Боец 2. Лихие 90-е - Валерий Гуров

не хотела говорить. Пошатался по рынку и действительно не встретил ни одного цыгана вокруг. Странно… Я решил поинтересоваться у женщины с тележкой, снующей по рядам. Как только ее увидел, сразу вспомнил — это ведь у нее в прошлый раз мы с Лидкой покупали пирожки, женщина как никто другой может подсказать, что происходит на рынке. Поднял руку, показывая ей, чтобы она подъехала. Торговка сразу заметила жест и заколесила ко мне.

— Какие пирожочки желаете?

— С картошкой.

Тетка полезла открывать свою сумку, а я вытащил еще одну купюру наизготовку. Молчание, как говорится, золото, но немолчание — хрустящие купюры. Пирожок появился из тележки, она обернула его куском бумаги, чтобы мне было удобнее брать.

— Пожалуйста… ой, сдачи не будет.

— Можно без сдачи, мне бы тут справки навести, — улыбнулся я.

Озвучил женщине вопрос.

— Господи… а вы разве не слышали? За ними вчера какие-то бандиты приехали на фургоне, ну, буханка. Выловили, побросали их в буханку и увезли — весь табор. Больше их никто не видел, — пояснила торговка.

— Сотворили что?

— Да кто ж их знает, что там не поде…

Продавщица запнулась, взглянула мне за спину и рот рукой закрыла, сдерживая крик. Другой рукой принялась тыкать пальцем. А потом резко развернулась и едва не бегом побежала прочь, волоча за собой несчастную тележку.

— Вон, снова приехали, Маня, от греха подальше выручку прячь, — послышалось от одной из торговок за прилавком с пледами. Челноки задергались, но старались сохранять самый обычный вид.

Я обернулся и увидел, как у рынка, метрах в двадцати от Мухиной «девятки», остановился УАЗ-«буханка». Сразу стало понятно, что это именно тот автомобиль, который заезжал за цыганами вчера. Дверцы «буханки» открылись, и из салона на улицу вытолкнули молодую девчонку. Она упала на асфальт, больно ударилась коленями и так и осталась стоять на четвереньках. Девушка была практически голой, если не считать чулок. Нагую грудь она прикрывала одной рукой. Следом из машины выкинули чемодан, который, упав на асфальт, треснул, и наружу высыпались вещи. Я нахмурился… это ведь мои вещи. Потом у меня в сердце неприятно кольнуло. Девчонку я теперь узнал — это была та самая проститутка Алина из ночлежки «У Карена».

Я огляделся, схватил первый попавшийся плед с прилавка и двинулся к ночной бабочке — меня никто не подумал останавливать. «Буханка» не стала ждать — дверцы закрылись и автомобиль уехал, бросая девчонку почти голой посреди оживленного базара. Вокруг нее уже кучковалась толпа народа, кто поглазеть, кто посочувствовать, но никто не спешил ей помогать. Я пробился через людей, расталкивая их, и накрыл свою старую знакомую пушистым синтетическим пледом. Увидел, как люди начали растаскивать вещи из выброшенного чемодана. Какой-то молодой парнишка в очках с роговой оправой, за которыми его глаза казались огромными, схватил мой магнитофон и бросился наутек. Да наплевать. Хер сними, с мафоном и с воришкой.

— Вставай, все позади.

Я помог девушке подняться. Она была напугана и как будто бы ничего толком не понимала. Посмотрела на меня совершенно стеклянным глазами, странно улыбаясь кончиками губ. Мне все стало ясно с первого взгляда — эти козлы накачали ее наркотой.

— Алина? Пойдем, не бойся, это я Сергей.

— Сергей… — продолжила она улыбаться. — Они искали тебя…

— Кто искал?

Но Алина уже не ответила. Я повел ее к «девятке», из которой уже выскочил Муха, чтобы открыть багажник.

— Ни хрена себе, — прокомментировал он, видя, что я веду с собой голую девчонку, накрытую пледом.

— Давай ее на заднее сиденье, не нужен багажник, — распорядился я.

Муха закивал, бросился открывать заднюю дверцу. Я аккуратно усадил Алину, которая совершенно не сопротивлялась, назад, захлопнул дверь. Народу вокруг собралась целая куча. Кто-то наверняка уже вызвал ментов, понимая, что творится беспредел.

— Поехали, брат, — усаживаясь следом в «девятку», я хлопнул по плечу Муху, чтобы тот дал по газам.

— Куда?

Я несколько секунд молчал, понимая, что Алину наказывали. И мне было понятно, за что, стоило только взглянуть на вещи из чемодана. Моего чемодана. Они, похоже, каким-то хреном вычислили, что происходило той ночью, моей первой ночью в этом новом жестоком мире. И судя по словам девчонки те, кто делал эту грязь, хотел отомстить конкретно мне. Слишком много вещей произошло за один день, и все связаны с моей персоной. Похоже, что враги кладбищенских не стали сидеть сложа руки, и уж точно похоже, что они каким-то боком вычислили первоисточник вспыхнувших в городе проблем. И сейчас, готовясь к войне с кладбищенскими, Яша Кривой и Карен зачищали концы. Их рыльца были в пушку, и они не хотели, чтобы все это всплыло. Поэтому начали планомерно выжигать те контакты, которые могли привести след на двух авторитетов, ну а вишенкой на торте в их списке должен был стать я.

— Боец, едем куда? — повторил Муха, видя, что я не тороплюсь с ответом и с головой ушел в собственные мысли.

— Едем на «Динамо», — наконец, коротко ответил я и сжал кулаки.

* * *

Я решил, вопреки приказу Демида, начать действовать, над моей головой скопились тучи. На «Динамо» встретился с борцами, с которыми мы после того спарринга разошлись на хорошей волне. Пацаны тяжело тренировались и практически не вылезали из зала, там я их и застал.

Разговор был короткий — я объяснил пацанам, что мне требуется их помощь, чтобы наказать козлов. Дал понять, что я действую самостоятельно и не могу гарантировать, что борцы выйдут сухими из воды. Но что могу гарантировать — так это то, что сделаю все возможное, дабы пристроить их в подпольные бои. Сверху я пообещал дать каждому из них бабки за помощь. Борцы внимательно слушали, кивали и переглядывались.

Ответил Игнат, и так же коротко и по делу:

— Куда ехать?

Я подумал, что согласились они вовсе не потому, что так хотели попасть на подпольные бои, да и не за деньги мои. Нет, будь у них такое желание, и они бы давно подались в криминал. Такие как они там всегда нужны. Дело было в другом, эти парни — спортсмены, которым их тренер годами прививал чувство справедливости, увидели, что мерзавцы, которым я собрался мстить, сделали с Алиной. К тому же я не стал говорить борцам, что привез проститутку. Надеюсь, что теперь Алина получит приставку «бывшая». Саму девчонку увели в подсобное помещение, сделали сладкий горячий чай, чтобы хоть как-то в чувства привести.

А уже через полчаса мы были на месте — неподалеку от железнодорожного вокзала, у той самой ночлежки «У Карена». В масках в виде повязанных на лицо футболок.

— Пошли, пацаны, — я кивнул и, подходя к дверям, жестко выбил их с ноги.

Заверещала администраторша, та самая, которая была здесь в первый день. Я подошел к ней, с