Кладбище для олигарха - Кирилл Казанцев

«Хорошо, что майор ее не видел, – обмирая, подумал дежурный. – Ведь мне один год до пенсии».

– Ладно, сержант, с тобой потом разберемся. Давай выпускай участкового.

– Совсем выпускать? – озадачился сержант.

– А чего ему у нас сидеть? Пусть домой идет. Ведь и протокола-то никто не составлял.

– Не составлял, и то правда, товарищ майор, – растерялся сержант.

– Ну, так бери ключи, веди его сюда. Это тебе мой приказ. Понял?

– Есть выпускать участкового, – гаркнул Жуков, поправил фуражку и, прихватив связку ключей с пульта, бодро зашагал по коридору.

Майор Бобров за ним почему-то не последовал – остался ждать в холле. По-прежнему светящийся изнутри, не отбрасывающий тени, он покачивался в нескольких сантиметрах над полом.

Вновь проплывали мимо сержанта одинаковые двери кабинетов, вновь одна тусклая дежурная лампочка над головой сменяла другую. Вот и дверь бывшей кассы. Жуков, не колеблясь, открыл ее ключом, распахнул.

Прохоров лежал на сдвинутых стульях, смотрел в потолок. На подоконнике виднелась пустая коробка из-под пиццы и закрытый крышкой пенопластовый стакан с чаем.

– Чего тебе еще, сержант? – неохотно заворочался Прохоров. – Если тебе не спится, дай хоть мне поспать. Завтра небось на допрос потянут.

– Бери шинель, – почему-то сказал Жуков.

– Какую такую шинель? Лето сейчас, – удивился участковый.

– Это как в песне поется: «Бери шинель, пошли домой». Выпускают тебя, а почему, и не знаю.

Озадаченный Прохоров тут же сел, покосился на зарешеченное окно, через которое еще недавно разговаривал с Лариным. Получалось, что каким-то чудесным образом его обещание реализовалось – пришел сержант, открыл дверь и предлагает идти домой.

И Прохоров сделал то, что на его месте сделал бы любой другой – поднялся и зашагал вслед за Жуковым. Сержант шел, опустив голову, что-то бормотал. Войдя в холл, развернул грудь и доложил:

– Старший лейтенант Прохоров доставлен.

– Отлично. Теперь можете продолжать нести дежурство, – каким-то потусторонним голосом проговорил майор Бобров.

Участковый смотрел на начальника райотдела и еле подавлял в себе желание подойти к нему и потрогать руками – уж слишком призрачным выглядел майор. И Прохорову казалось: протяни руки – пальцы пройдут сквозь светящееся изнутри тело. Затем участковый повнимательнее присмотрелся и к Жукову. Тот, хоть и был из плоти и крови, но вел себя явно неадекватно – временами он глупо подхихикивал и украдкой косился на облицованную керамической плиткой стенку, словно видел на ней каких-то чертиков.

– Пошли, старлей, – начальник райотдела поплыл к стеклянной двери, словно собирался просочиться сквозь нее, но остановился в полуметре – и даже не сделал попытки прикоснуться к защелке, а затем позвал: – Сержант, дверь-то открой. Мы ж с участковым не призраки, через стены ходить не умеем.

– Сейчас-сейчас, товарищ майор, – засуетился сержант и распахнул дверь райотдела, как это сделал бы вышколенный швейцар.

Бобров, не оборачиваясь, выплыл на улицу, за ним вышел и Прохоров.

Жуков тут же вернулся к пульту и с деловым видом занял свое место в кресле дежурного.

Прохоров на улице огляделся – нигде не увидел машины начальника райотдела. Не пешком же он пришел.

– Товарищ майор, – позвал участковый.

Не отзываясь ни звуком, начальник райотдела, продолжая светиться изнутри, проплыл к кабине микроавтобуса, припаркованного на стоянке общего пользования. Проплыл – и буквально растворился в воздухе, испарился, исчез, его просто не стало.

Окончательно ошарашенный Прохоров обернулся. За стеклом холла райотдела в прозрачной кабинке за пультом сидел сержант Жуков. И хоть звука не было слышно, но было понятно – дежурный тупо хихикает.

– Бери шинель, иди домой, – как заклинание проговорил участковый.

Дверца микроавтобуса приоткрылась. За ней не столько был виден, как угадывался Ларин.

– Игорь, – окликнул он Прохорова. – Игорь, садись в кабину. Нам тебя спрятать надо. Потом как-нибудь все объясню.

– А я думал, ничего не получится…

– Если я обещаю – все получается, – заверил его Андрей и закрыл дверцу.

Прохоров сел на пассажирское сиденье в кабину. Ее от салона отделяла глухая перегородка. Водитель лишь кивнул на приветствие и тут же запустил двигатель. Машина тронулась с места.

Андрей включил свет в салоне. Яркие галогенки вспыхнули под потолком. Павел Игнатьевич Дугин сидел в привинченном к полу кресле перед компьютером. На экране все еще витало виртуальное трехмерное изображение майора Боброва.

– Андрей, ты уверен, что участковый – тот человек, который нужен нашей организации?

– На все сто процентов.

– Ну что ж, тогда под твою ответственность.

– Как будто это обстоятельство что-то решает.

– Как ты думаешь на этот раз пробраться в «зону»?

– Теперь попытаюсь сделать это с уфологами. У них есть неплохой план.

– Что ж, дай-то бог им и тебе удачи. Ведь пока Лора не сможет тебе помочь. У нее дельное предложение насчет того, как незаметно нейтрализовать Угрюмова, пока он не наделал новых бед. Но самое сложное, Андрей, в том, что глава Комитета госконтроля должен будет сам одобрить ее решение. Вот над этим она теперь и работает.

Дугин прошелся пальцами по клавишам компьютера, экран погас. Он подкрутил регулятор и уменьшил освещение в салоне. Микроавтобус уносился в ночь.

…Сержант Жуков чувствовал себя на подъеме. Ночной мир райотдела казался ему светлым и радостным. Он сидел за пультом сытый и довольный собой, пялился на стену, но почему-то, как ни старался, керамические плитки больше не выдвигались, подобно ящичкам картотечного шкафчика. У сержанта не было и тени сомнения насчет своих сегодняшних действий: к пленнику проявил человечность, накормил его; правда, и сам поел за его деньги. Ну а потом от майора поступил конкретный приказ: «участкового выпустить», что и было сделано. И совесть чиста, и перед начальством не провинился. В общем, еще одно дежурство приблизило Жукова на маленький шажок к долгожданной пенсии. Можно было сидеть и мечтать о том, чем он займется, уйдя со службы. Частный дом есть, огород, сад, банька, работы невпроворот. Но все же какое-то беспокойство глодало душу пожилого сержанта. Что-то неправильно произошло, а вот что именно, понять он не мог…

И тут за окном мелькнули фары. На площадку перед райотделом, как всегда, нагло выехала машина начальника и замерла у самого крыльца.

– Опять его принесло, – сержант торопливо застегнул пуговицы на рубашке, напялил фуражку и бросился открывать дверь.

Майор Бобров приехал не один. С пассажирского места выбрался и полковник Иноземцев. Какую именно должность в ФСО занимает Роман Петрович, сержант не знал, но понимал, что не маленькую. Ведь даже начальник ходит перед ним на цыпочках.