Жалостью к врагам не страдаем - Александр Тамоников

– Понял. Один вопрос.

– Да!

– Когда вы планируете отправку задержанных?

– После того, как на трассу уйдут автомобили, предназначенные для имитации автокатастрофы.

– Понял. Разрешите идти?

– Идите!

Комбат вышел, в кабинете остались генерал Потапов и офицеры спецназа ГРУ. Заместитель начальника Управления по борьбе с терроризмом обратился к командиру группы спецназа:

– Теперь обсудим вашу задачу!

– Да она понятна, – сказал Вдовин. – Мы должны будем имитировать автокатастрофу.

– Именно, но не следует, Юрий Павлович, перебивать старшего по званию. Имитацию необходимо провести так, чтобы катастрофа выглядела естественно. Поверьте, ее скрытным расследованием наверняка будут заниматься не только сотрудники ГИБДД. Главарь террористической банды обязательно вышлет к месту гибели Зайнулло своих людей. В принципе для них мы и будем поднимать манекены силами десантной части. Дабы они отметили необычный интерес к обычной, в общем-то, для этих мест аварии. Поэтому на дороге должны остаться тормозные пути и внедорожника и «МАЗа». Должно иметь место и столкновение машин, чтобы на асфальте остались разбитые фрагменты остекления и обвеса автомобилей. И вы должны в течение часа продумать предстоящую акцию и представить ее план мне на утверждение.

Вдовин покачал головой:

– Боюсь, товарищ генерал, за час нам не управиться.

– Надо управиться, капитан! В 2.30 машины должны убыть к месту аварии, а в 3.30, максимум в 4.00, проведена имитация с автомобилями. После проведения акции вы вернетесь сюда. Отсюда отправитесь к себе в часть. Задача непростая, но вполне выполнимая. Вы профессионалы, диверсанты-ликвидаторы, и знаете, как организуются подобные операции, включая их планирование. Да, по времени вы ограничены, но это не мой каприз, у нас просто нет больше времени на планирование акции.

– Ясно, будем действовать в экстренном режиме. Где мы можем начать работу?

– Здесь удобно?

– Вполне!

– Значит, работайте в кабинете. Я мешать вам не буду. Зайду в 1.40 для утверждения плана. Все, карту оставляю и удаляюсь. Я надеюсь на вас, ребята!

Потапов вышел из кабинета, прошел в помещение дежурного по части. Старлей при его появлении поднялся.

– Сиди, старший лейтенант. Не даем мы тебе отдохнуть в отведенное распорядком время?

Голубев отмахнулся.

– Ерунда, товарищ генерал. Для нас это дело привычное. На пенсии выспимся!

– Эх, молодость. Завидую я тебе. Вся жизнь впереди. Женат?

– Пока нет.

– Что так?

– Хотел, не получилось. Возлюбленная моя не решилась оставить Москву и переехать в богом забытый Джербет. Ну и разошлись наши пути-дорожки.

– Ничего, все устаканится!

– Да я и не спешу с женитьбой. На службе дел по горло, а тут еще семья с бытовыми проблемами…

– Так жена и должна решать эти проблемы, обеспечивать надежный тыл.

– Где бы еще такую встретить?

– Встретишь, какие твои годы. Но ладно, скажи-ка мне, Сергей, где я мог бы устроиться на время?

Голубев с удивлением взглянул на генерала.

– А что, кабинет командира не подходит?

– Подходит, но он занят!

– Как это занят? Для вас, генерала спецслужбы, и занят?

– Там работают люди, которым я и поставил задачу!

– Понятно! Так кабинет заместителя по вооружению открыт. Зампотех сейчас в отпуске, а в его кабинете дня два как ремонт закончили. Там чисто. Мебель новая. Даже кушетка стоит, на случай объявления повышенной боевой готовности.

– И где находится этот кабинет?

– Второй от торца слева, рядом с техчастью! Хотите, покажу?

– Покажи!

– Сей момент!

Дежурный провел Потапова в кабинет заместителя командира батальона по вооружению, или в обиходе зампотеха. Помещение пахло краской, но было довольно уютным.

Голубев спросил:

– Что-нибудь еще, товарищ генерал?

– У вас в штабе курят?

Старший лейтенант улыбнулся.

– Вообще-то это запрещено, но курят, комбат особо за это не наказывает. А особенно дымит как раз зампотех. Он у нас ветеран, до пенсии год остался. Ему запреты до лампочки. Хотя мужик строгий, дисциплинированный, требовательный и личный состав в парке так вздрючить может, что мало не покажется.

– Ну, если зампотех курит, то и я здесь покурю. Принеси, пожалуйста, пепельницу, и… если можно кофе!

– Отчего нельзя? В дежурке банка стоит, сахар есть, кипятильник. Вот только вместо чашек кружки, солдатские.

– Так это хорошо. Мне как раз кружка кофе и не помешает. Только завари покрепче и сахару два куска положи, ладно?

– Так точно, товарищ генерал! Разрешите идти?

– Иди и оставь формализм для повседневной службы. Меня зовут Владимир Дмитриевич.

– Понял, Владимир Дмитриевич, пепельницу помощник принесет; ну, а кофе сам доставлю.

– Хорошо, Сергей!

Сержант принес пепельницу. Потапов присел за стол, закурил. Спустя несколько минут дежурный внес кружку кофе.

– Только заварил, Владимир Дмитриевич, крепкий.

– Спасибо. Появится комбат, скажи, где я.

– Конечно!

Дудин пришел в 1.20, доложил:

– «УАЗ» у штаба, взвод спецразведки поднят по общему сбору, находится в расположении. Командир набирает необходимое снаряжение и оборудование. Пилотов вертолета и конвой накормят через полчаса, проверил несение службы караулом. Задержанные по-прежнему спят.

Генерал взглянул на часы:

– Недолго осталось! Кто поведет «УАЗ»?

– Я решил лично выехать вместе со спецами ГРУ. Так будет надежнее!

– Кто останется в части вместо вас?

– Начальник штаба. Он в 2.00 прибудет в штаб и поступит в ваше полное распоряжение.

– Хорошо! Вроде здесь мы все решили, то, что касается батальона. Через двадцать минут послушаем, что придумали ребята из ГРУ.

– Мне присутствовать при утверждении плана?

– Как хотите. Не имею ничего против.

– Извините, товарищ генерал, вы говорили, что к работе спецвзвода будут привлечены СМИ.

– Да, и что?

– Так их надо бы предупредить. А то как они узнают о катастрофе?

– Верно мыслите, подполковник. Вот вы и предупредите дежурных редакции пары самых читаемых в регионе газет, местного телеканала. Представьтесь им случайным свидетелем аварии.