Тени прошлого. Восставшие - Александр Тамоников

– Вполне. Моя цена за указанные тобой безделушки пять тысяч. Надеюсь, ты понимаешь, в какой валюте?

Дугани изобразил изумление:

– Сколько? Пять тысяч? То ты говорил, как избавиться от товара, который давно не можешь сбыть, и готов был просто отдать его, а то заламываешь пять тысяч. Это не дело, Байрам. Поищи другого покупателя и меня больше не доставай.

– Постой, постой, Фади, извини, погорячился, но согласись, запрошенная мной цена просто мизер реальной стоимости даже с учетом амортизации.

– Так и говорю, поищи другого покупателя.

Чайханщик вздохнул:

– Хоп. Сколько предложишь ты?

Дугани взглянул на Файдара.

Тот показал палец.

– Одну тысячу, и за трубку с насадкой, и за мухобойку.

– Хоп! В конце концов безопасность стоит дороже.

– Правильные слова, Байрам, гораздо дороже.

– Когда проведем сделку?

– Завтра, ты все подготовь, чтобы можно было посмотреть товар, послезавтра в четверг вечером, как стемнеет, я привезу к тебе покупателя.

– Нет, Фади, я отдам товар лично тебе без свидетелей. А ты уж передай его кому хочешь.

– Но тогда ты должен заплатить мне за посредничество.

– Зачем так говоришь? Ведь мы друзья?

– Поэтому много не возьму, всего двести. Ты же получишь восемьсот и обретешь такой дорогой покой.

– Ты грабишь меня.

– Я помогаю тебе.

– Хоп! Пусть будет по-твоему, но ты гарантируешь конфиденциальность сделки?

– По-твоему, у меня острое желание попасть в переплет? Ведь виноват буду я.

– Я тоже!

– Ты отдашь товар, и все, а мне его везти к покупателю через весь город, и это перед комендантским часом.

– Все, Фади, договорились. В четверг, как стемнеет. Подъезжай с улочки, где задняя калитка.

– Договорились. Смотри не обмани.

– Мне это нужней, чем тебе, а то последнее время сосед-полицейский как-то косо на меня смотрит.

– Это нервы. В четверг ты обретешь покой, и ни один полицейский не будет тебе страшен.

– Хорошо бы.

– До четверга, Байрам.

– Да хранит тебя Всевышний.

Дугани отключил телефон, взглянул на Файдара:

– Ну что, капитан, половина дела сделана?

– А зачем ты заказал еще и СВД?

– Ты один не сможешь провернуть дело. Тебя надо подстраховать. Поэтому я поеду с тобой, когда ты решишь провести акцию. Если, конечно, мой старый друг не против. Он посмотрел на Павари.

Тот сказал:

– Я бы тоже пошел с вами, но надо быть дома или в магазине, чтобы обеспечить алиби Драге.

– Значит, ты не против? – спросил сержант.

– Нет.

Файдар проговорил:

– Так, с комплексом, будем считать, договорились, и он у нас будет, теперь надо выбрать позицию гарантированного поражения самолета с учетом того, что второй бомбардировщик может накрыть сектор обстрела.

Павар усмехнулся:

– Сейчас ты рассуждаешь как советский летчик. Это наши бы при подстреле напарника обязательно попытались уничтожить стрелка. Американцы же отваливают в сторону. Ведь им не будет известно, одна ракета у стрелявших или полный комплект. Так что второй экипаж рисковать не станет, сразу же ломанется на базу.

– Может быть, и так. Даже, скорее всего, так, тогда надо определить позицию и просчитать время, когда американцы будут в зоне обстрела.

– А еще надо отработать путь отхода.

– И это тоже.

В разговор вступил Дугани. Он спросил у Файдара:

– Тебе, кстати, приходилось бывать в Чаране?

– Странный вопрос, ведь из Кундара в Кабул можно попасть только по трассе Кабул – Газни, а выезд на нее в Чаране.

– Превосходно. А ты видел, что за местность за Чараном? Я имею в виду западную и южную части?

– По-моему, за селением на западе лес, а южнее плато.

– Точно. Где-то в километре западнее Чарана «зеленка», а южнее плато, но плато, сплошь изрезанное оврагами, там есть один, как ущелье, глубокий, широкий, густо заросший растительностью. И выходит он тоже где-то в километре южнее Чарана к самой трассе. Раньше, год назад, там можно было проехать. У меня сосед туда на охоту ездил. Рассказывал о дороге, по которой можно попасть в «зеленку», ну а значит, и выехать из нее.

– Почему ты упоминаешь «зеленку»? – спросил Павар.

– Потому что как раз над ней проходят самолеты американцев после обхода Кабула и отворота на восток. Это я сам видел.

– И всюду ты успеваешь.

– Работа такая. Как у нас говорили: хочешь жить, умей вертеться. По-вашему, я в Кабуле нахожу для магазина дешевые продукты и старинные вещи?

Файдар прекратил перепалку:

– Стоп, мужики. Хорош базарить. Значит, «зеленка», Драга?

– Так точно, товарищ капитан, – улыбаясь, ответил Дугани.

– Хорошо. Здесь мне делать больше нечего, поеду домой, по пути заеду в «зеленку». Ну не совсем по пути, хотя от трассы и нашим полем в виноградники есть грунтовка, правда она лежит на открытой местности. В общем, посмотрю все, определюсь. Завтра понаблюдаю за воздушным патрулем. Завтра же у меня поминки третьего дня. А в четверг с утра позвоню. Договоримся, когда и где встретимся, – эти слова относились к Дугани.

Тот сидел задумчивым.

Павар толкнул его:

– О чем задумался, сержант?

– Думаю, что капитану на своей тачке светиться в районе Чарана не стоит. На трассе проходит много машин, могут и заметить приметный пикап и даже номера. А это, сами понимаете, провал. За сбитый самолет американцы перевернут весь район.

– Его еще сбить надо. Но продолжай, – сказал Павар.

– Надо капитану подогнать другую тачку. Подержанную, само собой, лучше старую, с реставрации. В общем, левую.

– Где ее взять? – спросил Файдар.

– Да где взять, найдем. В городе целый рынок таких машин. Вопрос, как и куда поставить ее, чтобы использовать на коротком отрезке и сжечь к чертовой матери, сбив американских псов со следа.

Павар кивнул:

– Верно мыслишь, сержант, вот и займись этим.

– Но тогда мы завтра не попадем на поминки.

Файдар сказал:

– Ничего, я не обижусь, помянуть мы всегда успеем. И поминать будет гораздо легче, зная, что невинные жертвы отомщены.

– Это так! Хоп, – сказал Дугани, – займусь. В четверг, думаю, все будет готово. Но не к утру, ближе к вечеру.