Возвращение Пираньи - Александр Бушков

Он вскрикнул, падая куда-то, – оказалось, просыпается.Разбудившая его тетка Дора, быть может, и стучала, но он не слышал. Мазуррастерянно прикрылся полотенцем.

– Вас, сеньор, приглашают к мэру, – сообщилатолстуха. – Просили побыстрей пожаловать, прием какой-то, что ли...господское что-то, в общем, заумно называется...

В темпе одевшись, он повертел кобуру с револьвером, положилназад. В коридоре столкнулся со спутниками, тоже, очевидно, получившимиприглашение. Пожал плечами:

– Нужно не светские визиты наносить, а побыстрее машинунанимать, отдохнули...

– Неудобно отказываться, если зовут, – рассеянносказала Ольга. – Кстати, удобный случай поинтересоваться насчет рации,поговорить с Барралоче. «Хиггинса» уже наверняка начали искать...

Пожалуй, инициатива мэра касалась не только их – выйдя на«улицу», они влились в поток аборигенов, стекавшихся к мунисипалидад. Передними расступались, давали дорогу – чем они, конечно, были обязаны наличиюОльги. Праздник какой-то, что ли? День нынче воскресный... Или митинг ударниковкапиталистического труда? Народишко поворачивает к расчищенной площадке назадах мэрской резиденции, где на пологом склоне установлены длиннющие лавки –этакий древнегреческий амфитеатр...

В кабинете мэра, с таким видом, словно и не уходил, сиделгерцог, вид у него, как и у мэра, был несколько озабоченный. В коридоретеснились «стертые языки», пришлось на сей раз чуть ли не проталкиваться.

– А, пришли... – протянул мэр словно бывиновато. – Садитесь, господа, разговор у нас не то чтобы долгий, но и некороткий. Вы оружие с собой прихватили? Нет?

Дверь он почему-то не закрыл, и в нее заглядывали стоявшиесплошной стеной аборигены – европейские лица, латиноамериканские, негритянскиефизиономии, явные уроженцы Юго-Восточной Азии... Интернационал.

– Тут такие дела... – мэр откровенно, шумно почесал взатылке. – Не знаю, как их изложить... Твоя светлость, не возьмешься?

– Охотно, – сказал герцог. Поудобнее устроился настуле, раскурил тонкую коричневую сигару, налил себе из высокого стеклянногографина какого-то желтоватого сока. – Я допускаю, леди и джентльмены, чтоуслышанное вам придется не по вкусу, но вы, несомненно, согласитесь, что встоль демократическом обществе, как наше, меньшинство, лишенное к тому жегражданских прав, должно подчиняться установленным законам...

Впервые Мазуру в происходящем увиделось нечто тревожащее, ион стал изучать обстановку п р о ф е с с и о н а л ь н о – количествоокружающих, их позы, возможные траектории своего будущего перемещения, наличиеоружия...

– Вы, без сомнения, видели на набе режной плакат, гласящий,что в нашем вольном городе все имеет хозяина, – тянул герцог. – Впонятие «все» входят, должен признаться, и особы женского пола, обязанныеподчиняться установленным правилам, весьма строго регламентирующим...

– Короче, – не выдержал Мазур.

– Сделайте одолжение... Короче говоря, как явствует изпредъявленных вами документов, данная очаровательная особа, – он вежливыммановением руки указал на Ольгу, – является, простите за непарламентскоевыражение, бесхозной. В связи с этим, согласно правилам, один из полноправныхжителей Вольного Города опалов по всей форме предъявляет гарантированные емузаконом права на сегодняшнюю ночь с данной особой, причем гарантирует также,что наутро расплатится с таковой регламентированным количеством опалов. Всенадлежащим образом зафиксировано в официальной бумаге мунисипалидад... –Он помахал какой-то бумажонкой с печатью. – Таковы обычаи, мисс... Какдолжностное лицо, по ведомству коего, то есть по культуре, проходит данноемероприятие, должен предупредить, что в случае каких-либо попыток с вашейстороны уклониться от законных требований жителя будут предприняты меры,обеспечивающие ему осуществление своих прав...

– Да ты скажи просто – мол, к койке привяжем! –загоготал кто-то из стоявших в коридоре.

– Это что, шутка такая? – с ледяным спокойствиемпоинтересовалась Ольга.

– Мисс, я бы вас попросил выбирать выражения, – отрезалгерцог. – Вы разговариваете с должностными лицами...

– Вы что, с ума сошли?

– Традиция, мисс, – ухмыльнулся герцог. – У нас непринято составлять списки прошедших эту процедуру, а жаль, иначе вы могли бы увидетьне одно имечко почтенных дам из общества... – Он поднял ладонь. – Ненадо! Я заранее знаю все, что вы можете сказать – вы этого так не оставите,всем нам оторвут головы, развесят на деревьях, утопят, зажарят, ошпарят,линчуют... Простите, но, как показывает опыт, эти угрозы практически никогдатак и не приводились в исполнение. Во-первых, как ни прискорбно, но местнаяадминистрация, я имею в виду департамент, пользуясь вульгарными оборотами,прикормлена и вряд ли согласится лишиться твердой ренты в виде опалов и алмазовиз-за того только, что холеная светская дамочка провела ночь с жителем вольногогорода вопреки своему желанию. Во-вторых, крайне трудно что-либо доказать, выэто, наверное, понимаете. Десятки вполне заслуживающих доверия свидетелей станутдоказывать, что дама после вкушения горячительных напитков сама выступила сданной инициативой – а протрезвев, устыдилась и начала клеветать... В-третьих,мисс, опять-таки простите за вульгарность, но вам все-таки предлагают немассовую оргию, а общение тет-а-тет с одним-единственным субъектом, которыйради такого случая и душ примет, и парфюмами попрыскается...

У Мазура еще теплилась надежда, что это не более чемидиотский розыгрыш, но, глядя на две дюжины просунувшихся в комнату физиономий,на их ухмылочки, он постепенно с этой надеждой распрощался. Покосился на стену,возле которой стоял стол мэра, но там красовались лишь гвозди, оружие исчезло.Все предусмотрели, твари...

Ольга слегка побледнела, но подбородок задрала знакомымнадменным движением:

– Да от вашего поселка потом...

– Камня на камне не останется, – подхватилгерцог. – Знакомо. Не раз слышали. Что характерно, мисс, поселок стоит напрежнем месте, а все его обитатели живы и здоровы – и тех, кого мы в последнеевремя недосчитались, вынудили переселиться в мир иной исключительно нашивнутренние проблемы... Мне бы не хотелось, мисс, прибегать к вульгарностям,которые назвал своими именами вон тот господин...

Т а к они еще не влипали. Шансы, которые лихорадочноприкидывал Мазур, таяли на глазах. Даже будь при них оружие, невозможносправиться с доброй сотней аборигенов, собравшихся на площадке и возле мэрии,чисто физически невозможно, когда расстреляешь все патроны, никакие приемы непомогут, задавят массой, и всем троим – конец...

– Да, забыл вас предупредить, – повернулся герцог к нимс Кацубой. – Один неуравновешенный субъект, оказавшись в вашем нынешнемположении, вздумал разыграть дурной боевик – разбил графин, в точности такойже, приставил мэру горлышко к шее и затянул классическую песню: либо емупредоставят возможность уйти со спутницей, либо он нашего мэра прикончит. Ну,мы ему объяснили, что такая мелочь ничему не способна помешать – мывсего-навсего, недолго поскорбев, выберем нового мэра, но вот супермен сграфином непременно повиснет на ближайшем дереве, а его дама одним пылкимвоздыхателем уже не отделается и, кроме того, превратится в опасногосвидетеля... Вы знаете, он почти сразу же выкинул свое импровизированное оружиеи даже извинился перед мэром...