Готовность №1 - Валерий Рощин

— Вот и умница. Ничего-ничего, все будет нормально… Мы с тобой еще повоюем… — довольно шептал тот, улыбаясь.

Губы напарницы дрогнули, но вместо ответной улыбки отчего-то из глаз потекли слезы. Это был хороший признак возвращения к жизни, потому командир изрядно поредевшей группы не стал успокаивать и тревожить ненужными словами, а лишь дотянулся до ранца, достал еще один пакет с бинтами, распотрошил его и долго с величайшей осторожностью вытирал ее бледные и мокрые от обильных слез щеки…

— Георгий Павлович, позвольте мне идти самой… — уже с полчаса канючила Северцева.

Чувствовала она себя лучше — действие наркотика ослабевало с каждой минутой. Лицо Арины постепенно обретало естественные, живые краски; силы возвращались…

— Не дергайся. Ты пока еще слабовата — то и дело будешь падать, а я замучаюсь через тебя спотыкаться.

— Но вам же тяжело.

— Лежи смирно. Своя ноша не тянет…

Переодетая в камуфлированную форму девушка послушно вздыхала и снова обнимала ладошкой его шею, стараясь при этом не потревожить подживающую пулевую рану…

Пеший переход близился к концу — на горизонте уже показалось мизерное селение близ Шатоя, в окрестностях которого был спрятан серый пятнистый «уазик». Настроение постепенно выправлялось. Как бы там ни было, а со сложным заданием они справились — едва Арина пришла в себя, он подал ей желто-черный аппарат спутниковой связи и продиктовал информацию чрезвычайной важности и срочности о готовящемся сегодня — одиннадцатого июля взрыве на центральном стадионе столицы Северной Осетии.

— Как же вы смогли выудить из него эти данные? — пока еще не набравшим былой бодрости голосом справилась девушка, усаживаясь в машину.

Опытный спецназовец проверял снизу до верху автомобиль, опасаясь оставленных за время их отсутствия сюрпризов. Осматривая днище с правой стороны, обмолвился:

— Я решил задачу с помощью одной смазливой тетки…

— Какой тетки?.. — оторопела напарница.

— Которая вначале выглядела этаким фантомом, а на деле оказалась вполне реальной — созданной из живой плоти. Короче говоря: раскрутил любовницу Умаджиева.

— И как вам это удалось?..

— Просто… — захлопнув капот, сел он на водительское место. — Оделся в гражданский костюмчик Сергея Болотова, что до поры аккуратно лежал в ранце — благо размер подошел; взял один из комплектов документов, оружие и отправился на поиски…

— Странно, — недоуменно покачала она головой, — вы же сами отвергали вариант поиска в райцентре следов «клиента», а потом…

— Да, это был крайний вариант с самыми мизерными шансами. И, тем не менее, он сработал.

— Но даже если на миг допустить, что вы отыскали ту женщину, каким же способом вам удалось выйти на Умаджиева в Урус-Мартане?

«УАЗ» медленно выехал из леса на асфальтированную дорогу и, довернув на север, набрал скорость…

— Как раз-то найти ее, и было самым сложным, — сдержанно произнес он. Затем, не краснея и, с нарочитой развязностью соврал: — Утром нашел, а вечером мы уже гуляли с ней под ручку, и тетка сама рассказывала о своих любовных похождениях с чеченцем…

— Тоже мне обольститель!.. — фыркнула Северцева и отвернулась. Но выдержки хватило ровно на секунду: — И почему большинство мужчин считает всех нас пустоголовыми дурочками, готовыми пойти куда угодно с первыми встречными?!

Извольский помнил, как всеми способами пытался удержать ее от рискованного похода в Малые Веранды, где девчонка хотела поймать «клиента» на «живца». Помнил, как она «усмотрела» в его действиях некую ревность, хотя отговаривал он ее совсем по другим причинам… А вот эмоциональные фразы, только что вылетевшие из уст не сумевшей сдержать себя Арины, были и в самом деле похожи на порождение настоящей ревности.

С трудом сохраняя на лице серьезность, Жорж пожал плечами:

— Ну, не всех, конечно…

— Спасибо и на этом, — надулась она.

Машина проскочила Дачу-Борзой, и выехала на широкое шоссе, ведущее в Грозный. Приблизительно через километр был расположен блок-пост федеральных сил. Именно до него им и требовалось сейчас добраться. Однако офицер спецназа, почему-то притормозил и остановил пятнистый «уазик» на обочине…

— Мы почти приехали, — с теплой улыбкой посмотрел он на нее.

Девушка обиженно пробурчала:

— Я вовсе не хуже вас знаю…

— Ты оклемалась? — вдруг поинтересовался Извольский.

— Вполне… — пожала плечами она, недоумевая о причине внеплановой остановки.

Он взял ее левую руку, осторожно потрогал повязку с маленьким пятнышком запекшейся крови. Затем неожиданно поднес ладонь к губам и, притянув к себе девушку, обнял.

— Боже, какая самонадеянность… — прошептала она.

Она не сопротивлялась — то ли не позволяла слабость, то ли боялась показаться неблагодарной, или же проявленная им нежность была для нее желанной. Арина не оттолкнула его, но и не ответила таким же страстным порывом. Мимолетно тронуть прохладными пальчиками теплую, колючую мужскую щеку — все, что она позволила себе, когда губы их на мгновение сомкнулись…