочь.

– Марина, не верь! – Женщина соскочила со своего места, но рухнула обратно на диван.

– У нее сердечный приступ, – продолжал врать Карп. – Все очень серьезно.

– Я еду! – Девушка отключилась.

– Вы сволочь! – простонала Ольга Петровна.

– Знаю. – Карп улыбнулся. – За это меня любят и хорошо платят. В России сейчас это самая востребованная работа.

– Что вы хотите от меня? – слабеющим голосом спросила она.

– Где кейс и кто вас вынудил шпионить? – Карп достал из кармана носовой платок, тщательно вытер трубку и бросил ее на стол.

– Вы убьете меня? – заплетающимся языком спросила женщина.

– Ты достала меня, старая клюшка! – Он соскочил со своего места. – Да, убью, если будешь водить меня за нос, и дочь тоже! Любишь ее?!

– Я все скажу! – Женщина закрыла голову руками.

– Так давай! – поторопил Карп.

– Меня неделю назад хотели ограбить. – Женщина всхлипнула. – А он заступился...

– Кто хотел ограбить? Кто заступился?! – Карп упер руки в бока. – Курица старая! Говори живее!

Неожиданно женщина резко подалась вперед и вцепилась ему в одежду на груди.

– Ух ты, стерва! – Он наотмашь ударил ей обратной стороной ладони по лицу.

Женщина охнула и повалилась на бок.

– Ой, помогите! Убивают, – едва слышно просипела она.

Карп лишь усмехнулся:

– Хорошо, подождем Марину. Я на твоих глазах убью ее. Ведь ты этого хочешь?

– Они приезжают на большой машине. Главного зовут Антон. Он живет в следующем доме... Который новый. Там же стоит его джип. – Она назвала номер. – Второй Данила. Они работают в ФСБ. Кейс у них.

– Вот и умничка! – обрадовался Карп. – Теперь я тебя убью. Ты только потерпи немного и не сильно шуми.

С этими словами изувер достал из кармана пиджака тонкие перчатки и надел их. Вынул шнурок. Ольга Петровна, не мигая, наблюдала за приготовлениями. Карп улыбнулся. Ему было знакомо такое состояние у жертв. Взгляд, внешнее спокойствие и обыденность, с которой он собирался отправить человека на тот свет, действовали на многих как гипноз. Люди напоминали загнанного в угол кролика, на которого глядит удав. Между тем Карп наклонился к женщине, как ни в чем не бывало приподнял голову, обернул удавку вокруг шеи, после чего свалил ее на пол. Ольга Петровна упала на живот. Карп упер колено между лопаток женщины и с силой потянул за кончики удавки. Только тут у женщины прошло оцепенение. Она страшно захрипела и попыталась встать на четвереньки. Но это ей не удалось. Тогда она вытянулась под весом Карпа и стала колотить ногами по ковру, напоминая плывущего человека. Карп со всей силы натянул концы. Женщина вдруг выгнулась, страшно напряглась, от чего раздувшееся лицо сделалось почти черным, и обмякла.

Карп выждал еще некоторое время, потом осторожно встал, оглядел комнату. Достал платок, вытер деревянные части стула, на котором сидел, ткнул носком туфля женщину в бок и направился к выходу. Звук ключа в замочной скважине заставил его сначала замереть, потом резко метнуться в туалет. Он осторожно прикрыл за собой дверь и затаился.

– Мама! – раздался женский голос из прихожей. – Ты дома?!

Послышались торопливые шаги, и Карп увидел промелькнувшую мимо девушку. Сдавленный вскрик из комнаты послужил для него сигналом к действию. Не раздумывая, Карп шагнул через порог. Девушка стояла, прижав ладони к щекам, с широко открытым ртом, и не мигая глядела на мать. Это была Марина. Он узнал ее по фотографии.

Карп подскочил к девушке, правой рукой схватил за подбородок, левую положил на шею и со всего размаха приложил ее затылком о стену. Охнув, девушка обмякла. Он осторожно повалил Марину на пол и отправился прочь. Даже если она выжила, то не скоро придет в себя и поднимет крик.

Оказавшись на улице, он направился в сторону дома, где, по словам Ольги Петровны, стояла машина Антона. Стоянка была почти пуста. Он и не надеялся сейчас увидеть здесь описанный женщиной джип. Миновал двор, вынул телефон и набрал номер Джамала.

– Слушаю тебя, брат, – ответил чеченец.

– Я все сделал, как ты сказал. – Карп огляделся по сторонам и перебежал на другую сторону улицы. – Она описала машину и назвала людей, которые попросили ее украсть кейс. Они представились сотрудниками ФСБ.

– Тогда все ясно, – упавшим голосом проговорил Джамал.

– Это еще ни о чем не говорит, – возразил Карп. – Ведь я тоже сегодня ксивой ментовской размахивал. Это не значит, что я там работаю.

– Правильно говоришь, – согласился Джамал. – Что предлагаешь?

– Проверить до конца.

– Хорошо, – согласился чеченец.