Кодекс морских убийц - Сергей Зверев

Когда внезапно пропала связь с обитаемым аппаратом, команда буксира не бросилась бить тревогу – подобные сбои иногда случались. Заволновались лишь после того, как аппарат не показался на поверхности в расчетное время.

– Что у вас происходит? – грозно поинтересовался Горчаков.

– Мы потеряли аппарат. Ищем, – ответил китаец.

– А робот! Почему не прочесываете вершину вулкана роботом?!

– Да-да, мы сделаем это. Но сейчас робота нет поблизости…

Ничего не поняв из невразумительных фраз, генерал приказал троим боевым пловцам готовиться к погружению и к самостоятельным поискам неисправного аппарата.

Минуло еще несколько часов. Начинало темнеть. Запаса кислорода для дыхания экипажа в герметичной кабине, по заверению китайца, оставалось еще минимум на двое суток. Однако вся чертовщина заключалась в том, что Устюжанин с двумя напарниками никак не могли отыскать пропажи. Джинхэй с пеной у рта тыкал в карту, показывая точку последней связи с Дастином, а аппарата не было ни в этой точке, ни в радиусе трехсот метров от нее.

Неразбериха длилась до тех пор, пока ползающий с ярким фонарем у дна Фурцев не наткнулся на пустые гильзы от подводного автомата, коим обычно вооружают бойцов из подразделений американских «морских котиков». Вот тогда на «Боевитом» и буксире поняли, в чем дело.

Дальше случился кратковременный ступор: те мужчины, что были в курсе происходящего, нервно курили и чесали репы. Зато мозг единственной женщины сработал, как швейцарский брегет с турбийоном. Прорвавшись в рубку буксира, она завела дизель и отважно крутанула штурвал в сторону ненавистного эсминца «Маккэмпбелл». Джинхэй с Диего с трудом остановили эмоциональный порыв Санди, но сама идея Горчакову понравилась.

– Георгий, вы отдохнули? – спросил он по телефону Устюжанина.

– Да, можем продолжить поиски, – отозвался тот из каюты.

– Не надо поисков. Поднимись ко мне – есть срочное дело…

Спустя минут сорок три боевых пловца осторожно спустились в воду и направились к американскому эсминцу. Точнее, не к самому судну, а к двум якорям, удерживающим его над вершиной стратовулкана.

После установки под якорями небольших взрывных устройств пловцы вернулись на борт и сменили в ребризерах баллоны с регенеративными патронами. Теперь им предстояло ждать.

С буксира на «Боевитый» переправились два члена экипажа: Санди и… маленький человек по имени Эскобар.

– Откуда вы? – подозрительно свел брови генерал. – Почему я не видел вас раньше?

– Простите, он стесняется своего роста, – ответила за лилипута молодая женщина. – Поэтому предпочитает не выходить из своей каюты.

Ровно в четыре утра под водой одновременно сработали взрывные устройства, покалечив и оторвав якоря от грунта. Это послужило сигналом к началу операции. Буксир взревел дизелями и ринулся в атаку. С ходу протаранив борт «Маккэмпбелла», он поволок его на подводный «клык». За штурвалом стоял отважный Диего, над картой нависал и корректировал курс Джинхэй.

Вахта эсминца пыталась противостоять внезапной атаке, но Диего наносил удар за ударом, не давая военным морякам опомниться. За минуту до столкновения эсминца с «клыком» с борта начали стрелять по ходовой рубке.

– Уходим! – крикнул китаец и потянул товарища за рукав.

Не заглушив дизелей, они выскочили на дальний борт и прыгнули в воду, где согласно плану русского генерала их должны поджидать боевые пловцы с дыхательными аппаратами…

Солнечное безветренное утро. Океан удивительно спокоен.

Я стою у борта и любуюсь эсминцем «Маккэмпбелл», опасно накренившимся на левый борт. Командир «Боевитого» трижды предлагал им помощь, но американцы высокомерно отвечали: «Повреждение незначительно – в вашей помощи не нуждаемся».

– Ну и черт с ними, – усмехался Горчаков и тихо добавлял: – Пусть это будет скромным ответом на их действия, приведшие к гибели К-229…

В свободные минуты я часто вспоминаю увиденное на глубине и пытаюсь восстановить картину последних минут жизни стратегического ракетоносца. Как мне представляется, американская субмарина следовала за нашей на дальности скрытного слежения. Резкое сближение произошло в момент, когда К-229 предприняла маневр ухода от слежки. Какой именно – теперь не узнает никто. При столкновении американская лодка ударила лобовой частью боевой рубки в район задней переборки третьего отсека нашей субмарины, о чем свидетельствует рубленая вертикальная трещина, обнаруженная мной при осмотре остатков. Получив удар и принимая огромные массы воды, К-229 провалилась в океанские пучины, ибо не могла справиться с быстрой потерей плавучести.

Позади меня бегают и суетятся матросы – экипаж готовит корабль к походу в сторону родных берегов. Свою миссию мы выполнили, научное судно «Профессор Лобачев» уже на пути в порт Владивостока, американцам помощь не требуется, так что делать нам здесь больше нечего…

Горизонт вокруг чист. Кроме завалившегося набок «Маккэмпбелла» – ни одного судна. Увы, но маленький силач, к виду которого мы успели привыкнуть, во время своей неистовой атаки тоже получил повреждения корпуса и затонул где-то неподалеку от торчащего из вулкана подводного «зуба».

Ну да бог с ним – главное, все остались живы.

Провожать до сектора посадки незадачливых искателей приключений никто из нас не пошел. Настоящими друзьями мы так и не стали, да и светиться им в нашей компании лишний раз не стоит. Ведь, разрабатывая дерзкую операцию спасения меня и Дастина из плена, Горчаков поставил жесткое условие: вы тараните американский эсминец, мы обеспечиваем отход и прикрытие. Операция прошла успешно, но теперь никто не дал бы за жизнь дайверов и ломаного цента. Отныне они – враги американского народа, и законодательством США каждому из этой дружной шайки обеспечено по «десять лет без права переписки».

Прощались в одной из комнат в апартаментах для специальных делегаций. Сюда же часом ранее для дайверов привезли приличную одежду и обувь; немного денег на проезд и новые, сделанные на совесть документы.

– Надеюсь, вы найдете другой вид бизнеса, – бурчит, пожимая им руки, Сергей Сергеевич.

– Постараемся, – хитро щурится китаец.

– Почему бы вам не заняться ловлей тунца? – улыбается Устюжанин. – Говорят, весьма прибыльное занятие.

Диего что-то мычит и в знак благодарности хлопает Георгия по плечу.

Приобняв Дастина и его подружку, шепчу:

– Будете в Изумрудном городе – просите мозги. Отличная штука…