Икона для Бешеного - 2 - Виктор Доценко

Савелий наклонился над маньяком, сосредоточился, попассировав ладонями так, словно лепил в них невидимый снежок, потом притронулся правой ладонью к своему знаку на предплечье, который тут же осветился голубым светом и отозвался теплом. Сконцентрировав в центре своей правой ладони всю свою внутреннюю энергию, обогащенную энергетикой Учителя, он резко выбросил руку в сторону низа живота маньяка, не прикасаясь к его телу. Маньяка сильно тряхнуло, изогнуло, и он тут же неподвижно замер.

Это был уникальный «удар отложенной смерти». В этот раз Бешеный не желал его смерти, но он сотворил то, что этот подонок уже никогда не сможет не только иметь детей, но и никогда не сможет возбудиться ни от одной девушки. Уничтожив в нем мужчину, Савелий возбудил в нем женские начала.

И что вы с ним сделали? — удивленно спросила девушка.

Тебе лучше не знать об этом, — строго сказа Савелий. — Но ты и все те, кто

пострадал от этой мрази, теперь отомщены… Кстати, у тебя есть сотовый телефон?

Есть, — Светлана порылась в сумочке и с готовностью протянула трубку.

Савелий набрал номер дежурного по городу и очевидно издевательским тоном задал вопрос:

Маньяками интересуетесь?

Густой бас на другом конце провода резко спросил:

Кто говорит? Что за дурацкие шутки?

Говорит прохожий. И не думает с вами шутить, товарищ дежурный, — сменив

тон на серьезный сказал Бешеный. — Тот самый маньяк, что орудовал на северо–западе столицы и которого доблестная милиция так и не удосужилась поймать, лежит в бессознательном состоянии в недостроенном здании в парке, расположенном на Зеленоградской улице…

Парк называется Грачевский, — подсказала Светлана.

Вот тут мне подсказывают, что парк Грачевский называется, — уточнил в

трубку Савелий.

А кто это вам подсказывает? — деловито поинтересовался дежурный по городу.

Девушка, счастливо спасшаяся от маньяка. Я сейчас отведу ее домой, и она

будет ждать приезда милиции. Записывайте ее адрес и приезжайте, — Савелий передал руку Светлане.

Она продиктовала адрес и полностью назвалась:

Мельникова Светлана Евгеньевна.

Ну, теперь, Светлана Евгеньевна, полный вперед домой. Милиции все

рассказать сумеете? — спросил Савелий, когда девушка отключила мобильный.

Сумею. А вот что про вас рассказывать, если спросят, ангел мой светлый,

Серафим?

Про меня скажете только, что какой‑то прохожий вырубил насильника, проводил

вас домой и удалился, даже не попрощавшись…

Я так понимаю, вы с милицией встречаться не хотите ни при каких

обстоятельствах, не так ли? — быстро сообразила Светлана.

Верно. Не хочу. По разным соображениям, которые вас сейчас не должны

занимать, — сухо изрек Савелий. — Вам в вашем состоянии было не до меня.

Светлана пристально посмотрела на своего неожиданного спасителя:

И в самом деле, мне сейчас не до вас, вы правы. Я вам безмерно благодарна и

буду молиться за вас, — она взяла его под руку и взглянула на насильника, — Они успеют арестовать его? — озабоченно спросила она.

Не беспокойтесь, Светлана, этот подонок не менее трех часов будет в отключке,

— заверил он. — Пошли.

Они выбрались из темного парка и не торопясь пошли по улице.

Вдруг Светлана нервно глянула на часы:

Машка уже точно приехала и торчит у двери, злая, как десять тысяч фурий.

Кто такая Маша? — поинтересовался Савелий, чтобы поддержать беседу,

отвлекающую девушку от едва не случившейся трагедии.

Подружка моя, — ответила Светлана, — в ординатуру в Москву поступать

приехала. Мы с ней в Челябинском мединституте на одном курсе учились.

Так вы уже врач? — искренне удивился Савелий, которому показалось, что

девушке лет двадцать не больше.

Да. Я врач–педиатор, уже три года отработала, а сейчас учусь в ординатуре в

медицинской академии.

Ясно. А. как вас занесло в Челябинск? — спросил Савелий.

Отец был военный. Там служил, а Машка родом из Челябинска.

Они уже входили в подъезд двенадцатиэтажного панельного дома,

Вы подниметесь? — довольно робко спросила Светлана, вызвав лифт. —

Чувствую, что Машка у двери. Может, вас она постесняется и не будет ругаться, хотя мне и самой в это трудно верится.

Мой долг доставить вас до дверей квартиры, — с легкой улыбкой ответил

Бешеный.

Светлана как в воду глядела: у двери ее квартиры, на ярко–оранжевого цвета модном бауле, восседала жгучая брюнетка с роскошным бюстом. Даже не поздоровавшись, она завопила, совершенно не стесняясь незнакомого мужчину.

Где тебя черти носят? Я уже почти целый час здесь сижу! А ты, лохушка, с

мужиком шляешься! Дома, что ли, не могла потрахаться? Или я не права?

Извини, что заставила тебя ждать, — сдерживая себя, сказала Светлана. — А

этот человек, — она указала на Савелия, — вовсе не мой возлюбленный. Просто полчаса назад этот человек спас меня от неминуемой смерти.

Брюнетка уставилась на Бешеного оценивающим взглядом и сквозь зубы процедила:

А ничего мужчинка…

Савелий было хотел поставить ее на место, но передумал — не время и не место,

Может все‑таки зайдете на чашку кофе, Серафим? — предложила Светлана,

отпирая замок.

Не рискну: милиция скоро приедет. Как‑нибудь в другой раз, — машинально

закончил он.

Мужчина боится милиции? Очень интересно. Я уже возбуждаюсь, —

немедленно среагировала Маша.

Заткнись, нимфоманка! — оборвала ее подруга Светлана. — Запишите мой

телефон, Серафим.

Я запомню, — сказал Бешеный.

У твоего спасителя прекрасная память, — не промолчала брюнетка.

— Среди моих многочисленных достоинств память — не самое главное, — в тон ей пошутил Бешеный.

Мне так хотелось бы познакомиться с вашими достоинствами поближе, —

закатывая глаза в имитации страсти и закрывая за собой дверь в квартиру, прочирикала брюнетка.

Недоуменно пожав плечами, Бешеный поспешил по лестнице вниз и как раз вышел из подъезда вовремя — на Зеленоградской улице мелькал проблесковый маячок приближающейся милицейской машины…