Снайпер Шайтан - Любовь Рябикина

Стаценко покачал головой:

— Я не могу взять в толк, почему ты сам пошел убить меня, а не отправил кого-то из своих людей?

Боевик возразил:

— Не собирался я тебя убивать! Мне надо было выманить Шайтана из лагеря. Когда стреляет чеченский снайпер, она реагирует очень быстро, я заметил. По моим планам, я должен был успеть добежать до отряда. Он прячется чуть выше, а потом мы бы окружили и схватили Шайтана. И заставили вас завтра согласиться с нашими условиями в обмен на женщину. Но я не успел!

— И что это за условия?

Чеченец махнул рукой и вздохнул:

— Большинство моих людей крестьяне, они устали от войны и хотят жить спокойно в своих аулах, растить виноград и овощи. Пасти овец. Вы должны были гарантировать нам свободу, в обмен на добровольную сдачу и женщину.

— А без женщины, значит, вы сдаваться боитесь?

Исмаилов молчал, опустив голову. Стаценко спросил:

— На тебе и твоих людях не мало крови, дело в этом? Но ты ведь прекрасно знаешь, что я не могу гарантировать свободу, пока не получу «добро» из Грозного, от вышестоящего начальства. Мне известно, что ты бывший офицер, а значит, весь расклад знаешь не хуже меня.

Полевой командир кивнул:

— Я готов понести наказание сам, но мои люди должны остаться на свободе.

— Что может произойти, если ты не вернешься? Твои боевики атакуют лагерь?

— Не знаю. За меня остался Мурад Садыков, он молод и горяч, кто знает, что он придумает. Думаю, он атакует под утро, если никаких вестей от меня не будет.

Самохин улыбнулся:

— Спасибо за предупреждение. Мы их встретим!

Стаценко задумчиво покачал головой:

— Можно попробовать обойтись без крови. Асланбек, сколько человек в отряде и как можно остановить их?

— Пятьдесят шесть. Остановить просто: Шайтан и я идем к моим людям. Она говорит с ними. Я даю слово, что с женщиной ничего не случится.

Офицеры дружно возмутились:

— Ну нет! Разве не ты обещал двадцать тысяч долларов за ее поимку?

Чеченец впервые улыбнулся и хитро посмотрел на них:

— Значит, женщина-Шайтан все-таки находится у вас?

Разведчики растерялись, поняв, что попали в ловушку. Даша решительно вошла в палатку и подошла к Исмаилову. Сняла кепку, распустив седые волосы по плечам:

— Я — Шайтан. Узнаешь? Итак, что мне надо делать, чтобы твой отряд сдался?

Полевой командир кивнул, разглядывая ее лицо заблестевшими глазами. Он заговорил с ней совсем не так, как до этого говорил с офицерами. Голос звучал мягко, Асланбек чуть улыбался:

— Я тебя не смог забыть. Ты напугала нас в долине. Поговори с людьми о жизни, скажи, что если сложат оружие — могут идти куда хотят. Тебе они поверят.

— Почему именно мне, а не нашим офицерам?

— Не могу объяснить. На всех стоянках любой разговор все равно сводится к Шайтану и бою в долине. Ни разу такого не было в истории гор, чтобы одна женщина заставила целый отряд мужчин отступить! Я сам пристрелил того, кто бросил в тебя гранату. Четырнадцатый труп — моя работа. Я скомандовал отходить и не трогать тебя, а он швырнул. Никто из моих людей ни разу не упрекнул меня за это. Они согласны со мной.

Стаценко и Самохин переглянулись. Юрий с любопытством спросил:

— А почему ты тогда отказался от мысли схватить ее? Ведь она была вся изранена.

— Я решил, что храбрый человек должен остаться свободным и оставил ее на волю Аллаха. Потом много раз пожалел, что не забрал ее с собой. Аллах не дал ей погибнуть. Шайтан натворила много бед, когда поправилась. Наши полевые командиры не раз упрекали меня в том, что я не убил ее тогда. Называли меня и моих людей «трусливыми овцами». Только я очень бы хотел посмотреть на этих храбрецов, когда на них пойдут в одиночку, в полный рост и с одним автоматом. И уничтожат при этом четверть отряда! Им легко говорить. Они не сталкивались с ней лицом к лицу!

Волынцева обернулась к мужу:

— Товарищ майор, разрешите сходить на переговоры?

Он решительно возразил:

— Нет. Это слишком опасно. Они убьют тебя.

— Не убьют. Я кое-что придумала. Отойдем? Да и с начальством надо переговорить.

Муж и жена вышли из палатки и Самохин остался с пленным один. Он вплотную приблизился к Исмаилову и с угрозой сказал:

— Случись что-то с ней, ты и твои бандиты наживете целый отряд кровников из разведки. Мы не успокоимся, пока последний из вас не будет убит. Понял? И это я тебе гарантирую в ближайшие три дня. Мы плюнем на остальных полевых командиров, но тебя достанем даже из-под земли!

Чеченец кивнул:

— Знаю. Потому и хотел схватить именно ее, так как она вам всем дорога! Плохого человека разведка год назад не тащила бы в лагерь, рискуя собой. Я следил в бинокль, как они ее перевязывали и уносили.

— Почему ты целый год старался поймать Шайтана живой? Она говорила, что твои люди стреляют ей в ноги и пытаются схватить. Чтобы замучить?

Ответ Асланбека поверг капитана в шок:

— Я хочу жениться на ней.

Молчание длилось довольно долго. Юрий и Даша вернулись. Стаценко посмотрел на оторопелое лицо заместителя, все еще не пришедшего в себя:

— Алексей, что произошло?

Полевой командир тоже посмотрел на Самохина с удивлением:

— Я только сказал, что хочу жениться на Шайтане. С тех пор он молчит.

Юрий закашлялся и тоже замолчал, глядя на жену. Даша развела руками:

— Спасибо за честь, Асланбек, но я замужем.

Чеченец опустил голову. Стаценко бодро заговорил, нарушая всеобщее молчание:

— Я только что связался с Грозным, они гарантируют свободу всем, включая вас, с условием добровольной сдачи в указанном нами порядке. Вначале вы подробно укажете, где в данный момент остановился отряд, как расставлены часовые. Мы окружим ваших боевиков, но активных действий предпринимать не будем до окончания переговоров. Они будут вестись через мегафон, когда отряд очутится в кольце. Я не могу рисковать Шайтаном. Хотя она и настаивала на личном контакте.

Исмаилов согласился на условия офицера. Начертил подробный план нахождения отряда, примерное расположение постов. Два взвода разведчиков и полроты полковника Неверова сразу же отправились в путь.

Полевой командир не обманул. Боевики расположились в распадке. Несмотря на поздний час, их лагерь не спал. Разведчики и солдаты медленно окружали лагерь. К утру он был взят в кольцо. Когда занялась заря, в чистом воздухе раздался женский голос, усиленный мегафоном:

— Говорит Шайтан. Вы назвали меня так сами и хотели говорить со мной. Я пришла вместе с друзьями. Вы окружены. Асланбек Исмаилов захвачен мною в плен сегодня ночью. Он передал нам ваши условия. Нет ничего плохого в том, что человек хочет жить в мире, спокойно трудиться на земле. Я прекрасно понимаю, что от войны вы устали. Наше командование гарантирует жизнь и свободу всем, кто сложит оружие. Сейчас с вами будет говорить ваш командир, Асланбек Исмаилов.