Цель - все, смерть - ничто - Борис Бабкин

– Вы забыли, Посланник Ваххаба, что люди Черного Имама дважды пытались уничтожить вас, – сказал Хаким, – что его верный пес Арсан убил моего брата. А вы хотите…

Негромко хлопнул пистолетный выстрел. Двое телохранителей Хасана, выхватив пистолеты, закрыли его собой.

– Голова Хакима будет лучшим доказательством вашего доброжелательства, – вынув из кармана пистолет и поковырявшись в оставленной пулей дырке, усмехнулся Марк. – Придется покупать новые штаны.

– Ты бы одевался полностью, – усмехнулся, отстранив телохранителей, Хасан, – а то мои люди недовольны твоим…

– Я не мусульманин, – спокойно перебил его Марк, – но делаю многое за ваших воинов. И делаю очень хорошо. Я не скрываю, что работаю на вас за деньги. Но вас устраивает мое отношение к делу, а меня не устраивает мнение ваших людей относительно моего внешнего вида. Я ношу то, что хочу. Отрежьте голову Хакима и сделайте так, чтоб она сохранилась трое суток. Я отвезу ее Черному Имаму. И прикажите вашим людям пропустить посланцев Имама к алмазным копям.

– Мои люди ни при чем, – сказал Хасан. – В том районе никого из моих нет. Я говорю про Гароуэ. Именно там пропали люди Имама. Я сам обеспокоен этим и проведу свое расследование.

«Значит, у тебя есть люди в стане Имама, – подумал Марк, – иначе ты не смог бы назвать место, где пропали посланцы Имама».

Сомали

– Встаньте все! – поднимаясь и вскинув над головой руки с автоматом, крикнул Хайле. Остальные неохотно поднялись.

– Может, лучше положим их, – пробормотал капрал, – а то сейчас сделают нас похожими на ежей, а мне это совсем не нравится.

– Разговоры! – прикрикнул на него капитан.

– Лично мне это тоже не нравится, – по-русски проговорил поднимавший над головой руки с оружием Евгений.

– Мы бы уже были мертвыми, – услышал он тихий голос Хурашуи. Евгений, скосив глаза влево, потом вправо, покачал головой. – Их сзади не меньше, – вздохнул Хурашуи.

– Медленно наклонясь, положите оружие, – требовательно заговорил Хайле, – и коснитесь ладонями земли. Медленно распрямитесь и, сложив ладони, поклонитесь.

– Да чтоб это делать, – усмехнулся Гарри, – надо иметь неплохую физическую подготовку.

– Слабые тут не ходят, – отозвался Хайле.

Все сделали так, как говорил он.

– Надеюсь, если нас будут убивать, то сразу, – пробурчал Евгений.

Позади раздался отрывистый выкрик.

– Можете опустить руки, – сказал Хайле. – Пагмаа приняли нас за добрых людей.

– Это они тебе знаками пояснили? – опуская руки, поинтересовался Любьеж.

– Медленно идите за мной, – шагнув вперед, проговорил Хайле. – Не спешите.

– А оружие? – спросил Гарри.

– Нам его принесут, – ответил Хайле.

– Верится с трудом, – негромко сказал кто-то из легионеров.

– Куда идем? – спросил Марковский.

– В деревню, – кивнул вперед Хайле. – Пагмаа не водят к себе тех, кого хотят убить. А мы идем. Сейчас остановимся у реки, и нам покажут, где и как переходить, чтоб не попасть в зубы крокодилам.

– А мы сможем их понять? – недовольно спросил Гарри.

– Я пойму, – кивнул Хайле.

– Какого черта они в нас целятся? – покосившись вправо на идущих африканцев с луками, спросил Любьеж.

– Если бы хотели убить, – проговорил Хурашуи, – уже убили бы. Пагмаа вообще-то не воинственное племя, но мне их прием не нравится.

– И сделать что-то уже поздно, – процедил Евгений.

Выйдя из-за деревьев, они увидели мутную воду неширокой реки. На другом берегу виднелись хижины довольно большой деревни. Около них стояла толпа женщин и детей. Через реку поплыли три большие пироги.

– Теперь и мне кажется, что все обойдется, – сказал Евгений.

На берегу застучал барабан. К нему присоединился еще один. Затем по очереди стали раздаваться ритмичные удары двух барабанов.

– Созывают народ, – пояснил Хайле. – Я был здесь полгода назад, у родственного им племени, и поэтому кое-что понимаю.

– А нас с этих лодок в воду не скинут? – спросил Евгений.

– Нет, – усмехнулся Хайле.

* * *

Множество людей с лопатами нагружали землю в повозки, которые вывозили наверх по тропинке. В котловане десять на десять метров непрерывно шла работа. Вокруг котлована ходили вооруженные люди и наблюдали за работающими внизу землекопами. Особенно внимательно смотрели на скованных цепями нескольких человек. Скованные работали отдельно от остальных, судя по виду – жителей окрестных деревень. Люди с тачками отвозили и сбрасывали землю в сухое русло реки.

– Как дела? – спросил подошедший к стоявшему на камне Мексиканцу Адмус.

– Да все нормально. Хотя, если честно, надоело мне это. Что-то все чаще вспоминаю, как работал на каторге.

– Забудь, – усмехнулся Адмус. – Слышал вчера, что Смит говорил: скоро все разбогатеем. И скорее всего с арабами будет крутой разговор.

– Да из-за этого я и остался. Хотел получить расчет и свалить. Тем более что документы вроде как новые дадут. Не для меня все эти охранные мероприятия. К тому же что-то поднадоело мне в этой Африке. В Европу хочу. А ты не устал здесь?

– Я тут пробуду еще полгода. Накоплю денег и уеду к себе в Швецию. Куплю дом где-нибудь в сельской местности, перевезу жену и детей, их у меня двое, сыну двенадцать, дочери восемь лет. И все, больше никаких войн и наймов. Буду разводить коров, коз и кроликов. В пруду выращивать рыбу. И через год буду богат. Я давно мечтаю об этом, но никак не мог набрать денег. А сейчас все получится. Родители мои умерли два года назад, когда я воевал с курдами в Ираке. На похороны денег выслал. Сын мне написал: папа, приезжай скорее. Я поговорил со Смитом. Он сказал, что через полгода я получу около трехсот тысяч евро. Этого более чем достаточно. За это я буду делать все, что он скажет. Если понадобится – убивать. Кстати, арабов с великим удовольствием. Осталось полгода, и…

– Ты веришь Смиту? – перебил его Рикардо.

– Да. Меня он ни разу не обманывал. Я с ним уже полтора года.

– А я не верю ему. Я перестал верить всем в Лондоне, когда набирали на войну в Ираке, обещали хорошие бабки, а на деле пришлось воевать за Хусейна. К тому времени его уже взяли, а мы должны были партизанить.

– Такое случается сплошь и рядом, – засмеялся Адмус. – Штатники сами вырастили этого бен Ладена. Тогда они поставили его против СССР в Афгане. Он научился воевать, деньги имеет и создал «Аль-Каиду». Кстати, переводится это название как «база». База для воинов Аллаха или что-то вроде этого. Я тоже с этой вербовкой попал впросак. Нанимали бывших морпехов в охрану к одному египетскому миллионеру. Надо было уметь драться, стрелять и водить машину. Оплата приличная, десять тысяч долларов в месяц. Ну и клюнули мы трое. Оказалось, тот египтянин террорист и его разыскивает Интерпол. Вот так. Хорошо, что я вовремя одумался и уехал со Смитом. Мы в Сомали приехали вроде как за правительство воевать. А тут смотрим – анархия полная. Смит собрал народ и начал свою политику вести. То правительству поможем, то повстанцам. Кто больше заплатит. В боевых действиях участия не принимали. Правда, отдельные стычки и с теми и с другими были. Потом уехали в Ирак. Неделю там штатников на дорогах рвали. И снова сюда. Смит нашел какие-то записи профессора и загорелся. Черный Имам ему и деньжат подбросил, и с дикарями свел. Они же оба, и Отундо, Бешеный Лев, и Оавайна, Карлик, «Аль-Каиде» помогали. Карлик в Саудовской Аравии вроде посольство США подрывал. И англичан тоже. Потом сюда смылся. Он же в розыске. Да и баба Смита, – Адмус усмехнулся, – та еще тварь. Видно, тоже немало наследила. И Королевская Кобра Бешеного Льва тоже настоящая змея. Я все думал – какого дьявола, они тут сидят? А когда узнал случайно, кто есть кто, понял – здесь самое то, никто не найдет.