Остров Вальгалла - Сергей Самаров

Памятуя о попытке ночного взлома, Станислав соблюдал предельную осторожность, хотя внешне это никак не выражалось. Он казался почти беспечным и однажды даже остановился, чтобы посмотреть на большую стаю ворон, что-то громко делившую на высоких тополях. При этом старший лейтенант, естественно, не забывал незаметно посматривать по сторонам и обдумывать свое положение.

Какую цель могла преследовать попытка проникновения в квартиру? Причем в то время, когда сам старший лейтенант находился в ней. Уже первый визит наемного убийцы из Азербайджана показал тем, кто противостоит Ратилову, что он человек серьезный и просто так «придавить» его невозможно. Значит, о простой проверке на вшивость, как в первый раз, говорить не приходится. И кто те рисковые ребята, что лезли в квартиру? И с какой целью? Скорее всего убить Станислава. А может быть, и спросить о подробностях разговора, который проходил рядом с автобусом на стройке, когда проводились занятия по роупджампингу. Возможно, и Александра тоже хотели спросить, но и там потерпели фиаско. Счастливый слышал два голоса – Ратилова и Усольцева. Два человека подозревали Максимыча в умышленном убийстве Валеры. Следовательно, задание проникнуть в квартиру мог дать Счастливый – любитель подслушивать. Майор в этом случае должен быть заодно с полковником Самохваловым. Если убийство Валеры служило целью пресечь подозрения в убийстве Вальцеферова, значит, оба убийства были совершены одним и тем же лицом. Цепочка замыкается. Но, чтобы она стала и крепкой, необходим мотив убийства самого подполковника Вальцеферова. Для взгляда со стороны полковник Самохвалов такого мотива не имел. Более того, президенту «Вальгаллы» невыгодно, чтобы в его школе произошло такое трагическое событие.

Все эти происшествия, естественно, могли иметь отношение непосредственно к заданию Ратилова, а могли и не иметь. Но пренебрегать ими было нельзя ни в коем случае.

* * *

В этот раз во дворе не было машины, что стояла там минувшим вечером, но ее отсутствие мало успокаивало. Машине не нужно много времени, чтобы появиться или уехать. В квартиру Станислав входил, готовый к любой неожиданности, и, открывая дверь, уже стремился пальцами прощупать и ощутить, как проворачивается замок. После работы отмычкой замки, как правило, открываются более туго и с едва заметными щелчками, потому что отмычка сдвигает запирающие пуансоны по одному, а сдвинуть все одновременно практически невозможно, и разница даже в доли миллиметра ощущается чуткой рукой. Сейчас все было нормально, ключ повернулся без щелчков и легко. Но и это не было еще гарантией безопасности. Замок можно было открыть и с помощью подбора ключей, что при массовом производстве одинаковых замков не слишком и сложно. С таким настроением Ратилов и шагнул за порог. И при этом держал в рукаве острием вниз заранее припасенный карандаш. При первом же движении рукой, если карандаш не придерживать, он падает в подставленную ладонь, успей только сжать пальцы – и ты вооружен. Однако карандаш пока не понадобился. Дома все было спокойно. Тем не менее даже до наступления ночи Станислав закрыл дверь в дополнение к замку и на задвижку.

Дверь и задвижка, конечно, не выдержат удара ноги. Но эта мера в любом случае даст ему время и возможность подготовиться к встрече навязчивого незваного гостя. А познакомиться с таковым хотелось бы, потому что такое знакомство могло бы прояснить ситуацию. Не каждый, конечно, может оказаться таким разговорчивым, как первый наемный убийца, но майор Счастливый слишком мало знал о возможностях болевых ощущений, когда устраивал на занятиях почти цирковое представление и даже подводил теоретическую основу под свое садистское удовольствие. Привыкнуть, конечно, можно и к боли, но происходит это, как правило, когда боль не слишком острая и держится долгое время. К острой боли привыкнуть невозможно. И потому, умеренно дозируя порции боли, не допуская ее плавного нарастания и прерывая время от времени моменты воздействия, можно заставить почти любого человека говорить. Необходимо только знать методологию допроса. А пройденный обязательный курс «Методологии допроса пленного в тылу противника» старший лейтенант пока не забыл, хотя применять полученные знания на практике ему еще ни разу не доводилось.