Специальная команда - Александр Тамоников

— Не знаю, что и сказать, Арнольд.

— Противник нас «купил» на продаже квартиры. А мы, как лохи, повелись. Они устроили засаду и завалили или взяли наших бойцов. Они профессионалы. И теперь их не остановишь. Сколько людей положил один Стариков?

— Семерых, не считая Крюгера.

— Семерых. Сколько ты сегодня отправил в Дыхино?

— Восьмерых. — Итого пятнадцать человек за два столкновения. Не много ли? Нас отстреливают, Пастор. И уничтожат всех до единого. Они хорошо подготовлены, настоящие профессионалы, и нам, по большому счету, противопоставить им некого.

— А может, все не так? — с надеждой спросил Пастор.

— А как? Давай свою версию.

— Не знаю, что и сказать. Сегодня как будто все было продумано, и страховочный вариант. Вторая бригада пошла втайне от первой и должна была появиться неожиданно. Пять хорошо вооруженных крепких парней — сила.

— Сила. Но не против профи уровня Старикова. Да, вот какова цена одной-единственной ошибки. Сделай я тогда контрольный выстрел в башку этого майора, не было бы никаких проблем. Да и сестру его следовало убрать.

— Арнольд, надо что-то делать.

— Хаким должен объявиться в пятницу?

— Да. Резван в четверг, Хаким — в пятницу.

— Сегодня понедельник. Надо связаться с Хакимом. Пусть отложит поездку.

— Но как ему объяснить причину?

— Никак! Кто босс? Я или Хаким?

— Ты, Арнольд, ты.

— Так вот. Я сам отправлюсь к нему и все объясню. Встретимся там, где обычно перегружают контейнеровозы, в пятницу. Собери всю наличность, что бродит в городе, возьмем с собой весь резерв — кто знает, когда вернемся. Да еще сырец закупить надо и людям заплатить за работу. Так что собери все, что сможешь.

— Дрянь со складов трогать будем?

— Зачем?

— А если Стариков выйдет на Березкина?

— У того охраняемые военные склады.

— Но если вместе с отставником действуют, как ты говоришь, профи, то охрана складов для них — щебень. Снимут без шума и пыли. А бензовоз выставят напоказ. Там «бабки» немалые, ты сам это знаешь.

Лисицын задумался.

— Хорошо. Убедил. Делай Ворону документы, пусть сливает соляру и с наркотой обратно на Кавказ. Чтобы в среду его уже здесь не было, остатки своей охранной фирмы раздели. Часть отправь с бензовозом. В доме держи человек пятнадцать охранников. Достойные пацаны еще остались?

— Охрана у меня есть. Не волнуйся. Что же теперь, из дома ни ногой?

— Придется потерпеть, раз влезли в такое дерьмо, что отмыться не можем. С Хакимом поговори сегодня же, — напомнил Арнольд.

— Поговорю. Крюгера с собой возьмем?

— Завтра позвоню Герману, нашему доктору. Если к четвергу поставит Крюгера на ноги, возьмем. А на нет и суда нет, ты наши законы не хуже меня знаешь. Вместе с ним придется и сестру его убрать, как только бензовоз уйдет из части.

— А Березкина?

— Его-то за что? Он будет молчать как рыба. И благодарить, что такое ярмо с него сняли. Его не тронем.

— Кузнец?

— Тоже пусть служит. Не навсегда же мы покидаем этот город. Вернемся, когда все стихнет. Старикову с компанией недолго беспредельничать. Когда их возьмут, тогда и вернемся. И все пойдет по-прежнему. Вместо себя при центре Митяя оставлю, пусть деньги делает. Ну а если пойдет по-другому, так и черт с ним, с этим городом. Найдем, где обосноваться. Главное, лаборатория, а до нее далеко. Лишь бы она работала. Остальное само придет!

— Хорошо, Арнольд. С утра звоню Хакиму, предупреждаю и оформляю Ворона, готовлюсь к отъезду. Крюгером займешься ты, я правильно понял?

— Абсолютно правильно, друг мой. Да, я же тебе соску обещал подарить! Прислать?

— Какая сейчас, на хрен, соска?

— Ну смотри. А то — без базара.

Арнольд был пьян.

Пастор же, положив трубку, в который уже раз за эти сутки задумался.

Не знали Арнольд с Пастором, что этот, как и все предыдущие, разговор записан на магнитофон Полуянова. Применяемые бандитами средства защиты от прослушивания никакого эффекта не приносили. Система «Игла-2» легко пробивала любую радиоэлектронную блокаду.