Крест в законе - Борис Седов

- Я верю вам, - тихо ответил Таганка, растроганный до глубины души. Хоть что-то полезное он успел сделать в своей жизни. - Спасибо…

- Да нет! - воскликнул Иван Афанасьевич. - Это вам спасибо, дорогой вы мой! Если бы вы только знали, какую услугу оказали всем нам! Но у меня есть еще один важный вопрос.

- Да-да, конечно! - с готовностью ответил Таганцев. Он сейчас горы мог свернуть для этого человека, реки обратить вспять!

- Скажите, кому еще известно место, в котором вы спрятали оригиналы имеющихся у вас документов?

- Никому. Был еще один человек… - в голосе его прозвучали грусть и боль.

- Кто?! - встревожившись, спросил Бармин.

- Моя жена, Анастасия Рубинова. Но она погибла… Ее убили…

- Да-да-да… - печально покачал Иван Афанасьевич своей седой головой, едва сдерживая довольную улыбку. - Примите мои искренние соболезнования… И - вот что. - Он тут же перешел на деловой тон. - Мы обеспечим вам беспрепятственный вылет в Лондон. Вы станете проживать в отеле, который вам назовут наши представители в Великобритании, до тех пор, пока на связь с вами не выйдет мой человек. Ему и передадите оригиналы секретных документов. Порядок и форму передачи можете определить самостоятельно, исходя из вашего видения конспирации и безопасности. Договорились?

- Договорились.

Они ударили по рукам, как старые добрые друзья.

- Не будем терять время, - произнес Иван Афанасьевич, обняв Таганку за плечи, - вас уже ждет машина. На ней вы отправитесь в аэропорт. Сегодня же можете покинуть пределы Российской Федерации. Или… хотите погулять по Москве? - Бармин испытующе заглянул в глаза Таганке.

- Нет, - коротко ответил Андрей. - Не хочу.

- Вот и я бы вам этого не советовал, - проговорил Иван Афанасьевич. - Тогда - в путь, мой друг!

- Я могу быть уверенным, что документы…

- Андрей Аркадьевич! - с укором воскликнул Бармин. - Побойтесь Бога! Вы все-таки в Кремле, а не на вокзале!

- Простите, - смутился Таганцев. - Простите меня. Это все нервы.

- Да не волнуйтесь вы, Андрюша! - почти по-отечески заговорил Бармин. - Все у вас теперь будет хорошо!

…Черная «Волга» мчалась в сторону международного аэропорта.

Водитель был молчалив и угрюм. Таганка сидел на заднем сиденье. Дорога показалась Андрею подозрительно пустой. Обычно здесь полно машин - не протолкнуться даже ночью. Кто-то спешит в Москву, кто-то, наоборот, за город. Теперь же, кроме их черной «Волги», на трассе не было ни души.

И вновь тревога посетила сердце Таганки. Что-то необъяснимо засвербило на душе.

- Слушай, шеф, тормозни! - попросил он водителя.

- Извините, не положено, - строго ответил тот.

- Да остановись, елки-палки! По малой нужде хочу! Не в машине же отливать!

Ругнувшись вполголоса, водитель подчинился, съехав на обочину.

- Только по-быстрому, - предупредил он. - Мне приказано не останавливаться в пути.

- Да пять секунд всего! - заверил Таганка, вылезая из салона и отходя в сторону.

В следующее мгновение прогремел оглушительный взрыв. Черную «Волгу» моментально разнесло в клочья. Высоко в небо поднялись столбы яркого пламени и едкого густого дыма.

Таганку шарахнуло взрывной динамической волной, подбросило вверх метров на десять, понесло куда-то вперед и шмякнуло о землю, распластав по ней.

Он лежал так еще несколько минут, боясь пошевелиться. Потом поднял гудящую от нестерпимой боли голову, осмотрелся.

От «Волги» остался лишь догорающий остов. Хмурый и неразговорчивый водитель так и не успел выбраться из нее…

- Какая же ты сука!!! - с невероятной тихой яростью проговорил Таганцев, отирая с лица кровь и подумав, конечно, о Бармине. - Ну, я до тебя доберусь…

В этот день Иван Афанасьевич Бармин ужинал поздно. Домой добрался лишь во втором часу ночи.

Жена накрыла ему в гостиной, а сама ушла спать.

Сделав из высокого стакана глоток теплого молока, он поднял телефонную трубку и набрал нужный номер.

- Слушаю, - бесстрастно ответили на другом конце провода.

- Доложите, - приказал сухо.

- Случайный взрыв по дороге в аэропорт. Протечка бензина, неисправность электропроводки, искра…

- Это точно? - спросил Бармин.

- Точнее не бывает, - сказали в ответ.

- Спасибо, - проговорил скупо.

- Заходите еще, - сказали ему.

- Не хами! - прикрикнул Бармин.

- Прощайте…

…Таганка, превозмогая боль в перебитых при падении ребрах, чувствуя, что левая рука, повисшая плетью, скорее всего сломана, вытирая рукавом кровь с разбитого лица, поднялся на ноги и шагнул вперед.

- Правды нет!!! - орал во все горло, захлебываясь слезами. - Гады!!! Правды нет!!!

Шатаясь из стороны в сторону, спотыкаясь и падая от усталости, он не выходил на асфальтированную трассу, а шел прямо по пашне. Медленно, метр за метром продвигался в вязкой размокшей земле, утыкаясь в нее лицом и вновь вставая в полный рост. Он шел к Москве.

Когда сил больше не осталось, он пополз, скрежеща зубами и неистово матерясь.

- … Я найду правду… Я добьюсь правды… Я смогу…

Переведя дыхание и отлежавшись в мокрой грязи, он опять вставал на ноги и делал новый шаг к Москве. Идти было тяжело. Так невыносимо тяжело, словно большой черный крест, взваленный Судьбой на его спину, плющил его своим гнетом, вгоняя в землю. Но он нес этот Крест, проклиная себя за грехи. Нес из нависающей вокруг тьмы туда, где над горизонтом чистым алым полотном занимался новый рассвет…

Сентябрь 2004 года

Санкт- Петербург.