Штурмовая бригада - Александр Тамоников

– Ладно, Шунт, все нормально! Обеспечь мне связь с Луганским.

– А это… схема? Я и рассмотреть ее не успел!

– Еще успеешь! Вызывай генерала!

– Есть вызывать генерала!

Шурин поднялся и прошел к углу кабинета, где установил свою аппаратуру. Вернулся с трубкой:

– Пожалуйста, господин подполковник, можете свободно общаться с Центром. Даже с собственной квартирой, если желаете!

Пашин строго взглянул на подчиненного:

– Шунт, не паясничай. Сядь к столу и смотри схему!

Подполковник бросил в эфир:

– Катрана вызывает Григ!

– Слушаю тебя, Гриша!

– Прибыли на объект. Провел совещание с лицами, отвечающими за безопасность объекта. Сделал предварительный обход территории с целью выяснения степени боеготовности подразделений охраны и состояния

ДИСЦИПЛИНЫ в них.

– Какие получил результаты по последнему вопросу?

– Объект мог бы охраняться более качественно, но особых претензий к организации охраны и обороны не имею. В принципе, лучшего я не ожидал.

– Что планируешь делать дальше?

– При восстановлении рубежей заслонов провести углубленный осмотр южного сектора с целью обнаружения следов, которые могла оставить диверсионная группа, если, естественно, она имеет место быть. Далее пробью нейтральную зону. Так ли она контролируема, как это представляет начальник службы безопасности.

Получив данные о наличии боевиков, начну их скрытый поиск с определением самых уязвимых целей для атаки диверсантов.

– Понял тебя, Григ! Работай! Если руководство завода начнет выкаблучиваться, все же их наверняка задевает то, что к ним отправлен отряд спецназа другого ведомства, сразу связывайся со мной. Поставим их на место. Но будет лучше, если ты найдешь с ними полное взаимопонимание.

– Понял! Выполняю!

– Работай, Григ!

Передав станцию Щурину, Пашин обратился к Глебову:

– Забирай, Макс, Зорро с Шунтом и вновь обойди территорию. На этот раз с задачей выяснить, какие объекты представляют собой наиболее уязвимые цели, подрыв которых приведет к массовому выбросу в атмосферу ядовитых веществ. Для этого поговори с главным инженером. Лучше него в этом на заводе никто не разбирается. Только предупреди специалиста, чтобы держал язык за зубами. Задача ясна?

– Так точно, Григ! Определить цели, по которым реально может нанести удар диверсионная группа.

– Выполняй! А ты, Шунт, оставь спутниковую станцию в режиме приема-передачи, чтобы я мог в любую минуту выйти на Катрана.

– Может, мне самому остаться?

– Нет! Иди с ребятами! Надо будет, вызову. После завершения обхода – всем сюда для подробного доклада. Вперед, орлы!

Майор с прапорщиками удалились.

Пашин вышел в приемную. Там в углу за столом сидел немолодой мужчина. Помощник директора завода. Он же секретарь-референт. Григорий спросил:

– Белоусов на месте?

– К сожалению, нет! Вышел! Но я могу с ним связаться.

– И с Кропоткиным можете связаться?

– С любым членом руководства объекта.

– Тогда соедините меня с начальником службы безопасности!

– Минуту!

Помощник взял лежавшую до этого на столе рацию:

– Владислав Ильич? Извините, с вами хочет поговорить член комиссии.

Именно так, членами комиссии по заводу, должны были называть бойцов спецназа.

Мужчина протянул рацию Пашину:

– Пожалуйста, Кропоткин на связи.

– У вас неплохо поставлена система оповещения.

– А как иначе при нашей-то работе?

– Да, иначе нельзя.

Подполковник принял станцию:

– Владислав Ильич?

– Да, Григорий Семенович!

– Я хотел бы узнать, когда начнутся мероприятия по восстановлению рубежей заслонов?

– Как только завершим оцепление места взрыва лайнера! Думаю, через полчаса.

– Хорошо! Тогда вот что! Могли бы вы подойти к зданию управления?

– Я и так нахожусь возле него.

– Где именно?

– У входа в контору.

– Я спускаюсь к вам.

Вернув рацию помощнику, Пашин захватил схему объекта и спустился вниз, вышел из здания. У самых дверей, разговаривая с командиром батальона охраны, стоял полковник Кропоткин. Увидев командира спецназа, начальник службы безопасности повернулся к нему с немым вопросом в глазах.

Пашин с ходу спросил:

– Восстановлением будет заниматься личный состав батальона?

Ответил сам комбат:

– Так точно, товарищ подполковник!

– Ясно! Еще вопрос: после падения самолета кто-нибудь обследовал участок разрушений заграждений?

На этот раз ответил полковник:

– Нет! Люди заняты более важными делами, а за участком разрушений ведется визуальное наблюдение.

– Прекрасно! Значит, на поле от юго-восточного окончания периметра до эпицентра взрыва никого не было. Это хорошо! Тогда вот что! Это касается вас, майор. Перед тем как выслать людей и технику на восстановительные работы, сообщите об этом мне. С вашими подчиненными пойдут мои спецы. Они мешать не будут. Но без их разрешения никаких работ не производить. У меня все! Надеюсь, господа, вам все ясно?

– Куда ясней! Хотя непонятно, для чего вам это надо, но вы начальник, а мы люди военные, приучены подчиняться.

Пашин уже хотел вернуться в здание, но, что-то вспомнив, обернулся:

– Да, еще. Я намерен провести осмотр нейтральной полосы. Распорядитесь, полковник, чтобы никто не помешал моим людям!

– Хорошо, подполковник! Можете спокойно высылать свою разведку куда угодно!

Григорий, бросив взгляд на начальника службы безопасности, вошел в дирекцию секретного предприятия.

Из кабинета вызвал на связь командиров групп.

Ответил Скоблин:

– Второй слушает!

– Володя, Воронцов рядом?

– Рядом, командир!

– Тогда слушайте меня оба! Отобрать из состава групп по три человека. Первой во главе со Скоблиным начать обход нейтральной полосы. От места взрыва самолета на юг по южному и восточному секторам периметра. Задача: обнаружение каких-либо следов появления возле объекта группы посторонних лиц. Второй во главе с Воронцовым присоединиться к солдатам батальона охраны, которые вскоре должны начать восстановление разрушенных рубежей. Задача та же, что и первой группе. Мне нужно знать, проникли ли неизвестные диверсанты на территорию объекта во время или сразу после катастрофы! Или их здесь и близко не было. Что тоже весьма возможно. Ну, вы поняли меня?