Тени прошлого. Восставшие - Александр Тамоников

– Да можешь ты объяснить по-человечески.

– Ну ты и чудик, Боря.

Павлов удивился, аккуратно отстранив от себя штурмана:

– Это я чудик?

– Ну не я же! Я-то знаю, что у Ловеса сын родился. Или дочь?

Он обернулся к Фролову:

– Командир, а кто у Ловеса родился?

– Сын.

Истомин повернулся к разведчику:

– Вот! Я и говорю, сын у Ловеса родился.

– Ну тогда наливай, если есть.

– Водка-то, Боря, есть, да сил нет. Ты сам, ага?

– Где водка?

– А говоришь не чудик. Ну где может быть водка? Ясный палец в холодильнике, иначе бы выкипела к едрене фене с такой жарой.

– А посуда?

– Может, тебе еще и котлеты пожарить?

– Понял!

Старший лейтенант Павлов открыл холодильник, достал содержимое, что там было, бутылку «Столичной».

Осмотрелся, посуды не было, в кухонный блок не пошел, сорвал крышку зубами и из горла ополовинил бутылку.

– Молодчик, Боря, – сказал Фролов, – нормально приложился, по-нашему.

Выдохнув воздух, разведчик сказал:

– За сына Ловеса. Ну вы, детвора, отдыхайте, я пошел.

– По бабам? – спросил Истомин.

– В клуб.

– А что там?

– Фильм.

– В натуре? Какой?

– «Пес Барбос».

– Это там, где самогон гнали?

– Ну.

– В тему, но водка лучше, хотя… пить вредно.

– Это заметно.

– Много!

Истомин рухнул на кровать.

Фролов махнул рукой Павлову:

– Ты иди, Боря, а то сейчас дежурный явится.

– С чего?

– Так нас комэск застукал.

– Хреново.

– Хреново утром будет. Но ты иди, а то и тебя прилепят к нашей свадьбе.

– Какой свадьбе? Вы же рождение сына Ловеса отмечали.

– Да какая разница.

– Ну да, никакой. Утром, значит, разбор полетов будет?

– Прорвемся, Боря. Вали от греха подальше.

– Ладно. До завтра, братья по оружию.

– Угу!

Закурив, старший лейтенант Павлов вышел из отсека, в коридоре едва не столкнулся с дежурным по эскадрильи, капитаном и замполитом. Те с серьезными минами прошли мимо. Павлов вышел на улицу. Под вечер жара спала, и сейчас термометр показывал двадцать шесть градусов. Вполне приемлемая для этих мест температура в июне.

Павлов подошел к клубу, там уже толпилась группа офицеров. На афише название фильма «Экипаж». Хороший фильм, подумал старший лейтенант, посмотрел бы, но встреча с подружкой важнее. Интересно, но офицеры и прапорщики эскадрильи, узнав, что за фильм им подготовил начальник клуба, уходили обратно в модуль. Хотя, что странного, они же летчики и понимают, как в фильме, в реальной жизни не бывает. И вообще, больше всего военные не любят смотреть как раз военные фильмы, современные. Когда замечают ляпы создателей этих «шедевров».

Он прикурил сигарету, отошел за угол. Там никого и темно. Свет только перед входом, светомаскировка.

Павлов посмотрел на часы – 20:53.

Скоро должна подойти Елена.

Но прошло семь минут, десять, семнадцать, двадцать, а женщины не было.

Пришедшие на фильм уже зашли в клуб. «Может, произошло что-то?» – подумал разведчик, и в это время объявилась его полевая пассия.

– Добрый вечер, Боренька. Извини, задержалась.

– У вас баб, Лена, очень хреновая привычка. И только не говори, что тебя опять пытался кто-то на кого-то заменить.

– Во-первых, не бабы, а женщины, во-вторых, а чего ты так грубо со мной?

– Думаешь, мне в кайф тут почти полчаса торчать? Неужели так трудно прийти вовремя?

– Ты куда-то спешишь? Так я не держу, иди.

– Ладно, проехали.

Осипова подошла ближе:

– А это еще что?

– Что? – не понял старший лейтенант.

– Ты пил?

– Ну и что?

– А мне так приятно перегар нюхать.

– Какой перегар, я выпил час назад.

– Интересно, и по какому поводу?

– У штурмана эскадрильи Ловеса… знаешь такого?

– Ну знаю, конечно.

– Так вот у него сын родился.

– А ты здесь при чем?

Павлов усмехнулся:

– Ну в том, что родился ребенок, я действительно ни при чем. Это Ловес с женой постарались.

Осипова нахмурила брови:

– Чего прикидываешься, ты понимаешь, о чем я.

– В смысле, как оказался на обмывании?

– Да.

– Случайно.

– И ты думаешь, я тебе поверю.

– Лен, верить не верить, твое дело. Но если говорю, что случайно, то значит так оно и было. Просто проходил мимо модуля летчиков, услышал шум в отсеке экипажа Фролова. Зашел посмотреть, что за кипиш, а мужики в лом. Только Фрол еще дышит. Спросил, что за праздник. Объяснили. Налили сто граммов, а ты говоришь перегар. Выпил, как положено, и ушел.

Осипова посмотрела на «жениха»:

– Да? Вроде похоже на правду.

– Какой резон мне обманывать тебя? Если у нас что-нибудь намечалось, то ты узнала бы об этом первой.

– Ну ладно, – смягчилась официантка, – веди кавалер в апартаменты начальника бронетанковой службы.

– По одному пойдем. Ты выходи сразу к тыловой стороне модуля и жди, когда открою окно. Я через вход.

– Шампанское, надеюсь, ты уже занес в отсек?

– Шампанское? Об этом разговора не было.

– Какой же ты все-таки невнимательный, Боря.

– Ну конечно, по сравнению с начхимом. Тот тебе и цветы умудрялся где-то доставать.

– Да, он и цветы дарил, и еще кое-что.

– Ну а со мной тебе и без цветов с подарками хорошо будет.

– Вот с этим не поспоришь. Ладно, пошли.

Женщина скрылась за углом.

Следом двинулся старший лейтенант.

Лазать по окнам официантке не пришлось. В коридоре модуля офицеров штаба не было ни единой души, не считая дневального, который увлеченно писал письмо. И не сразу заметил офицера. Заметив, спрятал лист, вскочил:

– Здравия желаю, товарищ старший лейтенант.

– Привет. Не замерз еще тут?