Мы не мафия, мы хуже - Борис Бабкин

— Не знаю, — честно ответил Виктор. — Я ведь тебя и не знал совсем. Помню, как ты за меня заступался. В общем, не знаю, — повторил он. — Если бы узнал, что тебя милиция за убийство разыскивает, наверное, даже сообщил бы о тебе.

— Нормалек. Вот это братан, — усмехнулся Атаман. — Но все равно спасибо за правду.

Посмотрев на него, Виктор нахмурился.

— Что делать будем?

— Ты задолбал своим «что»! — вспылил Степан. — Сейчас главное — разобраться с теми, кто на вас наезжает. С их стороны есть жмуры, поэтому…

— Кто есть? — не понял Виктор.

— Трупы. И поэтому нужно делать дырку в черепе их главшпану. Тогда все утихнет. Можно, конечно, выплатить неустойку, но дашь раз — постоянно нырять будут. У ментов на вас нет ничего. Правда, сейчас они Ритку пытают. Ну, стараются подловить ее на словах, — заметив, как встрепенулся брат, добавил он.

— Если она ничего лишнего не вякнет, все будет путем. Так что выйдем на воротилу местного…

— Как мы на него выйдем?

— У нас есть адресок Бугая, — усмехнулся Атаман. — Если тот звонил насчет вас, значит, он с ними повязан. Вот он нам все и скажет.

— Ты Бугая не знаешь, — усмехнулся Виктор. — Его не зря Костоломом прозвали. Там такой…

— Видел я и блатней, — пренебрежительно бросил Атаман. —Все выложит, как грешник на исповеди.

— Значит, думаешь, с Ритой все будет нормально? — спросил Виктор.

— Ну, нервы ей потреплют, это точно, но она не дубоголо-вая и лишнего говорить не станет. А так вы как потерпевшие проходите. И вот еще что: если Какая война с ментами — не влазь, даже если меня запинывать будут. У тебя жена и сыновья. — Он вздохнул. — Ты им нужен. Если менты хапнут, вали все на меня. Мол, ей угрожал «дурой», ну, пистолетом, — поправился он, — чуть не убил. Мол, ты нужен был как шофер. И какой-нибудь жути подбрось, какая я псина. Иначе по делу поедешь — и все, суши весла. Кто раз в тюрягу занырнет, выбираться на пляж где загорают, не получается. И не надо ля-ля. — Увидев, брат хочет что-то сказать, он недовольно опередил его:

— Я двою судьбинушку выбрал и знаю, чего стою и куда плыву. У тебя другой расклад. А сейчас давай пожуем. Что-то мы взяли у того коновала, мать его, козла, — сплюнул он. Опомнившись, взглянул на брата. — А женушку коновала ведь ты грохнул, — уверенно проговорил он. — Ты Ритку спасал.

— Ты ей не скажи, — вздохнул Виктор, — я и то как-то…

— Открывай консервы, — перебил его Степан, — надо трохи подзаправиться.

— Добрый день, — почтительно проговорил Кардинал.

— Здравствуйте, — улыбнулась вошедшая Мила. — Я могу видеть Игоря?

— Он уехал по делам, — опередила открывшего рот Эдуарда вошедшая в комнату Алиса.

— Вот ты где. — Шагнув вперед. Мила ударила Алису по щеке. — Стерва! — Ты понимаешь, куда…

Ответная пощечина не дала ей договорить. Мила, поддернув юбку, пнула Алису в живот. Та отскочила и снова бросилась вперед. Мила блокировала удар.

Лев вскочил и, желая остановить женщин, бросился к ним. Эдуард поймал его за руку. Остановившись, тот недоуменно взглянул на него.

— Осади, — бросил Кардинал.

Женщины, кружа, наносили и успешно отбивали удары. Заглянувшая в дверь Раиса, на мгновение остановившись, бросилась на помощь подруге.

— Держи ее, — кивнул на нее Кардинал и встал между Алисой и Милой. — Я умоляю вас, дамы, — улыбнулся он, — не надо заходить столь далеко. Это приятное зрелище — поединок Двух красивых сильных женщин, но, когда он переходит границы, становится скучно. Женская драка — это для баб из подвалов. Вы же… — Не выдержав, рассмеялся.

— Я тебя убью, — не сводя горящих ненавистью глаз с Алисы, бросила Мила.

Тряхнув головой, та вызывающе бросила:

— Отойди, Эдуард. Сейчас мы…

— Знай свое место, стерва! — взглянув на нее, заорал он. — Она жена Игоря. А ты просто работаешь у него. Вам тоже не стоит вести себя подобным образом, — повернулся он к Миле. — Ревновать мужа к женщине, которая работает под его началом, — Привилегия посудомоек и уличных торговок. Не уподобляйтесь им.

Разъяренная Алиса выскочила из комнаты. Раиса бросилась за ней.

— Извините, — улыбнулась Мила. — У меня с этой гадиной старые счеты. Извините. Увидела ее — и не смогла сдержаться. Вы и есть тот знаменитый Кардинал? — Она внимательно посмотрела ему в глаза. — Рада видеть вас. — Она протянула руку. — Мила Анатольевна.

— Эдуард. — Кардинал поцеловал ее руку. — Но ради Бога давайте не будем старить друг друга, величая по имени-отчеству, — улыбаясь попросил он. — Зовите меня просто Эдуард.

— Хорошо. И давай на ты.

— Она уехала, — сообщил подошедший к окну Лев.

— Тебе, по-моему, тоже пора, — взглянул на него Эдуард.

— Ох да, я и забыл.

— Поедешь на машине, — спросил Кардинал, — или самолетом?

— Машина, — улыбнулся Лев. — Боюсь летать с детства. Рожденный ездить летать не может.

— Ну, стерва, — зло прошептала вцепившаяся в руль «девяносто девятой» Алиса. — Твое счастье, гадина, что помешали. Я бы тебя… — Переключив скорость, грубо выругалась.

— Как провели время? — спросила Екатерина одетую в камуфляж Светлану.

— Прекрасно, — улыбнулась та.

— Знаешь, — с завистью сказала рыжая, — правильно говорят — с кем поведешься, от того и наберешься. Ты с ним всего два раза встретилась, а уже и говоришь по-другому. И глаза веселые.

— Потому что мне с ним действительно хорошо. И не только из-за подарков или денег. Как с человеком. Я чувствую…

— Как он в постели? — перебила подруга.

— Самое то, — натягивая маску, ответила Светлана.

— Значит, придется заняться им вплотную.

— Знаешь, подруженька, все знают, что Пряхин бабник. Мне плевать на это. Если ты с ним переспишь так, чтоб я не знала, ради Бога. Но если узнаю, я тебе рожу расшибу. Поняла?

— Ну, это мы посмотрим, кто кому. Был бы он свободен, я бы тебя поняла, но он женат, есть ребенок. Так что здесь у нас равные права. Мы обе будем шлюхами, которые затащили к себе в постель женатого мужика.

— Я тебя предупредила. — Светлана хлопнула дубинкой по ладони. — Дело твое. Я свое не отдам. — Она быстро вышла.

— Посмотрим, — прошептала Екатерина.

Ангелина подошла к двери, за которой слышались глухие удары, и припала к глазку. По пояс голый Федор наносил быстрые сильные удары попеременно обеими руками по центовому мешку. Довольно улыбнувшись, она повернулась к стоявшим рядом двум парням.

— Как он? —Восстановился после камеры очень быстро, — ответил первый. А ведь уже все-таки не мальчик.