Цель - все, смерть - ничто - Борис Бабкин

– Нет.

– Выкуп – не стиль Аллигатора. Значит, что-то другое. Аллигатор никогда ничего просто так не делает. Впрочем, это уже не важно. Надеюсь, вы с нами? – взглянул он на Гарри.

– Да.

– Любой из вас, – обратился к своим подчиненным Любьеж, – может не принимать участия в этой операции. Я ничего…

– Идем все, – не дал договорить ему капрал.

– Далеко до этого крокодила? – спросил Хайле.

– Двое суток пути, – ответил Любьеж.

– Тогда вперед, – кивнул Кэмпбелл.

– Где мы? – спросил Гайдужу.

– Около Леса Волосатого Человека, – ответил мулат. – Здесь был лагерь бойцов нашего движения.

– Какое тут племя? – усаживаясь на камень, спросил Лашуаана.

– Постоянно в этих местах не живет никто, – ответил мулат. – Но считается, что это земли тропишиан. Вождя зовут Оавайна. С ним мы имели связи, и он нам помогал. Оавайна появился в этих местах недавно. Его отец был колдуном, а он стал вождем племени. Вполне цивилизованный, образованный человек. Есть сведения о его связи с борцами за ислам во всем мире.

– То есть с террористами, – усмехнулся Гайдужу. – Нам с ними не по пути.

– Не уверен, – усмехнулся Дошдеа. – Мы проиграли, это горькая правда. У нас был шанс, но мы упустили время и отдали инициативу власти. Однако отказываться от борьбы я и мои люди не намерены, мы будем взрывать, убивать, но все-таки добьемся своего и Сомали будет свободной…

– История человечества показывает, – перебил его Гайдужу, – что террором к власти не прийти. Да, у нас была возможность захватить власть. Но нас не поддержали племена. Ни относительно цивилизованные, ни дикие, каких в стране немало. Прибегать к насилию против населения – преступление, и я никогда на это не пойду.

– Тогда лучше явиться добровольно и сдаться властям, – усмехнулся Дошдеа. – Но я этого делать не стану. Я буду вести борьбу и умру или приду к власти.

– Знаешь, – помолчав, сказал Гайдужу, – в последнее время ты слишком много стал на себя брать. Получается, сначала ты хочешь захватить лидерство в нашем движении, а уж потом что-то делать…

– Да, – кивнул Дошдеа. – Мне надоело бездействие. Мы проиграли везде. Ты отказался принять помощь людей Черного Имама. А они хорошие воины и…

– Воины не берут в заложники детей, – раздраженно прервал его Гайдужу. – Не взрывают мечети и не направляют самолеты на…

– Но они что-то делают. И их боятся. С их помощью запросто можно захватить власть. И ради этого я готов на все.

– Мне очень жаль, что я проделал этот путь с тобой, – прошептал Гайдужу.

– Что? – не расслышал Дошдеа.

Приглушенно хлопнул пистолетный выстрел. Получив пулю в живот, Дошдеа, зажав рану, упал на колени. Гайдужу приставил пистолет к его лбу и нажал на курок. Охрана Гайдужу, окружив его, приготовила оружие.

– Его помощников уничтожить, – приказал Гайдужу.

– Есть, командир, – кивнул старший охраны.

На группу в десять человек, стоявших после выстрела Гайдужу в своего помощника отдельно, бросились вооруженные ножами и топорами люди. После короткой схватки десять обезглавленных трупов остались лежать на поляне.

– Пошли, – кивнул начальник охраны. – Эту падаль будут жрать гиены.

Хайле упал в траву. Остальные последовали его примеру. Все приготовились к бою.

– Это не дикари, – приглушенно проговорил капрал. – Выстрел из пистолета и, судя по звуку, через что-то. Скорее всего не жители леса, – повторил он.

Хайле кивнул Анхашину. Оба исчезли в кустах. Хурашуи бесшумно поднялся. Остальные лежали неподвижно. Затем, подчиняясь инстинкту военных, передвинулись, образовав круг. Метрах в десяти впереди раздался крик цесарки, он заставил всех подняться и медленно двинуться вперед. К ним тут же присоединился Хурашуи. Выйдя на поляну, они увидели обезглавленные человеческие тела.

– Четверым живым отрубили, – тихо сказал Хайле. – Остальным мертвым отсекали.

– Кто их? – спросил Гарри.

– Там еще один, – подошел Хурашуи. – Это в него стреляли два раза. Раз в живот, второй в лоб. Пороховой ожог на коже, значит, в упор били.

– Это один из командиров повстанцев, – проговорил узнавший убитого Любьеж. – По сути, экстремист – Дошдеа. Он шел с Гайдужу, руководителем организации «Пламя Свободы». Значит, Гайдужу убил первого помощника и преданных ему людей. Они впереди нас минут на двадцать.

– Странно, – пробормотал Гарри.

– А чего и кого им тут бояться? – пожал плечами Любьеж. – Сейчас в этих местах, пожалуй, самая боеспособная сила у Гайдужу. С ним, по самым скромным подсчетам, около ста человек. Все прекрасно подготовлены и вооружены. Гайдужу не авантюрист и никогда не прибегал к ненужному и неоправданному насилию. Это признает и сам президент Сомали. Тем не менее противостояние унесло немало человеческих жизней, и даже ООН вынуждена была прислать сюда контингент голубых касок. Но они помогли избежать большого кровопролития только в центре. В отдалении от столицы объявились самозваные президенты и даже один король. – Он усмехнулся. – Но тут надо отдать должное повстанцам, они сами где могли не допустили безвластья. С воинами Гайдужу я сталкивался два раза. Они пытались захватить мост. Воюют плохо. Кстати, – он посмотрел на Гарри и Евгения, – есть информация, что Гайдужу предлагали помощь люди «Аль-Каиды», но он отказался. Я не берусь утверждать, что это правда, но такие сведения поступали из оперативных источников. Конечно, не исключено, что Гайдужу просто хотел показать мировому сообществу, что он…

– Черт с ними, – перебил его Гарри, – с местными политиками. Нам надо найти Аллигатора и вытащить русских врачей, если они у него. Или просто захватить его и, прежде чем выбить мозги, выяснить…

– У Аллигатора около ста пятидесяти наемников, – перебил его капитан. – Просто так к нему…

– Кто не хочет, – отрезал Гарри, – тот может не идти!

– Зачем ты так? – вмешался Марковский. – Пьер сказал…

– Извини, – кивнул капитану Кэмпбелл. – Просто надо идти и вытаскивать женщин.

– Тронулись, – сказал Хайле.

Мыс Рас-Хафун

– Я отправил Исмаила с его группой, – доложил Черному Имаму мускулистый лысый бородач. – Вместе…

– Правильно сделал, – перебил Имам. – Хотя почему не поехал Бахор?

– Есть сообщение. – Мускулистый протянул ему листок.

Имам прочитал.

– Значит, Марк, – прошептал он. – Он испытывает мое терпение. Думает, я буду в восторге от головы Хакима. Хотя Арсеку она, конечно, доставит некоторое удовольствие. Он знает об этом?

– Да, Имам, – ответил бородач.

– Я не хочу видеть кафира. Отдай его вместе с головой Хакима Бахору. И пусть делает с ним все, что захочет.