Школа смертников - Альберт Байкалов

Они вернулись к дверям гаража. Родимов открыл коробку и вынул оттуда металлический предмет, отдаленно напоминающий обыкновенный шприц, только с очень толстой иглой.

– На, тренируйся.

– Насадки для плоских ключей есть? – вставляя наконечник устройства в замочную скважину, спросил Антон.

– Ты крути, крути, – усмехнулся Федор Павлович. – В Греции все есть. Как дела с муляжами?

– Забил их ПВВ.

– А если они их попытаются не газосваркой, а ножовкой по металлу вскрыть? – осторожно спросил Родимов, следя за тем, как Антон крутит маховичок, приводящий приспособление в действие. – Или от газосварки пластид не сдетонирует?

– В закрытом объеме ворвавшаяся внутрь струя в полторы тысячи градусов, да еще с частичками расплавленного металла, выполнит роль первоклассного детонатора. Я за это не волнуюсь. – Справившись с замком, Антон повернулся к генералу: – А пилить их все равно что гири.

Зазвонивший сотовый в кармане генеральской куртки прервал разговор.

– Да... Понял... Молодцы, – отключившись, он внимательно посмотрел на Антона.

– Вычислили?! – догадался тот.

– Маленковская, сорок два, квартира десять. Это в районе парка «Сокольники», – заметив, как Антон напрягся, пытаясь сообразить, где это, уточнил Федор Павлович. – Я дам тебе сотовый, номер которого не пробивается, потому как шерстить после такой шумихи будут по-страшному. Особенно тех, кто звонил накануне.

Антон и без подсказки генерала знал это, но промолчал.

* * *

Первыми в квартиру вошли Гуру и Лебедь. Регина была в комнате. Держа на коленях Сережку, она надевала ему носки.

Антон заметил из-за спины Лебедя, как она побледнела при виде своего воздыхателя. Одновременно он почувствовал стойкий запах недавно выкуренного «косяка».

«Ну вот, на ловца и зверь бежит», – радостно подумал он, уверенный в том, что ее караулит убийца Чекалина.

– Во! Явление Христа народу! – донеслось восклицание откуда-то из глубины комнаты. – Гуру и Лебедь нашлись! Вас зачем отправили?

– Тебе на усиление, – охрипшим голосом ответил Гуру.

Антон остался в прихожей. Прижавшись к стене, чтобы, не дай бог, его не заметили Регина и Сережка и не выдали неподконтрольными эмоциями присутствие в квартире еще одного человека, он весь превратился в слух.

– Ты здесь один? – послышался голос Лебедя.

– Нет, с телкой. Не видишь разве? – раздался противный голос. – А как вы дверь...

Ему не дали договорить. Раздался грохот и звук падающего на пол тела.

– Замри, сука! – рявкнул Гуру.

Послышался вскрик ничего не понимающей Регины.

Филиппов влетел в комнату. Гуру и Лебедь сидели вдвоем на парне, который когда-то следил за Антоном, а в день возвращения встречал вместе с Нигматулиным в Харькове самолет, и стягивали ему веревкой ноги и руки. Рядом валялся пистолет и перевернутый стул. То ли от удивления, то ли от веса двух здоровенных мужчин глаза лежащего на спине негодяя округлились, а рот был широко открыт.

Антон подскочил к Регине, присел перед ней на корточки. Потрепав сына по голове и чмокнув его в щеку, он спросил у жены:

– С тобой все в порядке?

Еще не веря в происходящее и прижимая к себе Сережку, она лишь закивала головой, глядя на Антона полными слез глазами.

Отправив семью в сопровождении Лебедя в машину, Антон встал напротив связанного по рукам и ногам парня. Сидя на стуле, тот испуганно озирался.

– Гуру, братан, да ты что?

– Кто тебе приказал убить Чекалина? – зло спросил Антон.

– Никого я не убивал!

– Колись, Травка, – вздохнул Гуру. – Все равно ведь скажешь, только в адских муках.

– Вы меня замочите? – В глазах Травки появился страх.

– Обязательно, – кивнул Антон. – Только как ты будешь в ад отправляться, зависит от твоей разговорчивости. А так, глядишь, перед смертью пару «косяков» разрешу забить. Все легче будет.

Тем временем Гуру сходил на кухню и принес оттуда металлический молоток для отбивных, разделочную доску и пакет молотого красного перца.

– Зачем? – Глаза Травки забегали.

– Прелюдия будет. – Гуру положил все на пол рядом со стулом и, схватив перепуганного бандита за шиворот, вновь бросил его на пол. – Для начала разомнемся и подробим тебе фаланги пальчиков.

Когда дело дошло до скотча на рот, Травка быстро заговорил:

– Белый велел его мочить. – По лицу бандита потекли слезы. – Пойми! Я не мог отказаться!

– Не гони пургу, Травка! – Гуру с решительным видом схватил его своей лапищей за связанные запястья и, прижав к доске, со снайперской точностью ахнул в аккурат по первой фаланге мизинца.

Взвыв, Травка вырвался и принялся кататься по полу.

– Напоминаю тебе, урод, осталось еще двадцать семь суставов. – Гуру повернулся к Антону. Его глаза возбужденно блестели – Гонит, гад! Он тогда на Ковыряло работал.

– На кого? – не понял Антон.

– На Подковыркина. Вроде порученца у него был.

– Я все скажу, – выдавил из себя Травка.

Спустя полчаса, достав из кармана негодяя серебряный портсигар и зажигалку, Антон усадил его рядом с журнальным столиком, на котором стояла пепельница.

– Руки развяжите!

– Зачем? – удивился Гуру. – Ты и так сможешь.

Они прошли с Антоном на кухню для обсуждения дальнейших планов. Как поведал Травка, увезя на конспиративную квартиру Регину, Белый собрал внутри своего дома и во дворе больше полусотни отморозков, уверенный в ночном визите Антона.

– Поступим следующим образом, – заговорил Антон. – Перед тем как грохнуть Травку, нужно, чтобы он позвонил Белому и рассказал о случившемся. Тот решит, что его кинули, и вся эта орава бросится на наши поиски.

– Хорошо, – соглашаясь с ним, кивнул головой Гуру, – только я не понимаю, зачем тебе в его дом попасть нужно?

Антон на секунду задумался, одновременно почувствовав, как нос защекотал специфический запах папирос Травки.

– Понимаешь, – он встал из-за стола и подошел к окну, – пока Белый и Подковыркин живы, ни я, ни ты с Лебедем не будем чувствовать себя в безопасности.

– Во дает! – неожиданно усмехнувшись, перебил его Гуру, который тоже почувствовал запах дыма. – Ему рот заклей, он жопой обдолбится. А ты не боишься, что Белый по интонации этого наркоши заподозрит нашу заподлянку? Возникнет масса вопросов. Почему, например, Травка говорит по телефону, а не лежит с перерезанным горлом?

– Ты предлагаешь отпустить его? – глядя в окно на освещенную фонарями дорожку вдоль дома, спросил Антон.