Профи из «Вымпела» - Сергей Москвин

Станция Канаш

30 июля, 08.15

Разглядывая гильзы, Сологуб долго морщил лоб, но наконец вынес свое заключение:

– Да, гильзы разные.

– Как и оружие! – вставил Ворон.

– Значит, все-таки нападение? – размышляя вслух, обратился к контрразведчику Сологуб. – Но ради чего?! У караульных все оружие на месте, пирамиду я проверял. Какой у нападавших мог быть мотив?

– А груз, который они охраняли? – задал встречный вопрос Ворон.

– Груз? – Покопавшись в своей папке, Сологуб вынул оттуда несколько скрепленных канцелярской скрепкой листов. – Вот: ОРТ... сорок тонн, – отчеркнув пальцем нужную строчку, он передал бумаги Воронину.

Верхний лист оказался транспортной накладной, где в качестве наименования перевозимого груза значился незнакомый Ворону буквенно-цифровой шифр. Он поднял на следователя недоуменный взгляд:

– Что это обозначает?

Тот лишь пожал плечами:

– На химкомбинате должны знать. Но номер цистерны совпадает с тем, что указан в сопроводительных документах. Так что все в порядке.

– Давайте осмотрим цистерну! – предложил Ворон и, получив одобрение следователя, выбежал из вагона.

Подцепленная к караульному вагону сорокатонная цистерна ничем не отличалась от других железнодорожных цистерн, используемых для перевозки бензина, солярки или прочих жидких грузов. Та же выкрашенная серой краской стальная бочка с заливной горловиной наверху, от которой грязными полосами тянутся вниз следы потеков. Но за буквенной аббревиатурой ОРТ и цифровым кодом скрывалась какая-то тайна. Под недоуменными взглядами помощника военного коменданта и начальника станции Ворон подошел к цистерне и, вскочив на приваренную к борту металлическую лесенку, ловко полез по ней к заливной горловине. Спустя несколько секунд он уже был наверху. Несмотря на наглухо закрытую крышку люка, возле заливной горловины ощущался отчетливый запах бензина... Но бензин не заливают в цистерны, где прежде перевозилась кислота!.. Спустившись на несколько ступеней, Ворон пристально вгляделся в нанесенную на борт цистерны надпись... «Кислота» – неровная строчка и расплывшиеся края букв. Словно... тот, кто делал надпись, непроизвольно сдвинул трафарет! В спешке такое сделать немудрено... Ворон потер пальцем надпись. На коже остался отчетливый черный след... Свежая краска! Значит, и надпись сделана совсем недавно!

Он вновь спрыгнул на землю и в ответ на изумленный взгляд начальника станции заявил:

– Это не та цистерна. Старые надписи и обозначения закрашены, а поверх них нанесены новые. Пошлите кого-нибудь за растворителем. Надо отмыть свежую краску и выяснить, откуда взялась эта цистерна.

– Постойте, постойте, – начальник станции часто заморгал. – Что значит не та цистерна? А где тогда настоящая?

– Похищена.

– Похищена?! – Крохаль сорвался на крик. – Интересно, как это вы себе представляете? Железнодорожная цистерна не чемодан, чтобы ее можно было вот так запросто похитить! – Он обернулся к помощнику военного коменданта, и тот, выражая полное согласие с начальником станции, поспешно кивнул головой. Получив молчаливую поддержку Башарова, Крохаль вновь повернулся к Воронину и гневно воскликнул: – Что за нелепое предположение?!

Но Ворон его уже не слушал. Не обращая внимания на негодование начальника станции, он подбежал к караульному вагону и, заглянув в тамбур, громко крикнул:

– Андрей Николаевич, нужно срочно связаться с химкомбинатом и выяснить, что за вещество было залито в цистерну!

Следом за ним к вагону приблизился Крохаль и, увидев появившегося в тамбуре следователя, возмущенно спросил:

– Вы что, всерьез думаете, что кто-то мог похитить у меня со станции железнодорожную цистерну?!

– Мы все выясним, – уклончиво ответил следователь и тут же задал встречный вопрос: – Откуда можно позвонить на химкомбинат?

Опередив ответ начальника станции, Ворон вынул из пристегнутого к поясу чехла-футляра мобильный телефон, подаренный ему на прощание коллегами из «Вымпела», и протянул его следователю. Сологуб кивком поблагодарил его и вновь обратился к Крохалю:

– Какой номер в приемной?

– Не помню, а справочник у меня в кабинете, – нехотя ответил Крохаль.

– Проводите нас.

Ворон незаметно улыбнулся. За умение быстро принимать решения следователь заслуживал самой высокой оценки. Он довольно ловко спустился по ступенькам и, проходя мимо стоящего в ожидании помощника коменданта, приказал ему:

– Оставайтесь здесь и проследите, чтобы никто не заходил в вагон. Я еще не закончил осмотр.

– Есть, – вынужденно ответил старший лейтенант. Хотя по изменившемуся выражению его лица Ворон понял, что ему вовсе не по душе отведенная роль.

Оставив помощника коменданта на месте происшествия, Ворон и Сологуб вместе с Крохалем направились к виднеющемуся вдали зданию железнодорожного вокзала. Некоторые из встречающихся им по пути работников станции пытались обратиться к Крохалю с вопросами, но он лишь недовольно отмахивался от них:

– Потом, потом.

Уже перед самым зданием вокзала навстречу Крохалю из дверей выбежал взмыленный человек и, не обращая внимания на сопровождающих начальника станции офицеров, закричал: