Кладбище для олигарха - Кирилл Казанцев

Стоянка перед райотделом просматривалась великолепно, ведь стену холла занимало одно сплошное окно со стеклянной дверью.

Блеснули фары, и какой-то микроавтобус зарулил на стоянку. Фары погасли, но свет в салоне так и не зажегся.

– Пиццу, что ли, привезли? – Но Жуков тут же сообразил, что вряд ли – не станут же гонять из-за копеечных заказов целый микроавтобус, бензина больше сожгут, чем прибыли получат.

Водитель, так и не выбравшийся из-за руля, ничего не нарушал – поставил автобус хоть и напротив райотдела, но на общедоступной стоянке, а не на служебной.

Вскоре послышалось журчание маломощного двигателя, и прямо к крыльцу подкатил скутер. Мужчина в шлеме и мотоциклетных очках снял с багажника коробки и, ловко придерживая их одной рукой, постучал костяшками пальцев в стеклянную дверь.

– Пиццу заказывали?

Жуков открыл замок, но не стал пускать курьера пиццерии в холл.

– Сколько с меня?

– Чек лежит на коробке, – ответил курьер, в котором, несмотря на шлем и мотоциклетные очки, и Лора, и Дугин без труда узнали бы Ларина.

Сержант расплатился и хотел уже было закрыть дверь, как жестом фокусника курьер подал ему два больших пенопластовых стакана, плотно закрытые крышками.

– И бонус от нашей пиццерии – к каждой порции по стакану горячего чая. – Сказав это, Ларин пожелал спокойной ночи, сел на скутер и укатил в темноту.

Жуков закрыл дверь на защелку.

Пицца была горячей и пахла аппетитно даже сквозь картонную коробку. Сержант оставил свою порцию на пульте дежурного и заспешил в конец коридора.

– Товарищ старший лейтенант, привезли, и даже чаек бесплатно доставили. Вот и сдача, – Жуков высыпал на полочку пригоршню мелочи и пару смятых купюр.

Прохоров принял чай, поставил его на пол, а вот пицца в широкой коробке никак не хотела пролезать в узкое окошечко «кормушки». Пришлось открыть картонку, чтобы сложить пиццу вдвое.

– Сервис-то какой, – разглядывая вложенные внутрь коробки пластмассовые нож с вилкой и несколько салфеток, проговорил Жуков. – Словно специально для арестованных привозят. Колюще-режущие из пластмассы, что допускается инструкцией.

– Ну вот, жизнь понемногу налаживается даже в заключении, – проговорил Прохоров. – Чаек горячий – это хорошо. Спасибо тебе, сержант, уважил.

– Это вам спасибо, товарищ старший лейтенант. Можно было б спиртное на дежурстве позволить, я бы непременно за ваше здоровье выпил, чтоб только все хорошо у вас было.

– Ладно, сержант, свободен. Не люблю есть, когда на меня смотрят. Да и твой чай, смотри, остынет.

Окошечко «кормушки» даже не захлопнулось. Участковый сел у окна и принялся резать пиццу пластмассовым ножом.

Сержант Жуков тактично удалился, и вскоре, с расстегнутой верхней пуговицей рубашки, с ослабленным ремнем, сидел за пультом и уплетал пиццу, политую ярко-красным кетчупом.

– Надо будет жене сказать, чтобы научилась пиццу готовить, а то вечно с собой бутерброды дает… Ей что, тут недалеко. Спекла – и на дежурство мне принесла. Эх, соус ядреный, даже во рту печет, – сержант, приоткрыв рот, несколько раз шумно выдохнул, пытаясь остудить язык. – Чайком запить надо, полегчает. – Жуков содрал крышку с пенопластового стакана. – Вот же придумали – из пенопласта стаканы делать. Надо будет сохранить, в нем чай долго не стынет, – дежурный хлебнул напитка. – Ароматизированный, что ли?

Чай хоть и был вкусным, крепким, но в нем чувствовалась и легкая горечь, а к аромату почему-то примешивались запахи леса и болота – так, если бы к чаинкам по ошибке примешался сушеный гриб. Однако дареному коню в зубы не смотрят.

Жуков доел халявную пиццу, даже капли кетчупа собрал корочкой с промасленной бумаги и допил бонусный чай, после чего откинулся на спинку кресла. Чувство сытости приятной волной разливалось по телу. Обычно после еды сержанта неумолимо клонило в сон. А тут почему-то даже спать расхотелось. Может, чай был слишком крепким? А может…

Сержант внезапно повеселел, даже глупо хихикнул. Почему? И сам не знал, просто стало смешно и весело, а голова слегка закружилась. Затем веселость сменилась каким-то странным спокойствием, словно бы Жуков вышел в астрал, отделившись от своего земного тела, оставив в прошлом все заботы и проблемы. Он тупо уставился в одну точку – смотрел на стену холла райотдела, облицованную керамической плиткой под кирпич. И тут случилось странное.

Одна из плиток выдвинулась, как выдвигается ящичек в старой библиотечной картотеке, а прямо из него, как черт из табакерки, выскочила кукла, как две капли воды похожая на телеведущую, объявившуюся в Никитиной Гриве со съемочной группой передачи «Параллельные миры». Почему-то сержант совсем не удивился этому явлению. А чего тут странного? Несколько часов он топтался возле телеоператора с другими любопытными, присматривался к эффектной брюнетке, вот и запала ему в память.

Расслабившись, сержант созерцал восставшую из выдвинутого ящика куклу. И ему казалось, что чертовка улыбается и даже подмигивает ему.

– Э нет, девонька, – произнес вслух Жуков. – Староват я для тебя. Вот в молодые бы годы…

– Что ты там мелешь, сержант? – внезапно услышал голос начальника райотдела дежурный.

Служивый человек, который носит форму, даже на самом расслабоне неизменно адекватно реагирует на голос командира.

Жуков мгновенно подхватился с кресла, выпятил грудь, нацепил фуражку, отдал честь и принялся докладывать:

– Товарищ майор…

– Не тарахти, сержант, – оборвал его майор Бобров. – С кем это ты тут разговаривал?

Сержант и сам задумался. Сказать, что разговаривал с куклой-чертовкой, выскочившей из ящичка, было уж совсем глупо. Да и майор выглядел как-то странно, словно светился изнутри призрачным светом. Да и как он мог оказаться в холле, когда стеклянная дверь изнутри на защелку закрыта? И тени начальник райотдела не отбрасывал, словно вампир какой-то.

Все эти мысли вихрем пронеслись в голове сержанта. Но любой правоохранитель должен быть человеком трезвомыслящим, ни в какую чертовщину не верить. Да и вопрос майор задал конкретный: «С кем это ты тут разговаривал?»

– Привиделось мне, товарищ майор, – честно признался Жуков.

– Смотри мне, сержант, – погрозил дежурному пальцем начальник райотдела и почему-то не пошел, а поплыл по холлу, не перебирая ногами, а спустя какое-то мгновение, не оборачиваясь, бросил: – Как там участковый?

– Сидит под замком, как и положено. Никаких нарушений.

– Значит, пиццу эту ты сам себе заказывал? – прозвучал вопрос.

– Ну… и ему заказал, товарищ майор. Даже зэков, и тех на зоне кормят, а его вон когда привезли.

Жуков чувствовал, как у него страшно кружится голова, вспомнил и о ящичке с куклой-чертовкой. Стараясь не выдавать волнения, он покосился на стену и с облегчением понял, что ящичек уже задвинулся, вновь стал одной из керамических плиток.