Икона для Бешеного - 2 - Виктор Доценко

Два раза кончила, представляешь? — повторила она.

Савелий взглянул на алеющую пятерню на ее правой ягодице и вдруг еще раз больно, шлепнул по второй половине.

Кончи и в третий раз! — буркнул он.

— Да–а-а! — вскрикнула она и действительно облила его бёдра чем‑то теплым, — Как здорово! Как здорово! А тебе было хорошо, скажи, милый? — капризно спросила она, закончив дергаться бедрами.

Было, — ответил он, чтобы та отвязалась с глупыми вопросами, но это была

ошибка.

— Тогда женись на мне! — неожиданно предложила девица. — В постели у нас

все с тобой замечательно, а будет еще лучше! К следующему разу я приготовлю разные штучки–дрючки и покажу тебе, как ими пользоваться. А что ты бедный — не беда! У моих предков я единственная обожаемая дочка, а папаня мой владелец нескольких десятков коммерческих аптек в разных городах Урала. Так что денег нам хватит. Как только сходим в загс, отец купит нам в Москве квартиру. У тебя ведь и машины, конечно же, наверняка нет, не так ли?

Нет, — машинально ответил Савелий: его «Жигулями» пользовалась Джулия,

когда приезжала в Москву.

А права‑то у тебя есть?

Есть, — думая о своем, кивнул Савелий.

Значит, папаня раскошелится на две машины, — серьезно проговорила девица.

— У меня недавно смешная история приключилась. Один богатый любовник подарил мне «Ауди», а другой, как ты, бедный, ее разбил. Так что я пока без колес. Но как только мы поженимся, предки машину подарят, они давно обещают, — она тараторила без остановки, потом встала с кровати и деловито объявила: — Завтра с утра поеду за билетами.

Куда? — не врубился Савелий.

Как куда? В Челябинск, конечно. Полетим с тобой знакомиться с моими

родителями, — девица искренне удивилась непонятливости потенциального жениха.

До Савелия наконец‑то дошло, о чем лопочет эта извращенна. Хотел нахамить ей, но обратился к разуму:

Я не могу уехать из Москвы, у меня много здесь дел, а потом я женат и у меня

есть сын…

Чепуха! Разведешься! А сына я тебе и так рожу! — эта избалованная девица не

привыкла встречать преграды на своем пути.

Перед мысленным взором Савелия предстал маленький Савушка, его живая, улыбающаяся мордашка.

«Господи, зачем я здесь? Что я здесь делаю?» — с недоуменной тоской подумал Савелий и начал одеваться.

Развод мне получить непросто, — сказал он, уверенный, что этот довод

позволит ему отвязаться от назойливой девицы. — Моя жена сейчас живет в Америке.

И в чем проблема? Найдем хорошего адвоката, свидетелей, и суд признает ваш

брак недействительным, — казалось, для нее никогда не было преград.

Машина наглая целеустремленность откровенно раздражала Бешеного. Ему хотелось убраться отсюда как можно скорее и по возможности без скандала. Потому он мирно сказал:

Мне уже не двадцать лет, чтобы такие серьезные вопросы решать на ходу. Надо

спокойно все обдумать…

Да что тут думать? — возмутилась она. — Я уже все обдумала, и мы с тобой

завтра поедем к папе, там и свадебку сыграем!

Этого уже Савелий стерпеть не смог. Он обхватил руками ее плечи и встряхнул:

Ты что, дура? Какая свадьба? Какие билеты? Ты что думаешь, все можно купить?

А разве нет? — ехидно ухмыльнулась она и всем телом прижалась к нему. — Еще раз встряхни, сделай мне больно! — она явно начала снова заводиться.

Савелий понял, что физической грубостью с ней ничего не добьешься, а потому пересилил свое отвращение и тихо прошептал ей на ухо:

Сейчас мне нужно встретиться с одним мужиком, а после встречи я тебе

позвоню…

И мы решим, когда поедем в Челябинск?

Без всякого сомнения, — как можно убедительней произнес Савелий, хорошо

зная, что никогда уже больше по этому телефону не позвонит.

Прощаясь со своим «потенциальным женихом» на лестничной площадке перед лифтом, девица впилась в его губы долгим поцелуем и томно проговорила:

Я уже с нетерпением жду твоего звонка.

Выйдя внизу из лифта, Савелий столкнулся со Светланой. Увидев его, она усмехнулась:

Вы первый, у кого получилось так быстро ускользнуть от нее. Как вам это

удалось?

С помощью дипломатии, — подмигнул Савелий.

Я так понимаю, что вас я больше никогда не увижу, — с грустью заключила

Светлана.

Шарик круглый, — уклончиво ответил Савелий. — Не попадайте больше в

неприятности, — напутствовал он.

Постараюсь… Еще раз спасибо вам! Храни вас Господь! — она перекрестила

его, чмокнула в щеку и вошла в лифт.

Очутившись на улице, Савелий почувствовал, что хочет забыть все, происшедшее с этой придурошной девицей, как дурной сон. Бурный животный секс, которому они предались с Машей, оставил его выжатым и опустошенным, не столько физически, сколько морально. Казалось, что он только что прикасался к чему‑то мерзкому и противному.

Сами собой пришли мысли о Джулии, которая, по словам Константина, должна скоро прилететь в Москву.

Желание увидеть Джулию, быть с ней, любить ее, ласкать ее бархатистую кожу стало еще острее после встречи с этой садомазохисткой, убежденной в своей неотразимости и в том, что все можно купить за деньги.

И тут Савелию пришел в голову блестящий план…

Его уже давно занимали отношения Эльзевиры и Широши, о котором она всегда говорила с какой‑то необыкновенной нежностью, проступавшей сквозь ее обычную ироничную и насмешливую манеру. Но никак не представлялся подходящий момент, чтобы задать вопрос в лоб, а кроме того, Бешеный опасался, что дама может и обидеться.

Теперь, показалось Савелию, подходящий момент наступил. Произошло это через пару дней после общения с Машей.

Они с Эльзевирой вдвоем пили чай из старинных фарфоровых чашечек, и она сама заговорила о том, какой замечательный человек их общий друг Феликс.

У меня есть один не очень деликатный вопрос, — осторожно начал Савелий.

— Я слишком много всего на своем веку повидала и пережила, чтобы меня что‑то могло шокировать, — ободрила собеседника Эльзевира.

Каковы ваши отношения с Феликсом Андреевичем? — спросил Савелий.

В мое время на такие вопросы женщины отвечали только влюбленным в них

мужчинам, — усмехнулась Эльзевира, — но мое лирическое время давно ушло, и я вам отвечу. Если я скажу, что этот человек — мужчина моей жизни, надеюсь, вы поймете меня правильно?