Олимпийский спецназ - Александр Тамоников

– Нет! Проверка на носу, надо с документами поработать.

– Эх, сынок, а я вот чувствую, опасность около тебя вьется. Что-то страшное совсем близко.

Лушин попытался успокоить мать:

– Ну что ты, родная? Нет никакой опасности. Служба мирная, война закончилась. Люди села и города отстраивают!

– Конечно, а по телевизору каждый день террористов показывают. То они мэра какого-то убили, то милиционеров, то подорвали себя во время штурма. И все это происходит там, где служишь ты.

– Мам! Бандитов и у нас в городе хватает. Тоже каждый день то убийство, то изнасилование, то грабеж. Везде сейчас неспокойно. Так что будь осторожна.

– Когда ты приедешь? Сил нет, хочу увидеть тебя!

– Отпуск вообще-то зимой! Сразу после Нового года. Время летит быстро, скоро встретимся.

– Об этом и молю бога!

В трубке послышались посторонние звуки. Дома у Лушиных сейчас, кроме матери, никого быть не могло.

Андрей спросил:

– А кто это рядом с тобой разговаривает, мам?

– Эх, не хотела тебе говорить, да придется, сам услышал. Это медсестра, Андрюш!

– Медсестра? Ты вызвала «Скорую помощь»? Что с тобой?

– Я в больнице, сынок. Сердце прихватило. Вышла вечером погулять, а сама все о тебе думаю. И вдруг провалилась куда-то. Очнулась в больнице. Сейчас лучше стало, упросила медсестру Оленьку разрешить позвонить тебе. Она добрая, разрешила.

– Ну а сердце-то как? Что с ним?

– Просто приступ! Ты не волнуйся. Отлежусь в больнице, поправлю здоровье и домой вернусь.

– Кто же за тобой будет ухаживать?

– Много ли мне, Андрюша, надо? Того, что здесь дают, достаточно!

– Послушай, мам, передай, пожалуйста, трубку медсестре!

– Хорошо!

Лушин услышал в динамике молодой, приятный голос:

– Да? Здравствуйте!

– Здравствуйте, Оля! Скажите, мама поправится?

– Конечно! В это надо всегда верить!

– Понимаете, ее даже навестить в городе некому. Не то чтобы принести фрукты, лекарства, одежду какую. Вы не смогли бы сделать это?

– Извините, я не так много получаю, но что смогу, сделаю.

– Деньги завтра же вышлю вам. Назовите адрес, куда и какую сумму переслать?

Медсестра назвала адрес:

– А денег пришлите, сколько сможете. Все, что останется, верну.

– Спасибо вам, Оля!

– Да не за что!

Она передала трубку матери.

– Ну вот, мам, Оля присмотрит за тобой. Принесет, что надо. Деньги завтра вышлю!

– Ты о себе, сынок, думай! Я-то жизнь худо-бедно, но прожила, а вот тебе... надо жить. Слышишь?

– Да, конечно! Все будет нормально, мам.

– Ну, до свидания, сынок! Береги себя!

– Это ты береги себя! До свидания!

Лушин отключил телефон, бросил его на кровать:

– Черт! Этого еще не хватало. Придется после командировки выбивать отпуск. С зампотехом разберемся позже. Таких придурков много, а вот мать одна. А не отпустят, сам уеду. Пошло оно все на хер! Но комбат отпустит! Кадацкий мужик строгий, но с понятием! Эх, служба, служба, и до матери добралась. Ведь она попала в больницу из-за того, что постоянно переживает за сына. Хотя сыну уже 29 лет. Но сердцу матери не прикажешь. Вот и дало сердечко сбой. Хорошо, что еще обошлось. Надолго ли? Да, надо ехать домой. После этой командировки.

В 3.10 в отсек зашел Титов, козырнул:

– Товарищ капитан, ваше приказание выполнено. Позиция для установки БМП контроля восточного направления подходов к блокпосту подготовлена и замаскирована. Можно прямо сейчас загонять боевую машину в капонир!

– У тебя все?

– Пожрать бы, командир, что-то я проголодался. Да и граммов сто спиртику пропустить не мешало бы.

– Тушенку и хлеб возьми в тумбочке, а насчет спиртного чтобы я больше от тебя ни посту ни слова не слышал. Как понял меня, Валера?

– Понял, капитан! Очень даже хорошо понял!

Перекусив, Титов спросил:

– Что делать дальше?

– Иди, отдыхай! Подъем, как обычно, в 6.00!

– В шесть так в шесть! Спокойной ночи!

– Давай!

Через два часа, в 5.15 вернулась саперная группа. Сержант Иванюк доложил о выполнении приказа, передал на подпись новый формуляр. Лушин подписал документ, сказав:

– Бумагу в штаб не передавать!

– Так ведь положено, товарищ капитан! А если кто из наших налетит на мины, используя старую схему?

– Наши по ущелью, нашпигованному минами, шарахаться не станут.

– Так с меня все равно спросят, если узнают!

– Спросят, скажешь, формуляр забрал я, для передачи в штаб! Вопросы?

– Никак нет!

– Когда минировали проходы, ничего подозрительного в ущелье не заметили?

– Нет! Да и не до этого было.

– Ясно! Все, группе отдых до завтрака! Свободен!

– Есть!

Отпустив сержанта, капитан сбросил с себя камуфляж. Теперь можно и ему отдохнуть.

С утра следующего дня в 9.00 перед строем поста капитан попросил связиста соединить его со штабом батальона. Ответил дежурный по части:

– Капитан Борисов, слушаю!

– Это Лушин! Привет, Толик!

– Здорово. Как дела на объекте?

– Нормально! Ты вот что, скажи, начфин у себя?

– Да видел недавно в коридоре!

– Толь, пошли бойца, пригласить его к станции. Разговор у меня к банкиру.

– Без вопросов!

Вскоре Лушин услышал хрипловатый, но молодой голос начальника финансовой службы батальона старшего лейтенанта Воронова:

– На связи! Привет, дуэлянт!

– И ты туда же? Привет!

– Какие проблемы, Андрей?

– У меня, Илюша, мать в больницу попала. Надо денег в Переслав переслать. Сделаешь?

– Сделаю! Называй сумму и адрес!

Лушин назвал.

Начфин ответил:

– Сегодня же экспресс-переводом отправлю.

– Не забудь!

– Когда я что забывал? Даже в дугу трезвый?

– Это точно! Спасибо, Илюх!

– Не за что! Как на посту? Спокойно?

– Спокойно!

– Ну и хорошо. А у нас взвод Агранина на повышенную боеготовность перевели! Не знаешь, почему?