Спец - Виталий Демочка

Звонок Толстого не был неожиданным. Виталий его ждал, зная, что парни тоже ищут перегонщиков на других трассах и объездных дорогах, во всяком случае думал, что они ищут.

— Говори, — сказал он в трубку, посмотрев на определитель.

— Привет! Не спишь? — спросил Толстый, и по его голосу Виталий сразу понял, что наклюнулась работа.

— Нет, — коротко ответил он.

— Красный только что звонил, «Калдину» синюю продал, — быстро объяснял обстановку Толстый. — Новосибирские по ходу купили, говорят, что в Хабаровск едут, а прописка-то в паспорте новосибирская.

Красный говорит, что у них бак пустой, они сейчас на заправку поедут. Если прямо сейчас выйдем — успеем. Будем их работать?

Вопрос был риторический, и ответ на него Толстый не ждал.

— Рации на прием, поехали, — коротко отдал команду Бандера, и двигатель черного «Марка» ожил.

Это была его работа. Он придумал эту тему еще несколько лет назад, когда освободился из колонии, и с тех пор она была основным источником его доходов, пусть не праведных, но, как считал сам Виталий, и УК Российской Федерации был с ним согласен, вполне законных. А после того как прошлой зимой в его жизни произошли некоторые изменения, так, вообще, автомобильные подставы стали единственным средством к существованию, поэтому он относился к ним со всей серьезностью.

Когда черный «Марк» Бандеры тихо подкатил к заправке, синяя «Калдина» только начала заправляться. Бородач был за рулем, старший сидел слева, а третий со словами «Ладно, ехать далеко, я спать» расположился на заднем сиденье.

— Мы уже выехали, мы на трассе, — прохрипела рация голосом Толстого.

Охота началась!

* * *

В машине, ехавшей по городу, находился капитан Филатов со своим заместителем. Заместитель вел автомобиль, а Филатов сидел рядом и как бы размышлял в слух:

— Ну что, остальных всех придется выпускать… время выходит…

— А, Романова тоже, что ли? — удивился замначальника оперативного отдела.

Ничего не подозревавшие пассажиры обреченной «Калдины» ехали и разговаривали совсем о других бандитах. Старший уже давно занимался этим бизнесом и не раз попадал в лапы Шустрого и его бригады. На этот раз он решил взять с собой двоих довольно крепеньких товарищей, которые выглядели настоящими громилами, коими собственно и являлись, они оба работали вышибалами в ресторане. Их услугами время от времени пользовались различного рода предприниматели, беря их для охраны и защиты.

— Каждый месяц по этой дороге езжу, рэкетиры на трассе одолели. За один проезд сто баксов, — жаловался старший бородачу.

— А-а, мы этим рэкетирам в прошлом году так рога пообломали, они нас только увидят, сразу пообсыкаются, — явно переоценивая свои возможности и недооценивая противника, весело и уверенно говорил бородач.

Старший с сомнением посмотрел на товарища, он не был так уверен, что рэкетиры от одного их вида пообсыкаются, но все же из вежливости посмеялся и произнес:

— Да нам главное Уссурийск проехать, дальше проще будет.

— Проезжают по кольцу на Агеева, — Спец ехал за ними на приличном расстоянии и корректировал действия своих друзей.

Проехать на Хабаровскую дорогу можно было несколькими маршрутами, в том числе и в объезд города. Толстый со Стариком уже выехали на улицу Некрасова — центральную дорогу для легковушек и ближайший путь для пересечения города с юга на север. На заднем сиденье у них лежала охотничья «Сайга», собранная и расчехленная вопреки правилам, очень похожая на автомат Калашникова.

— Я его правой стороной ударю, имей в виду, — сообщил он Толстому, уже прикинув в уме, на какой прием будет ловить транзитчиков.

Но «Калдина» проскочила поворот на Некрасова, вероятно они решили ехать по другой дороге. Следующая была улица Советская, Банин решил, что они поедут по ней, и взялся за рацию.

— Проехали поворот на Некрасова. Разворачивайся по Чичерина к Советской.

Старик, находившийся за рулем «Челленджера», понимал Бандеру с полуслова и, не сбрасывая газа, резко заломил руль влево, развернулся и сломя голову понесся к перекрестку Чичерина и Советской. Дорог много, никогда не угадаешь, какой поедут. Спец оказался прав, перед Советской «Калдина» замигала правым поворотником.

— Повернули на Советскую, становись там, рядом, — проговорил Бандера в рацию.

«Челленджер» был уже не далеко от Советской и, подъехав к перекрестку, Толстый передал:

— Мы на месте, ждем.

Внимательно наблюдая за «Калдиной», Бандера рассчитывал ее скорость, улица Советская была главной, и без светофоров по ней можно проехать километра два. Наконец жертва на нужной скорости приблизилась к перекрестку, где ожидал ее «Челленджер».

— Поворачивай перед ним, вот он, — сказал Бандера в рацию.

Старик резко рванул машину с места и вписался в поворот прямо перед капотом несчастной «Калдины», он уже понял, какой прием хочет использовать Бандера.

— Нормально пошел… Тормози на пешеходном, — голос Спеца звучал возбужденно. Обычно спокойный в жизни, но на охоте он входил в азарт. Сама авария на большой скорости была ему не страшна, он побывал в них не одну сотню раз. Сейчас он набирал скорость, сокращая расстояние межу «Марком» и «Калдиной», — приближался пешеходный переход, который он планировал использовать.

На каждое прикосновение правой ноги Бандеры к педали газа двигатель «Марка» отзывался мерным низким рычанием, приятно щекотавшим нервы, и казалось, что форсунки битурбованного двигателя впрыскивают ни только бензин в камеру сгорания, но и адреналин в кровь Виталия. В такие моменты в нем просыпался древний инстинкт охотника, не того охотника, который стреляет в беззащитных уток ради развлечения, а другого, настоящего, сходящегося один на один с жестоким и сильным хищником и не ради развлечения, а для того чтобы выжить, ради куска мяса. Собственно все так оно и было, этой охотой он добывал себе и своей семье, своим товарищам и тем своим друзьям, которые остались в лагерях, пропитание. Это была охота не ради развлечения, но, тем не менее, удовольствие она ему доставляла и не малое.

Старик резко надавил на педаль тормоза прямо перед пешеходным переходом, хотя там никого не было. Увидев стоп-сигналы джипа, Бандера вдавил педаль газа и слился с «Марком» в одно целое. Не было теперь ни Бандеры, ни «Марка» отдельно, они были единым целым. Апо-другому и быть не могло, в такой ситуации все решают даже ни секунды, их десятые, сотые доли, здесь думать некогда. Задумался — пропал, работают одни рефлексы.

Бородач, видя, что тормозов ему не хватает, резко забрал влево, уходя от столкновения с джипом.

Бандера выжал педаль газа до упора и, развив скорость за сотню, правой стороной проехался по «Калдине». Помимо двух турбин, двигатель «Марка» был наворочен еще всякими примочками местных умельце и неоднократно побеждал в ночных гонках. Именно такая машина и нужна была для постав, она должна появиться неожиданно и ниоткуда.