Слепой. За гранью - Андрей Воронин

Аркадий Вацлавович недовольно бросил телефонную трубку.

– Пся крэв! – выругался он. – Где его черти носят, холера ясна!

Сидевший в кресле черноусый смуглолицый мужчина прикурил сигарету, выдохнул в сторону дым и повернулся к хозяину кабинета.

– Что случилось? – спросил полковник Курочкин.

– Это я у тебя, Саша, должен спросить, что случилось! – воскликнул банкир и тут же добавил: – Пропал Бородин!

Александр Отариевич, отпив глоток красного сухого вина, разочарованно вздохнул и поставил бокал на стол.

– Да куда он может пропасть? – усмехнувшись, произнес он. – Загулял, наверное, наш Сан Саныч…

– Что значит «загулял»?! – прорычал Аркадий Вацлавович. – У нас бизнес, а не клуб по интересам!

– Ну чего ты кипятишься? – вновь вздохнув, попытался успокоить собеседника Курочкин. – Ведь бухгалтер уже подтвердил, что наш счет пополнился. Значит, Аркадий, все нормально!

Банкир, недовольно вздохнув, раздраженно фыркнул.

– Нормально! – повторил он. – Вот это мне и не нравится, что все нормально…

Александр Отариевич не стал спорить с братом, а снова пригубил вина, рассчитывая на то, что Аркадий за это время успокоится.

– И этот как с цепи сорвался! – задумчиво произнес банкир. – Что-то мне в последнее время он совсем не нравится!

Курочкин поднял глаза на Желобжинского.

– Арчил? – спросил он.

– Да, – проскрипел зубами хозяин кабинета. – И этот москвич в темных очках, который везде поспевает. Ты проверил: кто он, что он, зачем приехал?

Полковник Курочкин небрежно махнул рукой.

– Да бывший штабист… – сообщил он. – Ничего особенного, братишка.

– Не очень-то он похож на штабиста, – недоверчиво проворчал банкир. – Я чувствую, что этот москвич появился в Питере неспроста… С его появлением колесо-то и завертелось!

Полковник равнодушно махнул рукой.

– Чистое совпадение, – пренебрежительно бросил он.

– Ты, Сашок, во всем видишь совпадение, когда примешь на грудь, – недовольно произнес банкир. – И вообще, полковник, пора тебе завязывать со спиртным! Иначе точно скоро копыта откинешь!

– Нет, брат, от этого вина я дуба не дам, – усмехнувшись, возразил Александр Отариевич. – Вот если бы я выпил бормотухи, которой ты потчуешь народ, тогда я точно бы или ослеп, или отдал бы Богу душу!

В глазах банкира вспыхнул недобрый огонек, однако вдруг потух.

– Ладно, брат, не хватало еще нам с тобой поцапаться, – примирительным тоном произнес Аркадий Вацлавович и попросил Курочкина: – Налей-ка мне коньяка! Что-то я и в самом деле себя чувствую неважно…

Курочкин налил рюмку коньяка и подал ее банкиру.

– Спасибо, Саша, – поблагодарил Желобжинский, – нам с тобой нельзя ссориться, нам держаться нужно друг за друга! Ты у меня единственный брат! За тебя!

Александр Отариевич удовлетворенно улыбнулся.

– За тебя, Аркадий! – отозвался он.

Мужчины выпили, однако не успели закусить, как, постучавшись, в кабинет вошел высокий парень.

– Разрешите…

Хозяин кабинета недовольно взглянул на своего телохранителя.

– Чего тебе, Виталий? – строго спросил он.

– Аркадий Вацлавович, нашли труп Бородина, – сообщил охранник. – Изуродованный до неузнаваемости.

Холеный мужчина мгновенно побелел как полотно.

– Это не к добру… – пробормотал банкир.