Майор Ветров - Николай Чергинец

— Смотри-ка, у каждого по автомату и пистолету…

— Я же тебе сказал — склад рядом, — пояснил Магомед и спросил: — Ну что, командир, вперед к базе или попытаемся убрать дозоры на других тропах?

— Видишь, уже почти темно. Когда в отряде ложатся?

— Как стемнеет, так устраиваются в своих палатках. Костров в темноте разжигать, даже пользоваться фонарем или спичкой строжайше запрещено. Свет от аккумулятора горит только в штабной палатке, где находится Музарбек и один из его помощников, он же радист. Палатку тщательно изолируют, чтобы свет не был виден.

— Внутри базы часовых не выставляют?

— Раньше они были, но теперь, когда численность отряда уменьшилась, еле успевают менять дозоры на подступах. Так что, идем в отряд?

— Да, дорогой, идем! — решительно произнес Ветров.

Прежде чем уйти, они оттащили второго мертвого бандита за камни и спрятали его автомат. Сейчас они были уже вооружены превосходно: у каждого по автомату и пистолету, много запасных патронов. По пути к лагерю договорились, что Ветров и Мурат войдут в штабную палатку, уничтожат помощника главаря, его самого свяжут и закроют рот кляпом, а только затем приступят к ликвидации остальных. Несмотря не то что идти надо было не более километра, двигались долго. Уже наступила темнота, совершенно ничего не было видно. Магомед двигался первым, держа за руку Романа, а тот — Мурата. Наконец цепочка приблизилась к месту. Прошли шагов двадцать, и Магомед, остановившись, пальцем показал на чуть заметный силуэт палатки. Тихо прошептал:

— Здесь Музарбек.

Ветров, потянув за руку Мурата, приблизился к палатке и нащупал вход. Осторожно начал открывать молнию. Хорошо, что внутри слышалась негромкая речь, — это работал радиоприемник. Ветров чертыхнулся в душе: «Черт бы меня побрал, не предусмотрел, что вход в палатку на молнии. Хорошо, что приемник шумит, а то пришлось бы хреново».

Наконец он отвел в сторону клапан входа и увидел перед собой темную занавеску, по сторонам и снизу которой была видна светлая полоска. Музарбек не желал находиться в темноте. Ветров одним движением откинул полог и шагнул внутрь. Первым делом он всадил пулю из пистолета с глушителем в лоб бандиту, сидевшему у небольшой радиостанции, и мгновенно перевел ствол на ошарашенного Музарбека:

— Молчать! Один звук или движение — и ты покойник! Понял?

Музарбек был ошарашен и единственное, что смог сделать, это в знак согласия кивнуть головой. Ветров тихо сказал:

— Мурат, обыщи палатку. Найди веревку, но сначала запихни ему в рот полотенце. Видишь, рядом лежит.

Ветров встал сбоку от главаря и, приставив к его виску пистолет, тихо произнес:

— Замри, гад!

Мурат быстро засунул полотенце в рот бандиту и так же быстро обыскал палатку. В руках он держал упаковку скотча и связку наручников.

— Видишь, сам себе все приготовил, — усмехнулся Ветров.

Они надели на руки и ноги главаря наручники, заклеили рот скотчем, а затем положили его на пол палатки вниз лицом и третьими наручниками соединили за спиной наручники на руках и ногах.

— Вот так и лежи, отдыхай! — удовлетворенно бросил Ветров. Взял лежавшую тут же одну из гранат и, держа ее у самого лица Музарбека, выдернул чеку и сказал:

— Я положу ее возле твоего бока. Пошевелишься — и полетишь в ад.

Правда, когда Роман клал гранату под бок главарю, он успел вставить чеку обратно. Но Музарбек этого не видел и конечно же считал, что шевелиться нельзя.

Ветров и Мурат вышли к Магомеду. Темнота — полная. Тишина — мертвая. Но Ветров чувствовал себя в своей стихии, он шепотом спросил, где самая большая палатка и сколько там человек.

— Там должно быть трое, — также шепотом ответил Магомед и, взяв Ветрова за руку, повел чуть левее. Приблизившись к палатке, Магомед наклонился к уху брата:

— Мурат, ты останься у входа. Мы вдвоем справимся.

Когда они вошли внутрь палатки, Ветров на мгновение включил фонарик. Да, в палатке спали трое.

— Не выключай фонарь, — негромко сказал Магомед.

Буквально через полминуты Ветров понял, что лично ему делать нечего. Магомед в мгновение ока по очереди расправился со всеми тремя. Они не стали осматривать палатку, только Ветров тихо сказал:

— Возвратимся к Музарбеку, посмотрим, как он там. Заодно фонари возьмем, они слева на какой-то куртке на полу лежат. Я сразу не сообразил их забрать.

Они вошли в палатку. Музарбек, казалось, даже дышать боялся, чтобы не потревожить гранату под боком.

— Берите свет, — кивнул головой на фонари Роман, а сам стал бегло осматривать палатку. Взял лежавшую у постели Музарбека карту, сложил ее и сунул в карман. Полушутя пояснил:

— Еще сожрет с тоски!

Они снова вышли в темноту. Ветров произнес:

— Осталось четыре палатки, на постах — двое, значит, в палатках пятеро.

— Да, один должен охранять пленного.

— В палатку с пленным пойдем в последнюю очередь. Давай, Магомед, веди к следующей палатке.

— Слушай, командир, я подведу тебя к палатке, где находится пленный. Ты побудь около нее, а мы с Муратом справимся сами. Понимаешь, все здесь не люди, они звери. Мы должны рассчитаться за своих родных!

— Хорошо, веди, в случае чего я вас подстрахую. Если понадобится, обозначайте себя коротким включением фонариков.

Братья быстро растворились в темноте, а Ветров остался один в десятке метров от входа в палатку.

«Кто же из наших здесь может находиться? Почему Музарбек так слабо его охраняет? А вдруг перевертыш?..»

Вдруг он увидел у палатки неясную тень.

«Кто это? — подумал Роман. Он стоял и держал наизготовку пистолет с глушителем. — А если он двинется в мою сторону, стрелять? А вдруг это свой?»

Роман стоял, стараясь не дышать, и его слух уловил легкое журчание. Понял — человек вышел помочиться. Прошло не более минуты, и тень растворилась, по характерному шелесту входного брезентового полога стало ясно, что неизвестный возвратился в палатку. Ветрову показалось, что в палатке разговаривают, и он, тихо ступая, приблизился к ней. И действительно, разговаривали двое. Один на чисто русском, второй явно с чеченским акцентом.

Говоривший по-русски спросил:

— А меня не пустишь отлить?

— Нет, ты ходил недавно, теперь терпи до утра, у меня приказ такой.

Ветров понял, что русский располагался слева от входа, а его охранник — справа. Долго задерживаться у входа не стал и отправился на прежнее место, где через пять минут вынырнули из темноты братья.

— Порядок! — тихо сообщил Магомед. — Остался один в палатке, где пленный, и двое в дозоре.

— Входим в палатку с включенными фонарями. Пленный слева от входа, — сказал Ветров и приказал: — Пошли!