Закон оружия - Сергей Дышев

Весь день я бесцельно шатался по городу, пообедал в дорогом индийском ресторане, ходил по торговым рядам, покупая сувениры для коллег. Своему шефу я взял набор зажигалок и ремень из крокодила. Неожиданно в маленьком магазинчике я увидел Пат. Рядом с ней сидела пожилая женщина и что-то предлагала толстому европейцу. Она же отрешенно смотрела куда-то перед собой, будто пыталась что-то вспомнить. Я повернулся и поторопился уйти. Прощаясь – не возвращайся.

По скоростному автобану я пересек Бангкок, все тот же дымный, шумный, подчеркнуто чужой и крикливый город. В аэропорту мне пришлось повозиться, чтобы подтвердить свой вылет по билету. Дурацкая система обязывала сделать это за трое суток. Проще было купить новый билет. Оставалось – промучиться еще сутки. Чувство мести перегорело после того, как тело бывшего сержанта Советской армии и недавнего террориста Раззаева растворилось в водах Сиамского залива. Если месть не утихает, она сжигает человека, как огонь неизлечимой и жестокой лихорадки.

Остановился я в первом попавшемся отеле, наскоро принял душ и рухнул на скрипнувшую кровать.

Проснулся около двенадцати дня от стука в дверь. Молоденькая тайка попросила разрешения убраться. Я спустился вниз и снова попытался дозвониться в редакцию. Но опять никто не брал трубку. Возможно, изменились телефоны. Девушка-администратор сказала, что мной интересовались два господина. Они спрашивали, живу ли я здесь, на сколько дней поселился.

– Я сказала им, – заметила она, – что такие сведения о клиентах мы не сообщаем.

– Как они выглядели?

– Один из них – китаец с усиками, а второй похож на испанца или итальянца.

– Придут еще, скажите, что остановился на два дня. Это мои друзья.

Я заплатил еще на сутки вперед, забрал сумку и, осмотревшись, вышел через задний ход. Два такси поджидали клиентов. Я сел во второе. Водитель стал показывать на первую машину, поясняя, что у них свои правила. Я прикрикнул на него, сунул в нос сотню долларов.

– Куда? – спросил он покорно.

«А черт его знает, куда!» – подумал я и сказал первое, что пришло в голову:

– На крокодилов!.. Да-да, на эту дурацкую ферму, где стада двуногих идиотов любуются стадами тупых рептилий, – последнюю фразу я произнес практически мысленно из-за трудностей с переводом.

Конечно, я недооценивал местную (или кавказскую) мафию. Как говорится, я «обломил» им не меньше центнера отборного кайфа – кокаина. А вычислить в этом мои заслуги – труда не составит. Глянув по привычке в зеркальце, увидел крепкий «Форд»: он уже третий поворот следовал за нами. В нем сидели китаец, в котором я признал Лао, и смуглый, по лицу – кавказец.

– Видишь серебристый «Форд»? – спросил я у водителя. – Сейчас оттуда будут стрелять. Это бандиты из русско-китайской мафии.

Хозяин машины тут же позеленел и стал тормозить, видно, в надежде высадить меня на ближайшем углу.

Я тут же пресек эти попытки:

– Остановишься – твою дрянную машину тут же расстреляют!

Водитель страшно обиделся.

– Мой автомобиль очень хороший, и если господин добавит еще двадцать долларов, я покажу, у кого машина лучше, кто водит лучше и как надо уходить от погони! – все это он выпалил на одном дыхании.

Я пообещал – выбора не было.

Деньги делают чудо. Мой водитель раскраснелся, крепче взял руль, подался вперед и утопил акселератор. Он мотался по переулкам, где не так часто попадалась полиция, сурово штрафующая за превышение скорости, он упивался возможностью показать класс на своей старенькой «Тойоте», утереть нос самоуверенным пижонам в «Форде». Мы оторвались на три, потом на четыре машины, потом наши преследователи застряли на красном сигнале светофора и потерялись из виду.

– Мистеру нужно на крокодилью ферму? – спросил водитель.

– Давай! – после раздумья согласился я.

Но неудачи в лице знойных кавказцев и местных мафиози преследовали меня и там. Я воочию представлял, как злые силы, притопывая, двигались по кругу – в боевом ритуальном танце Зикр. Кольцо сжималось, и в центре его был я…

Шофер дожидался меня у входа, а я равнодушно глазел на уродов, которые ползали друг по другу и вызывали омерзение своей вонючей борьбой за место под солнцем. В этом они напоминали людей…

Тут меня и подстерегли трое, совершенно неизвестных. Фотографию мою, что ли, размножили? Вычислили они меня точно.

– Пойдем, поговорить надо! – предложил стриженый крепыш с тяжким взглядом и акцентом жителя гор.

Я осторожно столкнул его к крокодилам. Двое местных в ужасе отшатнулись. Это дало мне возможность сделать рывок.

В следующую минуту крокодилы с их проблемами были далеко позади.

Я понял, что мне не дадут улететь. И я отправился в полицию.

Худенькие ребята с быстрыми живыми глазами внимательно выслушали мою почти правдивую историю про то, как меня, журналиста, преследует русская мафия за мои разоблачительные статьи о наркобизнесе. Они тщательно изучили мой паспорт, звонили в посольство, потом в свое бюро Интерпола. Около часа мы ждали подтверждения о существовании моей личности. Наконец, мне сказали, будто поздравили:

– Да, вы действительно являетесь журналистом газеты «Chelovekk i zakon». Представитель Министерства внутренних дел России нам сказал, что это очень смелая газета и у нее сейчас трудное время.

Последним словам я не придал значения, адресуя все трудности только в свой адрес.

Наш самолет опоздал с вылетом на целый час – вещи пассажиров осматривали особо тщательно. На борт меня сопровождали пять полицейских – по просьбе сотрудников посольства. Окинув напоследок зал ожидания, я увидел Лао и двух черноволосых горцев, которые мрачно делали вид, что меня не замечают. Теперь им предстоит напряженная мыслительная работа, я посочувствовал. Пусть же останусь для них мистером Икс: то ли полицейским-спецназовцем, то ли диверсантом-налетчиком из нового мафиозного клана, неожиданно арестованным перед вылетом…

А мне хотелось увидеть милую хрупкую девушку по имени Пата, позвать ее за собой, зная, что она преданно пойдет за мной в страшную холодную страну, бросит родной берег вечного лета. И я бы призывно махнул рукой, она расцвела бы, бросилась за мной, пытаясь пробиться из-за длинных спин европейцев. А эскалатор с тихим гулом все увозил бы меня в глубь аэропорта, к трапу, а сзади все так же бы напирали полицейские…

Меня ждала Москва. Нам сказали, что в столице снегопад.

Я не знал еще, что в аэропорту Шереметьево-2 меня будет встречать милиция. Что тяжелое известие обрушится на меня буквально в первые же минуты на родной земле: от взрывного устройства, заложенного в редакции, погиб Сидоренко. И я буду долго выходить из тяжелой депрессии, коря себя за то, что стал косвенным виновником его гибели. А ребята из управления по борьбе с наркомафией и собровцы будут терпеливо ждать, пока я очухаюсь и возьму себя в руки.