Ловушка для олигарха - Илья Рясной

— Налоги, налоги, заплати налоги, — напоминающий непроспавшегося палача бородатый мужик с устрашающего вида топором склоняется во тьме над супружеским ложем, на котором спят двое.

Перепуганный неплательщик дрожащей рукой тянется к кошельку.

Встает утреннее ласковое солнце. Все трое участников драмы счастливо улыбаются и обнимаются.

Каждый день радовал нас новой рекламой об уплате налогов. Налоговики перепробовали все интонации — от жалобно заунывных, типа «люди добрые, мы не местные, мы не ели три недели», до угрожающего разбойничьего: «Заплати, а не то покатится буйна головушка с плеч». Оно понятно. В стране не хватает денег. Деньги в России обладают свойствами сверхтекучего гелия — они не удерживаются ни в закромах, ни в подвалах, они просачиваются сквозь микроскопические щели, в которые не просочится даже воздух. Деньги все время куда-то утекают.

— Кто не платит налоги, того… — угрожающе завел грубый голос из телевизора,

Насколько удобное изобретение дистанционный пульт. Не вставая с дивана, одним нажатием кнопки — выключаешь телевизор, и с тебя уже не требуют уплаты налогов.

По другой программе уверенно вещал ставший уже родным и пришедший благодаря телевидению в каждый дом популярный полевой командир Баши Бадаев. Этот суровый гордый сын гор прославился захватом детского сада и двух школьных автобусов. Глаза у него были ласковые. И смотрел он собеседнику не в глаза, не в сторону, взгляд его мечтательно блуждал где-то на уровне шеи. Он таскал с собой шашку прадеда — приближенного самого Шамиля. Правда, недоброжелатели поговаривают, что этот прадед был одним из тех, кто ограбил своего любимого вождя, когда тот бежал из Гудермеса от русских войск. Теперь прадедовской шашкой Баши в лучших горских традициях рубил «неверным псам», преимущественно пленным, головы. Молодецки, с одного удара.

— Столица — в Ставрополе. Провинция — в Москве. Такова будет Конфедерация народов Кавказа, — мечтал Баши перед телекамерой.

— Не слишком ли смелые планы? — подал жалкий голос военный корреспондент третьей программы, который всю ичкерийскую войну провел рядом с бандгруппами, добросовестно снимая, как жгут российские колонны с боевой техникой, и стал своим на всех базах боевиков.

Баши внимательнее посмотрел на уровень его шеи так, что видно было — корреспондент передернул плечами. Полевой командир вздохнул, припомнив, что этот «неверный пес» еще нужен и в какие деньги обошлось это интервью. Политическая реклама на телевидении — вещь дорогая.

— Один горец стоит сотни. Роты. Батальона. Нет горы, которая не пойдет к нашим Магометам! — глаза горца бешенно округлились…

— Заплати налоги, и живи, как жил!, — прервала откровения бандита рекламная пауза.

Я выключил телевизор. Все, предельно допустимая доза общения с ящиком набрана.

Пора вкалывать. Где мое недавнее приобретение — полевой компьютер? Это экспериментальный образец для американских спецподразделений. Вот он, на столике — противоударный, водонепроницаемый и глубоководный, хранящий огромные объемы информации. Цена его немалая, но того стоит. В нем набита ограниченная секретными кодами и системами самоуничтожения такая информация, что многие большие чиновники и финансовые воротилы черту душу бы продали, чтобы иметь возможность проникнуть в мои банки данных.